Ошибка «2012». Мизер вчерную - Мария Семенова

«Ну полный интернационал! — Козодоев ошалело перевёл дух и снова занялся карбюратором. — И что это их всех сюда тянет? В три слоя мёдом намазано?.. Опять аномалия? Надо будет проверить…»

А Колякин в это время смотрел, как откатываются модерновые, недавно установленные ворота и со двора магазина этаким дредноутом, не лишённым, впрочем, тяжеловесного изящества, выплывает здоровенная фура. Обшарпанный такой, видавший виды фургон-рефрижератор, прицепленный к седельному тягачу «Сканья». Заляпанные, нечитаемые номера, надпись на борту «Рыба — Мясо», плохо соответствующая слишком басовитому рокоту явно форсированного — стратегическую ракету таскать — двигателя. А главное — водитель!

Посмотрев, как изящно он вывел «дредноут» из узковатых ворот, Колякин невольно восхитился мастерством, глянул в лобовое стекло и перехватил взгляд — цепкий, вещественный, хищный. Так смотрит волк, отправляясь под луной на охоту.

Вовсе незачем оказываться у него на пути, переходить дорогу, мозолить глаза…

Колякин и не стал. Приветливо улыбнулся, отошёл в сторонку, проводил фуру взглядом и второй раз за вечер толкнул дверь магазина. Кто там окопался — мафия, бандиты, федералы? Ему было плевать, главное, чтобы цены не задирали. Если рыба сгнила с головы, о мелкой пакости в её брюхе беспокоиться уже бесполезно. Колякин выбрал ананас поароматнее, добавил к нему шоколадный торт, расплатился у кассы и уже на крылечке услышал знакомую песенку ожившего мотора «четвёрки». В предках у старшего прапорщика явно числился Кулибин. А может, и легендарный Левша.

Тамара Павловна. К Васе!

Проснулась она от какого-то странного чувства. Спроси её потом, ничего конкретно и не сказала бы. Просто её точно укололи иголкой — давай-ка живо вставай, подъём сорок пять секунд!

Или Васин голос померещился в сиреневой темноте?..

Она впрыгнула в босоножки, открыла дверь и выглянула в коридор. Видит Бог, не зря! Возле двери с надписью «Штаб поискового отряда» бренчал ключами человек. Он был широкоплеч, весьма бородат и одет в пятнистый комбинезон. И вообще выглядел как бывалый байдарочник, только что выгрузившийся на Финляндском вокзале.

Тамара Павловна подошла ближе.

— Простите, — сказала она. — По-моему, вы тот, кто мне нужен. Я ищу профессора Наливайко. Василия Петровича Наливайко.

— Правда? — Человек прикрыл уже отомкнутую дверь и зачем-то огляделся. — А на что он вам?

Перед Тамарой Павловной явно был тёртый калач, не очень-то привыкший доверять посторонним. Должно быть, решила она, натерпелся от милиции, подозревающей в каждом поисковике «чёрного следопыта».

— Я его жена, — представилась она. — Здесь со мной двое англичан, коллег Василия Петровича. У них к нему срочное дело. По научной части…

Она говорила очень искренне, с улыбкой глядя в подозрительные глаза, но бородач для начала велел принести паспорт или водительские права. Потом осведомился насчёт породы Шерхана и его масти. Спросил, какой сорт табака предпочитает Наливайко. И, только получив ответ, что Василий Петрович принципиально не курит, наконец-то подобрел, заулыбался и протянул обширную, очень сильную ладонь.

— Ну, коли так, добрый вечер. Я Николай. Начальник экспедиции.

— Очень приятно, — обрадовалась Тамара Павловна и сразу взяла быка за рога. — Николай, а вы когда поедете в этот свой отряд? Скоро?

— Даже не знаю. — Бородач зевнул. — Честно говоря, пока не решил. С утра детей перевозил в лагерь под Сосново. А детки у нас трудные… Устал как собака, спать хочу. Да и рулить в этом киселе… Так что, наверное, уже завтра.

— Ну что поделаешь, утром так утром, — согласно кивнула Тамара Павловна и сразу вспомнила про Генри Макгирса. — Мы, если Бог даст, хотели бы уже сегодня рвануть… Если не даст, можно будет вас завтра побеспокоить?

В это время на улице послышался треск приближающегося мотоцикла. Вот смолк рёв мотора, хлопнула гостиничная дверь, и по лестнице забухали торопливые шаги, закончившиеся неуклюжим падением.

— Goddam, bloody hell… — отдалось в стенах коридора.

— Мистер Макгирс, это вы? — громко спросила Тамара Павловна. — Идите сюда, сэр.

— Миссис Наливайко? Иду, — отозвался Макгирс.

Почти тотчас, как по команде, отворились двери двух других номеров, словно за ними таилась засада. Ну, собственно, почти так и было. В итоге все три сына Альбиона возникли в коридоре практически одновременно.

— Знакомьтесь, господа, — взяла инициативу в свои руки Тамара Павловна. — Это профессор О’Нил, это сэр Робин Доктороу, это майор Макгирс из секретной службы, а это, — взглянула она на человека в камуфляже, — господин Николай, начальник Васиной экспедиции.

— Очень приятно, очень рад, — действительно обрадовался бородач. — Прошу отужинать за компанию, ну и о делах наших скорбных поговорим заодно.

— Спасибо, мы поужинали, — хором ответили О’Нил и Доктороу и синхронно накрыли ладонями желудки, всё ещё занятые перевариванием напрасно съеденных бифштексов.

— Не время, господин Николай, — поднял руку Макгирс. — Операция, черт её побери, должна вот-вот начаться.

Коля Борода — а это был, естественно, он — мгновенно насторожился:

— Какая ещё операция?

— Страшно секретная, кодовое название «Чистое небо», — строго глянул на него О’Нил.

— Операция комплексная, — громким шёпотом продолжал Макгирс. — В число задач входит нейтрализация объектов, расположенных в квадрате шестнадцать-бэ… — И включил вытащенный из барсетки коммуникатор. — Вот, полюбуйтесь.

И было чем. В картах — не только игральных, но и топографических — Тамара Павловна понимала. Сразу могла отличить достоверную и подробную карту для спортивного ориентирования от завиральной и слепой «для грибников и туристов». Так вот, эта карта была невероятно высокого качества. На экране виднелась голубая полоска реки, зелёное пятно густого хвойного леса со всеми просеками и полянами, грунтовая дорога, постепенно вырождавшаяся в тропу… Там, где одна из тропинок подходила к излучине реки и штрихованному пространству болот, значился большой красный крест.

— Ох и ни хрена же себе! — быстро глянул Николай. — Ну, в Бога душу мать…

Тамара Павловна мгновенно поняла, что его волнение объяснялось не просто тем, что секретная служба, оказывается, нанесла на свои карты лагерь отряда.

— Ну и что всё это значит? — требовательно спросила она. — Да объясните же, наконец!

— Леди, это значит, что вашему мужу и его друзьям грозит опасность, — мрачно ответил Макгирс. — Впрочем, не удивлюсь, если операцию в последний момент отменят. У нас ведь чрезвычайное происшествие… а, ладно! Короче, бесследно пропали Главный и его первый заместитель. Кто его знает, что теперь решат в Вашингтоне…