Технология колдовства - Мара Полынь

Фарольд побродил по полянке туда-сюда и принялся обустраиваться: чистить место для ночлега и собирать хворост.

— Что будем делать, Ваше Темнейшество? — шёпотом поинтересовался Мартин.

— Ждать, — так же тихо ответил Блейк. Он почему-то не подумал, что придётся сидеть в засаде, и все тёплые вещи остались притороченными к седлу. Но теперь отступать было поздно. Через два дня Тёмный Властелин должен отправиться в Зелёный Лес, чтобы успеть к началу праздника урожая. К сожалению, отклонить приглашение короля Кверкуса в сложившихся обстоятельствах он не мог, но и явиться в облике дракона было недопустимо. Дурацкая горячность. Ведь он мог же обустроить дело герцога Ларикса как-нибудь иначе. Например, чуть позже, чтобы не пришлось покидать страну именно в "это" время? Все умны задним умом.

Когда Блейк уже подумывал отправить Мартина за одеялами, а в лощинах залегли глубокие тени, возвещая приближение ночи, Фарольд вдруг вскочил и забегал вокруг костра, хлопая себя по бокам.

— Начинается? — Мартин походил на охотничью собаку, взявшую след.

Блейк лишь кивнул. Он не мог оторвать глаз от происходящего. Запомнить всё в деталях, но при этом не упустить суть. Это важно. Всё очень важно. Превращение оказалось удивительно быстрым. Не прошло и нескольких минут, как над поляной прогремел победный рёв золотого дракона. Зверь расправил крылья и несколько раз взмахнул ими, разминая. Мощно оттолкнулся от земли и взмыл в стремительно темнеющее небо.

— Неужели всё так просто? — наконец, пробормотал Блейк, когда дракон скрылся вдали. Мартин молчал. Он ни разу не видел своего господина в облике дракона, и, несмотря на то, что был посвящён в тайну, до этого не представлял всего масштаба каждый раз происходящих с Тёмным Властелином изменений. Они выбрались на поляну к оставленному костру. Вокруг валялись в беспорядке разбросанные вещи и обрывки одежды. Блейк медленно сделал круг вокруг костра. — Думаю, я смогу повторить, — в раздумьи он посмотрел на Мартина. И начал быстро раздеваться. — Держи и отойди, — он бросил секретарю куртку. Следом за ней последовали рубашка, сапоги, штаны и бельё.

Сосредоточился. Над поляной нависла тишина. Мартин замер с охапкой одежды, боясь пошевелиться, а Тёмный Властелин, казалось, медитировал. И вдруг, совершенно внезапно он начал превращение. Как расплавленное стекло, потёк, меняя форму и цвет. И замер, балансируя огромными чёрными крыльями. Тихо рыкнул, проверяя голос. Глянул на Мартина с высоты своего исполинского роста. Закрыл глаза. И через несколько минут на месте огромного дракона, пошатываясь, вновь стоял бледный человек.

— Ваше Темнейшество! — Мартин бросился на помощь. — Как вы?!

— Устал, — еле слышно прошептал Тёмный Властелин и осел на землю. — И замёрз. У тебя есть что-нибудь выпить?

Они догнали отряд уже далеко за полночь. Равены с двумя арестантами расположились в доме для путников и как раз заканчивали ужинать. Такие домики были построены вдоль всех крупных дорог и в народе назывались просто "ночлежками". Содержали и чинили их за подорожный налог, наравне с дорогами и мостами.

Дозорный никак не выдал своего присутствия, лишь свистнул особым свистом, предупреждая своих о пришельцах и приветствуя Тёмного Властелина со свитой.

Эльф в одиночестве сидел у горящего очага, равены расположились прямо на полу. Некоторые (включая гнома) спали. Несколько человек занимались лошадьми: чистили бока, расчёсывали гривы и хвосты.

Блейк подсел к огню. Пальцы заледенели и жутко хотелось есть. Выудив из закромов котомки хлеб и вяленое мясо, он принялся за поздний ужин. Рядом молча жевал Мартин. Один из равенов сразу же поставил котелок обратно на костёр. Вскоре по ночлежке разлился запах чая. Эльф поморщился, когда воин перелил жидкость в маленькую маслобойку и, добавив масло и соль, начал взбивать.

— Не любишь горный чай? — поинтересовался Блейк, наблюдая за своим пленником. Впервые за долгое время он был в действительно хорошем настроении, а не так, передышка между двумя чёрными полосами.

— Как можно пить эту мерзость?

— Очень питательная, хорошо согревает… какая разница, какая она на вкус?

Эльф лишь сокрушённо вздохнул в ответ.

— Как тебя зовут?

— Йинкс Цикута, — эльф помолчал и неуверенно добавил, — Ваше Темнейшество.

— Что ты хотел спросить, Йинкс?

Эльф насупился и отвернулся. Было понятно, что никому, кроме чёрного дракона, он не собирается поведать свою тайну, даже если это будет стоить ему жизни. На обратном пути Блейк много думал о странном эльфе-кикиморе. Травники никогда не покидают Зелёный Лес. Даже если бы они хотели, закон не позволяет. То есть, либо он сбежал (что вряд ли возможно), либо так и не получил официального статуса эльфийского травника. Но с учётом того, как легко он поднял деревья тогда, когда охотился за Фарольдом, это тоже странно. С такими силой и мастерством Йинкс вполне мог бы попасть в ряды высших жрецов. Значит, он ушёл сам. И возможно, причиной его ухода был как раз вопрос, который он так хочет задать дракону. Вопрос о духе Зелёного Леса, высшем божестве эльфов. "Моё любопытство меня когда-нибудь погубит", — подумал Блейк.

— Чёрные драконы не так всезнающи и мудры, как рассказывают легенды, но я постараюсь ответить на твой вопрос. Ведь это что-то важное, если ради ответа ты готов отправиться в каменоломни?

Йинкс долго рассматривал Тёмного Властелина сквозь языки пламени. Блейк потягивал чай. Мартин устроился тут же и, укутавшись в походное одеяло, затих. Любой бы решил, что он спит, но Блейк видел, что начальник разведки внимательно слушает.

— Вы — чёрный дракон? — наконец, тихо спросил эльф.

— Я этого не говорил, — Блейк улыбнулся лишь самыми уголками губ, но этого хватило, чтобы недоверие в глазах Йинкса сменилось надеждой. Эльф опять замолчал, но теперь это была тишина другого толка: он пытался сформулировать вопрос, что так долго мучил его.

— Скажи…те, — наконец, начал он. — Бог, он какой? Всемогущ ли он? Вездесущ? Видит ли он всё, как нас всегда учили?

— Из-за этого ты оставил семинарию? — удивился Блейк. Эльф смешался, но тут же вскинулся, как будто бы собрался поднять бунт.

— Я много думал. И многое простил. Пусть даже некого прощать. Но это важно, — он прижал ладони к груди. — Для меня внутри. Я должен понять.

На этот раз настал черёд Блейка молчать в задумчивости и подбирать слова.

— Нет такого бога, как ты только что описал. Боги могущественны, но не всемогущи. Сильны, но всесильны. Осведомлены, но не всезнающи. Эльфийский бог такой же. Его сила не распространяется за пределы Зелёного Леса.