ИльРиса. Подарок Богов - Ольга Кобзева

исчезновение Айсиры. Да, я тоже не смогла простить ему второго союза… Однако я знаю, что он действовал так под напором владыки. Ну да ладно, не время сейчас об этом, — оборвала она сама себя. — Идем же.

Платье тетушки пришлось мне впору, разве что чуть длинновато, подол слегка тянулся за мной, приходилось подбирать его, чтобы не споткнуться. Бабушка, а я быстро даже в уме перестала называть ее лиарией Эндлерон, заменив на теплое и простое «бабушка» поцокала языком, явно недовольная, но ничего не сказала.

Когда мы поднимались в комнату тети Лестиции, навстречу нам будто специально то и дело попадались арисы, работающие в доме. Все с любопытством разглядывали меня, однако бабушка отослала всех, кроме одной, самой взрослой женщины.

— Хелиса, идем с нами, — проходя мимо, позвала она. — Поможешь нам подобрать какой-нибудь наряд из тех, что Лестиция еще не носила.

— Конечно, лираия, — скромно кивнула женщина, пристраиваясь рядом.

— Это моя внучка, Хелиса, — уже за закрытыми дверьми сообщила бабушка. — ИльРиса, милая, Хелиса — моя верная помощница, она работает в нашей семье уже более тридцати лет. Твою маму она не знала, но мои рассказы об Айсире выслушивала регулярно.

— Лиария Далиша, — довольно фамильярно обратилась женщина, — неужто правда внучка ваша? Как же это возможно?

— Волей Богини, Хейлиса, исключительно волей Богини.

За окном давным-давно стемнело, за всеми этими событиями я даже забыла, что ела давно и не слишком сытно. Желудок напомнил о себе недовольным ворчанием. Бабушка сделала вид, что не заметила, но выбор наряда был скорым. И вот мы уже входим в большую столовую, где за длинным столом, сервированным только с одной стороны, уже расположился лиар Верер — мой дедушка. При нашем появлении мужчина поднялся, подошел ближе и подал руку жене. Мне лишь суховато кивнул. Ситуацию сгладила бабушка, успевшая озорно мне подмигнуть, пока муж не видит.

— Так ты после смерти нашей дочери жила с одинокой арисой? — когда первый голод был утолен задал вопрос лиар.

— Не с арисой, с человеческой женщиной. На Земле только одна раса — люди. Слово «люди» употребляют, когда говорят о нескольких представителях расы, а человек — когда об одном. Но в целом, я бы не смогла найти ни единого отличия человеческой женщины от арисы.

— Тогда будем называть их арисами для простоты общения, — резюмировал лиар. — Итак, вы жили вдвоем?

— Вдвоем, — согласно кивнула я.

— И чему же простолюдинка могла тебя обучить? — лиар даже приборы отложил, сложив ладони перед собой и сосредоточенно глядя на меня.

— На Земле все не так, — я тоже отложила приборы. — Там все дети учатся в специальных школах. Получают разносторонние знания. После школы все получают рабочую профессию и работают все без исключения. Мужчины и женщины. Я почти закончила… академию, где готовят специалистов по работе с животными и растениями.

— Что это за название такое — Земля? — раздраженно передернул плечами лиар. — Как называется тот мир?

— Земля — это как раз название. Вы воспринимаете это слово, как грязь, почва, а оно имеет совсем другое значение. — Я задумалась как же объяснить, чтобы стало понятнее. — Это нечто большее, чем то, что находится у нас под ногами. Земля — это огромная голубая планета, — не смогла придумать ничего лучше я.

— Допустим, — кивнул лиар. — То есть ты обучалась… сеять?

— Нет, — от неожиданности улыбнулась я. — Я с детства чувствую животных и растения. В… академии я изучала эти растения, чтобы знать, как правильно за ними ухаживать, чтобы получить наилучший урожай, еще нас учили скрещивать разные виды растений, чтобы получить новые, более устойчивые к непогоде или более урожайные, или более полезные. Но основное направление моего обучения — ветеринария, помощь заболевшим животным.

— То есть, если зухола вместо одного яйца два принесет и не сможет их… вытолкнуть, ты придешь на помощь? — процедил лиар. Бабушка вообще в беседу не вмешивалась, только внимательно прислушивалась, тоже перестав есть.

— Верно, — не поняла я подтекста в вопросе. — И даже уже помогла одной такой бедной зухоле! — радостно поделилась я, не обратив внимание на побелевшие скулы деда. — У нее даже не два яйца было, а три.

— Прекрасно! — потерял терпение лиар, резко поднимаясь из-за стола. — Моя единственная внучка живет в деревне и ковыряется в навозе!

Дед выпалил это и печатая шаг выскочил из столовой, оставив нас с бабушкой наедине. Слуг отпустили еще в начале ужина, чтобы мы могли говорить свободнее.

— Возможно, я не такая внучка, о какой вы мечтали, — тихо пробормотала я. — Но я уже взрослая и не стану меняться в угоду кому бы то ни было. Помогая другим я чувствую себя счастливой, я ощущаю свою нужность и полезность. И не стану отказываться от этого!

Глава 26.

Лиар Верер за стол больше не вернулся, бабушка как могла старалась сгладить его грубое поведение, много улыбалась, обращалась ко мне даже слишком ласково, с учетом моего возраста, будто к ребенку. Сама лично проводила меня в просторную комнату, отделанную в светло-серых тонах, и не торопилась уходить. Кроме Хелисы, старшей служанки, к нам присоединилась совсем молоденькая девочка, внучка Хелисы.

— Бриана будет помогать тебе в те дни, когда ты у нас гостишь, милая, — лила сироп бабушка.

Слегка утомило, что даже когда я была в купальне, бабушка не ушла, терпеливо меня дожидаясь. И после еще полночи расспрашивала обо всем на свете, но больше всего вопросов сыпалось, конечно же, о маме. Я рассказала все, что запомнила сама. Своими расспросами бабушка разбередила покрывшуюся корочкой рану и в итоге мы обе рыдали, склонив головы друг к другу. Хелиса, так и не ушедшая из комнаты, давно тихонько дремала в кресле у большого камина, а мы с бабушкой вместе переживали события моего детства.

— Я ждала, что она вернется, — прошептала бабушка. — Долго не верила, что больше не увижу мою девочку, не увижу Айсиру… никогда. Это такого горькое слово, ИльРиса, никогда. Айсира была нашей любимицей, пусть и не верно так говорить о своих детях. Но она с самого детства была самой талантливой, она будто лучик света освещала нашу с Верером жизнь. А потом академия, где она познакомилась с твоим отцом, ведь это его дар передался тебе, милая. Эйлирис природник, только вот с животными он не ладит, это и вовсе редчайший дар. Вроде у нас в роду, пять или шесть поколений назад был кто-то, кто умел с животными говорить, можно поднять архивы рода и посмотреть.

— А мама была портальщицей, верно? — уточнила я, на всякий случай.

— Самой сильной в Рашиисе! —