Матвей. Внештатный канцелярист - Федотов Антон Сергеевич

Матвей коротко кивнул словам главы, пусть тот и не мог видеть этого жеста.

– Теперь о важном, – вновь собрался парень. – Почему ты молчал два дня? Что сделано за это время?

Рвать на себе волосы оттого, что ему не позвонили в тот же миг, юноша не собирался. Понимал, что причина для этого должна быть. И причина веская.

– О, – почти наяву парень увидел хищный оскал старого генерала, – мы тризну по нашим парням справили как должно… А до того ушли в режим «молчание».

– Хорошо. – Еще один кивок головы. – Расскажешь при личной встрече. Я вылетаю.

– Жду, – только и ответил дед Гриша, а затем отключился.

Обижаться на то, что ему сразу не сообщили о смерти друга, смысла не было. Значит, так было надо. Скорее всего, из-за подготовки ответа на столь наглое нападение. Но успеть на похороны друга он был обязан.

Судьбе было угодно рассудить по-иному. Подробности нападения Матвей узнал намного позже, да и к выносу тела прибыть не смог. Помощь понадобилась еще живым.

Спрятав телефон во внутренний карман, Матвей резко потер руками лицо, пока мысли не обрели хоть какую-то ясность и точное направление. В аэропорт… Через буфет. Очень уж в горле пересохло с таких новостей, а 15 минут сейчас погоды не сделают. Собрать же мысли в кучку просто необходимо.

Попивая вкусную прохладную воду из совершенно невкусного стакана из дрянного пластика, Матвей без всяких мыслей наблюдал в окно, как удаляются в сторону машины две знакомые косички. С Ольгой можно объясниться и позже. Например, позвонить ей по дороге. Так, допил – и в путь!

Выйдя из корпуса, он направился к стоянке, где сегодня утром оставил свой автомобиль, но еще за сто метров до нее мог точно сказать, что здесь тоже что-то произошло. Об этом прямо кричало его чутье, а дурные предчувствия подтверждали с десяток молодых людей в белых рубашках, галстуках и… бронежилетах. В руках у части из них, что характерно, находилось оружие.

– Не засада, – пробормотал парень, вглядываясь в явно осмысленную суету и решив, что его-то машину эти бравые хлопцы ему уж точно забрать не помешают.

Следующий звоночек грохнул набатом, стоило Матвею рассмотреть на дверях транспорта боевичков гербы Демидовых. Какого черта здесь происходит?! Если девушка только что была на паре, а через 20 минут у ее машины уже суетятся гвардейцы… Нехорошо это!

Едва ли не бегом парень преодолел два десятка метров через дорогу к небольшой стоянке, где они с Ольгой частенько оставляли свои машины, дабы не толкаться у самого здания университета.

Судя по всему, сегодня девушка решила воспользоваться бордовой праворульной «Митсуокой Рок Стар», возле которой сейчас и крутились бойцы рода.

– Что случилось? – резко бросил он одному из них, приблизившись почти вплотную.

– Иди лесом! – получил законный ответ явно раздраженного бойца.

– Слышь, боец, – проникновенно начал Матвей, подойдя вплотную, – мое имя – Матвей Александрович Воронцов. Изволь обращаться ко мне согласно статусу.

– Прощения просим, ваше благородие, – чуть менее раздраженно ответил тот. – Да только не мешали бы вы людям работать. Дело рода Демидовых.

С этими словами боец чуть удобнее перехватил автомат и сместился влево, стараясь перекрыть вид парню и начинающей уже собираться толпе зевак. Однако Матвей успел разглядеть кровь на лобовом стекле и руле, какая бывает при рассечении тканей лба. Вроде и не опасно, но крови бывает… Вот только машина явно стояла на месте, а гвардейцы устроили вокруг нее ритуальные танцы. Если бы девушка была здесь, то суета бы сейчас шла в больнице, а раз так, то вывод один – похищение. Причем похищение под самым носом у тревожной группы гвардейцев, которых вызвать она явно успела до того, как…

Так, быстро связаться с главой рода нереально. Бодаться с гвардейцами – себе дороже. Тем временем машину явно сейчас увезут или подгонят экспертов на место. А счет идет на минуты. Ему срочно надо пробраться к машине, пока еще цела память крови.

– Ольга!!!! – неожиданно для всех в истерике взревел парень, бросившись к машине.

Ошарашенная охрана успела перехватить его только у самой «Митсуоки», сбив на землю. Но он упрямо лез в салон. Пинок в бок буквально отбросил его в сторону, а сверху тут же навалилось чье-то недружелюбное тело.

– Стоять! – взревел у него над ухом все тот же автоматчик. – Поднимите его…

В нос ударил резкий запах, разгоняя туман безумия. Матвей буквально сдулся, едва не

повиснув на руках конвоиров после приступа «истерики».

– Ну что ж вы так, ваше благородие, – ласково, словно с душевнобольным начал объясняться боец. – Вы ж следы затоптать могли, отпечатки пальцев и ауры повредить. С чем же наш криминалист работать будет?..

Парень безучастно кивал головой, но во взгляде его вновь стала появляться некая осмысленность.

– Да-да, конечно, – сконфуженно забормотал он, «приходя в себя». – Прошу извинить, такой стресс…

– Есть кому проводить?

– Да, я провожу. – От толпы отделился Кирилл, тут же подхватив все еще обмякшее тело под другую руку, и быстро потащил подальше от толпы. – Так, Матвей, давай-ка потихонечку…

– Во дворы, – только и смог шепнуть парень. – Сверни в любые дворы.

О Питер, город маленьких проулочков и множества дворов-колодцев. Уже через несколько минут однокурсники удалились на достаточное расстояние, чтобы скрыться от нескромных взглядов зевак. Тут же тело мага напряглось так, что Кирилл и не успел уловить момента, когда именно ситуация изменилась. И вот не он уже полутащит почти бессознательного однокурсника, а тот бодро вышагивает рядом. Да так резво, что Боброву едва ли не пришлось перейти на бег, чтобы не отстать.

– Платок! – неожиданно рявкнул Матвей, убедившись, что от большинства совершенно ему не нужных взглядов он скрылся надежно.

То, что он собирался сделать, как раз относилось к тем самым «иным моментам аспекта Воды». Применение оных к человеку каралось в империи жестко и без всякой жалости. Не говоря уже о тех случаях, когда они относились к членам родов. Но сейчас ситуация была экстренной. Будь у него возможность, он обязательно согласовал бы с Демидовыми свои действия, однако в данной обстановке на самый верх быстро ему не пробиться. Пример поведения гвардейцев был вполне показателен. Так что придется действовать на свой страх и риск.

– К-к-какой платок? – начал заикаться от неожиданности однокурсник.

– Любой, – только и ответил Воронцов, но тут же, немного подумав, добавил: – Чистый! И быстро!

Кирилл неловко зашарил по карманам, но тут же просиял.

– Есть бумажные. Надо?

Плохо вообще-то, с тканью отработать можно было бы и дома, а так придется проводить ритуал на месте – не сохранит бумага долго материал. Одна надежда – Кирилл не поймет, что именно творит его приятель.

– Доставай, – угрюмо выдохнул Матвей. – Быстрее!

Слегка дрожащими пальцами платок был извлечен на свет. Секунд за десять. Первым делом маг обтер с одной стороны лоскутка указательный палец, оставив на бумаге след от уже подсыхающей крови с приборной панели авто. Вторым движением той же процедуре подвергся мизинец правой руки, на котором еще хранилась кровь с асфальта.

Пара коротких мнемонических формул, загоняющих сознание в транс, и вот уже Матвей словно вдыхает аромат с уложенного в лодочке рук платка. Казалось, будто вместе с воздухом он загнал в себя и цвет разводов, которые моментально выцвели, словно на разом состарившейся фотографии.

Облегченно выдохнув, парень улыбнулся, не открывая глаз. Жива! Легкое сотрясение не в счет. Если ее и вправду обучали применять внутреннюю энергию, как она рассказывала, то залечить подобную травму Ольга сможет и самостоятельно за пару часов.

Сделав еще пару успокаивающих вдохов-выдохов, Матвей медленно открыл глаза… Чтобы тут же встретиться с полным ужаса взглядом Кирилла.

– Ты… – Тот явно не мог подобрать слова, побелев настолько, что пластиковые рамы за его спиной казались серыми и грязными. – Ты… Так ты… жнец?!