Белоснежка и семь самураев - Том Холт

“Добавь мощи!”

Игорь добавил еще процент, заметил, что пальцев стало два, и задумался над тем, что он подарит маленькой Хельге на День Рождения. Глупой девчушке хотелось фарфоровую куклу, но такую не купишь на зарплату лабораторного техника. У него загорелась идея и он обернулся на своего деревянного дружка, прислоненного к сгорателям Бансена. Капля краски, немного волос, миссус могла сшить платьице из обрезков занавесок, которые она шила для вдовствующей герцогини… Правда, он почти решил отдать куклу своему племяннику Петру, но тому было почти девять и он предпочел бы что-нибудь полезное, вроде набора плотницких инструментов или Калашникова, чего-нибудь, что пригодится, когда ему наступит время выбирать между двумя традиционными профессиями этого горного района.

“Добавь МОШИ!”

“Сделано, хозяин,” - он довел рычаг до девяноста семи процентов, а затем отскочил от электрического шока. Конструкция была противна и опасна, но это было лучше, чем работа в асфальтовых рудниках, да и что там за жизнь?”

“Работает!” - Барон указывал на Существо на столе, вокруг которого танцевали и мерцали и расцветали змейки синего пламени; напоминает рождественское бренди, подумал Игорь. “Я сделал это, Игорь! Я зачал жизнь!” - Он триумфально поднял голову, заметил деревянную куклу, нахмурился и добавил, — “Настоящую.”

Зачал жизнь? Ты бы лучше начал жить. “Отлично сделано, хозяин!” — отозвался Игорь, — “Что делать с оставшейся мощностью?”

“Что? О Боже, ну да. Включай на полную.”

Игорь опасливо подтолкнул рычаг и быстро отскочил; и в ту же минуту нечто на столе село и с щелканьем выдернуло из себя электроды. Ну-ну, подумал Игорь, так ему это все-таки удалось, он создал жизнь. Подумаешь. Мы с супругой создали семь, наш метод был увлекательней и не потребовалось платить целое состояние за электричество. Тут он вспомнил, что лучше отключить энергию. Даже по скидке (вы никогда не интересовались, почему Барон настаивал на проведении экспериментов глубокой ночью? Теперь вы знаете) все это стоило хозяину дорогого; шансов на рождественскую премию почти не оставалось.

Существо на столе застонало, и не без причины. Его глаза закрылись, а затем снова распахнулись. Оно зевнуло и глубоко вдохнуло. Надеюсь, клей выдержит, пробормотал себе под нос Игорь, рассеяно отмахиваясь от пролетающей мухи. Я говорил ему, что каучук лучше, но он и слушать не стал. Но звуков рвущейся материи или улетучивающегося воздуха не последовало, так что все было в порядке.

“Мое создание!” - заурчал Барон, протягивая к Существу руки. - “Мой Адам! Работа моей жизни…”

Муха, совершив виток вокруг головы Существа, уселась на нос. “А-а-а-а,” — сказало тогда оно, — “ПЧИИИ!” Раздулся звук рвущейся простыни и Существо с глухим стуком повалилось обратно на стол и замерло. Барон уставился на него.

“Черт,” - сказал он.

У Игоря снова зачесалась шея и он обернулся взглянуть на деревянного человечка. Тот подмигнул ему.

Игорь подавил улыбку. Интересно, как ему удается, пробормотал он, в то время как Барон суетился с клеем, картоном и катушкой ниток. Ужасно рад, что он на моей стороне, добавил он, По крайней мере, надеюсь, что он на моей стороне.

“Ладно,” — устало сказал Барон, — “Давай попробуем снова.”

Почему-то при второй попытке не хватало благоговейного трепета, присутствующего при первой. Некоторым образом, понятное дело; тысячи изумленно смотрели, как Луи Блерио первый раз перелетел через Ла-Манш, в то время как теперь тысячи сидят в аэропортах, возмущаясь задержками в расписании. Да, конечно, был треск и шипение и масса яркого голубого огня, но разница была такая же как между снулым просмотром в среду и вечером премьеры. Итак, когда починенное Существо поднялось на этот раз, Барон лишь крякнул и принялся проверять швы.

“Привет,” - сказало оно.

Это, несомненно, привлекло внимание Барона. “Черт возьми, оно разговаривает,” - отозвался он. - “Ему не полагается. Я отформатировал мозг. Должен быть совершенно чист.”

“Привет.”

Барон печально покачал головой и потянулся за отверткой. Однако, прежде чем он достал ее, рука Существа молниеносно сомкнулась на его запястье, заставив его застонать.

“Привет,” - сказало Существо.

Игорь подскочил было на помощь Барону, но каким-то образом у находящегося под ним табуретом подкосились ножки и он больно ударился спиной. Ему снова захотелось оглянуться на своего деревянного дружка.

Глаза были закрыты. Темно. Никого нет дома.

А Существо повернулось и подмигнуло ему.

“Привет,” — сказало оно, — меня зовут Карл. Вы не против, если я воспользуюсь вашим зеркалом?”

Глава 11.

Где-то в темноте прошуршала крыса.

“А,” - сказало с облегчением Чудовище, — “А я уж подумал, что мы заблудились.”

Сестрица вздрогнула. Здесь было темно; не по-Голливудски, когда люди считаются не способными видеть несмотря на то, что жар натриевых ламп за камерой в состоянии облупить кожу на носу, а темно как в длинном мешке на глубине метра. Добавьте шуршанье закулисных крыс, и результат получался не из приятных. “Мы еще не пришли?” - проквакала она.

“Должны бы уже,” — ответило Чудовище. - “Эта крыса - первый намек на большой погреб, полный крыс, после которого мы наткнемся на сам замок. За мной.”

“Большой погреб, полный крыс?” - повторила Сестрица. - “Ты ведь шутишь, да? Потому что, если ты думаешь, что я даже близко подойду к погребу, полному крыс…”

“Нечего бояться,” - бодро вмешалась Злая Царица. - “Они лишь выполняют свою работу, как и все мы. Думай о них, как о… ну даже не знаю… как насчет декораций. Или атмосферы. Как заплесневелые бутылки Chianti в итальянском ресторане. Они сообщают тебе о твоем местоположении и о том, когда скорее всего начнутся приключения.”

“Понимаю. А простой указатель не сработает?”

“Его не разглядеть в темноте. Но все понимают значение пищащего ковра из крыс. Это — условность подобная стилизованным картинкам мужчины и женщины на дверях туалета.”

“Не люблю крыс,” — надуто ответила Сестрица.

“Хорошо. И не надо. Потайной ход к самому центру замка не для забав. Он полон скрытых угроз и потаенных фобий, внезапно превращенный в …Але, а это что еще такое?”

“Это ты мне расскажи.”

“Не уверена. Но подозрительно похоже на ковер.”

“Ковер?”

“Ковер,” — подтвердила Царица. - “Совершенно определенно. Эй ты, Чудище, это здесь зачем?”

“Не смотрите на меня,” - отозвалось Чудовище. - “То есть вы и не станете, если у вас есть хоть толика здравого смысла, да при включенном свете, но…”

“Не увиливай. Почему в этом коридоре ковер, как в Хоббите? Мы не туда идем?”

Благодаря уникальному набору увечий было слышно, как Чудовище пожало плечами. “Нет здесь хоббитов,” - сказало оно. - “Была пара, у которых здесь располагались летние норы; знаете, закрытые рудники, которые они скупают и обшивают сосной. Но вскоре им надоело и они уехали. Сказали, что антенна никакая и никто пиццу не доставляет. Теперь здесь никого, кроме нас сказочных героев, не осталось.

Царица присела и пощупала ковер. “Не просто ковер,” - сказала она, — “Толстый, мягкий, отличного качества. Ну если в этих краях потаенные фобии осуществляются таким образом, не могу сказать, что на меня это произвело впечатление. Разве что это какие-то пост-модернистские фобии; знаете, ковер не подходит к обоям, а шторы не сочетаются с обивкой мебели…”

“Не думаю,” - сказало Чудовище. - “Даже с приглушенным светом. Когда я был здесь в прошлый раз, все было совершенно иначе. По крайней мере,” - добавило оно, — “Я что-то не припомню…”

“Достаточно,” - вздохнула устало Царица. - “Еще одна поломка системы. Вместо ковра из крыс, это ковер, постеленый крысами. Теперь в любую минуту…”

“Стой! Кто идет?”

(“Говорила,” - пробормотала Царица.)

Внезапно туннель озарил ослепительно яркий свет. Впереди они разглядели фигуру, судя по ушам безошибочно крысиную, несмотря на то, что слепящий свет превратил ее в силуэт. “Чудовище?” - промолвил крыс. - “Это ты?”

“А, так он тебя знает?” — спросила Сестрица, голосом подобным острию бритвы.

“Во всяком случае, ты, кажется, уже не так напугана,” - отозвалось Чудовище.

“А чего здесь бояться?” — сказала Сестрица. - “Это не крыса. Это всего лишь заблудший младший брат Микки Мауса. Я боюсь только настоящих крыс, а не безработных актеров в гриме.”

“Извините,” — решительно вмешалась Злая Царица, — “но правильно ли мы идем к Замку Красавицы?”

Крыс кивнул. “Идите прямо по туннелю,” - сказал он, — “не ошибетесь. Только, вы не могли бы сначала вытереть ноги? По сути дела, если вы чуть-чуть подождете, я постелю газеты.”

Он убежал, предоставив Царице заключить,что чересчур хозяйственная крыса вполне походила на тайную фобию. Когда он вернулся и закончил раскладывать страницы из прошломесячного цветного приложения, он пристально взглянул на Царицу.