Наследство огня - Юлия Мидатовна Аметова

дома-башенки, взлет свечкой над черной кроной самого высокого дерева во дворе – и вдруг беспомощные хлопки крыльями, странный кувырок в воздухе… Да он же едва держится! Торик, тяжело хлопая крыльями, опустился на траву рядом с драконом, но тут же, не переводя дыхания затараторил.

– Это Гошар едет за кладом повелителей вещей! Наверное, увидел деревню, усадьбу и хочет остановиться… Ой, я дурак! – завопил он еще громче, со звонким шлепком хлопая себя по лбу. – Самое главное я же не рассказал! Гошар же едет за кладом не просто так, а чтобы сначала жениться на ее княжеской светлости Сафиане! Чтобы завладеть Синими Горами законно, а потом все приданое на себя перевести, а потом….ой!

Торик зажал себе рот рукой, но Геранд уже понял, к чему он вел. И Сафи поняла, иначе не побледнела бы до синевы, прижав руки к груди, и не налились бы слезами снова ее ясные глаза!

– Тихо, Сафи, что это такое? Полное отсутствие самообладания и рассудительности! – заворчал старый мыследей, обнимая и встряхивая девушку за плечи. – Если это и впрямь сватовство, то последнее слово по закону Пилея будет за мной, старшим родственником и опекуном, и ты понимаешь, что я никогда…

Вокруг Геранда закружилась пыль и камешки, серьга закачалась в ухе. Он не позволит!

– Не пугайся, твоя княжеская светлость, не в этом дело! – завопил летун, хлопая крыльями перед Сафи. – Воевода Гошар на тебе не женится, потому что уже пятнадцать лет женат на княгине Лидоре, а в Пилее берут только одну законную жену и только одно приданое! Я это сам слышал! Они с княгиней меня еще и за это убить хотели! То есть не за то, что они женаты, а за то, что я об этом знаю! Они скрывают это зачем-то, а я услышал и в окно выпрыгнул!

Шестирукий замахал всеми руками и затряс седой головой.

– Вот о чем ты должен был рассказать сразу! Полное отсутствие организованности в мыслях!

– Воевода убьет меня! – прошептала Сафи, но губы уже не дрожали, но слез в ее глазах уже не было. Что-то надо предпринимать! Кажется, она боится, но Геранд не знал, что еще сделать. Он шагнул к девушке и встал за ней, и она не испугалась, а только крепче прижала руки к груди. И ей, и Шестирукому надо уезжать отсюда, женщинам и старикам не место в сражении, а сражаться придется. Если бы Мадор был здесь, вдвоем они сообразили бы, как найти клад предков, чем бы он ни был. Тогда усадьба Синие Горы будет в безопасности, а они лучше, чем здешние жители, смогут разобраться со своим наследством. Но Мадор улетел, а что-то делать надо. Что там снова болтает летун? Кажется, сейчас он знает о надвигающейся беде больше всех.

– Гошар не просто клад ищет, ученый брат Геранд! – частил Торик. – Они с Лидорой ищут оружие твоих предков, ведь ты из повелителей вещей, верно? Черны глаза потомков их, и кудри черные у них – вот как сказано в летописи мастеров! Так что ты тоже осторожнее, они на все способны! Они обычными ножами и ядом всех своих родственников доконали, а ты представляешь, что начнется, когда они получат оружие твоих родичей? А я лечу отсюда по всем ветрам! Гошар меня живым не оставит, если увидит!

– Куда ты полетишь? Удивительная самонадеянность и легкомыслие! – возмутился Шестирукий. – Зря, что ли, мы лечили тебя по последнему слову науки? Выносливости у тебя сейчас никакой, ловкости тоже недостает, я видел, как ты летал, полное отсутствие сил, тебя только мыслесила Сафи еще держит! Ни по каким ветрам ты не полетишь! Прячься, если на глаза ему не хочешь попадаться!

Ну ладно, от крылатого мальчишки пользы для защиты Синих Гор и их хозяев совершенно никакой, но может быть, дракон поможет? Была же в «Неукротимом» картинка, на которой двое бездарных летели, сидя на спине дракона. На драконе были еще какие-то кожаные ремни, вроде тех, которыми в старину грузчики крепили на спине вещи. Может, такие и в Синих Горах найдутся? Но у дракона оказалось на сей счет собственное мнение.

–  Я тоже спрячусь! Ученый брат Алевиовин, где у тебя можно спрятаться? – прорычал он, окружив себя облаком дыма. – Если Гошар с солдатами опять мечами меня не порубят, так папаша узнает, как я нарушаю договор, и прилетит, отсюда уже до дома недалеко. Он мне всю чешую со спины спустит!

Трус! Ему-то как раз, кроме папаши, вообще мало что грозит – взмахнул крыльями, и улетел. Но лучше пусть прячется здесь, чем улетает. Может быть, удастся его уговорить, чтобы помог Сафи?

– Что за скудоумие! Какой договор может быть с этим убийцей Гошаром! – пробурчал шестирукий мыследей, торопливо шагая к широким двойным створкам в нижнем ярусе дома. – Но если уж ты так хочешь, Алтот, вот тебе каретный сарай. Ученый брат Геранд, помоги открыть!

В ворота каретного сарая могли пролезть сразу два таких дракона, как Алтот. Геранд отодвинул широкий черный засов, и принюхался. Чем это пахнет, надо прикрыть золотую крышку серьги, терпеть невозможно! Дракон оттеснил Геранда и заглянул внутрь, от волнения шевеля носом, поднимая рога и топорща природный кожаный воротник вокруг головы, а потом быстро, будто за ним уже гнались, на четвереньках нырнул в дверь.

–  Эй, Алтот, постой! Ты же опять напьешься! Не пускайте его, ему туда нельзя! – заметался летун, хлопая крыльями. – Ученый брат Алевиовин, там вино – запах даже от дверей чувствуется!

– Ну да, вино, – согласился Шестирукий. – Отличное самоспеловое, еще кухарка моего племянника делала, три горшка по полторы тяги, и большой кувшин на полтяги.

Дракон разгреб сено, лежащее в углу, и уселся у задней стены, весело похлопывая хвостом по земле.

– Но он же все выпьет, а как его потом оттуда вытаскивать и в чувство приводить? – причитал Торик. – Он пьющий, он не перестанет пить, пока не упадет! Ладно, я сам с ним сяду! Или уговорю не пить, или сам буду пить, чтоб ему меньше досталось!

Да, если все так, как говорит летун, на помощь пьяницы надежды мало, а если еще и Торик напьется, то спасать придется еще и его. Геранд открыл крышку серьги – разговоры всадников, постукивание оружия и фырканье ящеров превратились в грохот, он закрыл крышку, и тут же услышал голоса и рычание совсем рядом – на дороге, по которой возвращался вчера. Пилейский отряд был возле усадьбы, и кто-то уже колотил в ворота, кажется, древком копья, а может, и ногой.

– Полное отсутствие