День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Как тут? — спросил Басов оставленного за старшего партизана.

— Все спокойно. Посты выставили, боекомплект пополнили. Долго нам придется ждать?

— Ждать будете столько, сколько нужно. И сидеть тихо, носа не высовывать никуда. Давай-ка, объявляй общий сбор, — вдруг решил полковник, осмотревшись по сторонам и увидев настоящий лабиринт каких-то комнат, залов, переходов. Найти лучший полигон для тренировки, пожалуй, было не просто. — Отработаем зачистку здания, пока есть время.

Превратив недостроенное здание в тренировочную площадку, партизаны бегали по полутемным лабиринтам два долгих дня, доводя себя до изнеможения. Каждый понимал, что ждет впереди, и все работали честно, выкладываясь по полной. Алексей Басов, подавая пример, занимался вместе со всеми, штурмуя занятые «противником» этажи, зачищая комнаты, прикрывая своих товарищей. И все эти дни никто из жителей окрестных домов даже не догадывался о новых обитателях стройплощадки, с некоторых пор привлекавшей только бездомных да искателей острых ощущений. А на утро третьего дня пришел приказ о начале операции.

В предрассветных сумерках отряд погрузился в две машины — фургон ЗИЛ с надписью «Водоканал» и грузовую «Газель» неизвестной принадлежности с цельнометаллическим кузовом, в котором царила кромешная тьма. Правда, в этот рейд шли не все — Буров сдержал свое обещание, и Жанна Биноева, лучший и единственный снайпер отряда вместе с тремя бойцами покинула тайную базу еще раньше по личному распоряжению генерала. Ей предстоял свой бой, не менее важный. Не было с партизанами и Ольги Кукушкиной — санинструктора решили оставить под охраной единственного сторожа, решив не рисковать девушкой напрасно. А небольшая автоколонна отъехала от опустевшей стройки, двинувшись по сонным улицам к центру города, прямиком к зданию УВД.

Полковник Басов, ехавший в «зилке», окинул мрачным взглядом своих бойцов. На лицах партизан, несмотря на ранний час окончательно проснувшихся, застыла маска мрачной решимости. Все были собраны, напряжены, никто не разговаривал, лишь изредка перекидываясь парой слов. Многие в нервном возбуждении возились с оружием.

— Внимание, бойцы, — произнес Басов, и на него уставились тринадцать пар глаз. — Задача наша всем ясна, поэтому просто напомню, что придется воевать со своими, с русскими. Они не предатели, просто они запутались, ошиблись. Но они могут нам помешать, а уговаривать их, что-то объяснять, просто нет времени. Нас ждет бой, и я не могу дать такой приказ, поэтому считайте это просьбой, но постарайтесь не убивать. С этими людьми рядом нам еще жить.

Ему никто не ответил, да полковник и не ждал этого. На войне всегда кому-то приходится умирать, крови избежать невозможно. И единственное, чего сейчас желал Алексей Басов, чтобы этим кем-то оказались не его люди, не бойцы его отряда.

Машины остановились в переулке возле парка. Басов, уже полностью экипированный, легко выпрыгнул из фургона. На его плече висел автомат АК-74М с подствольником и колиматорным прицелом ПК-А, посаженым на прилив «ласточкин хвост» на ствольной коробке.

Полковник остановился возле машины, осмотрелся. Прохожих еще не было, город только просыпался. За черными изломанными стволами деревьев, за кронами, лишившимися листвы, угадывались очертания здания УВД. Под ногами чавкала грязь — ночью выпал снег, но уже растаял, превратившись в бурое месиво.

— На выход, — приказал Басов, взяв «Калашников» наперевес. — Оружие к бою!

Партизаны посыпались из фургонов, точно горох, мгновенно занимая круговую оборону. Построившись, отряд двинулся по парку. Попадавшиеся навстречу собачники, выгуливавшие своих четвероногих питомцев, сначала в растерянности замирали, видя перед собой несколько десятков вооруженных до зубов людей, а затем, поняв, что на их форме нет никаких знаков отличия, бросались наутек. Их не останавливали, это уже не имело значения. Отныне прятаться не имело смысла.

— Занять позиции, — приказал Басов. — Огонь по моей команде! Не забывайте про опознавание!

На плечах каждого партизана, в том числе и самого полковника, были белые повязки, отлично различимые даже в сумерках. Примитивная, но действенная система «свой-чужой», позволявшая избежать потерь от дружественного огня, особенно в свалке ближнего боя.

Пока партизаны рассредоточивались по парку, командир заглянул в «Газель». Там, в полумраке, рассеиваемом мерцанием разноцветных индикаторов, один из бойцов не отходил от приборов.

— Как у тебя, Ваня?

Капитан Народно-освободительной Армии Китай Фань Хэйгао, колдовавший над пультом мобильной станции радиопротиводействия, давно привык к своему «новому» имени. Оторвав глаза от приборов, партизан взглянул на командира, сообщив:

— Норма. Все частоты могу забить помехами на раз! Никто их не услышит!

— Отлично! — одобряюще кивнул полковник. — Включишь «глушилку», когда начнем. Пока слушай их диапазон, может что интересное найдешь, — напутствовал Алексей Басов, убедившись, что здесь тоже все готово к началу атаки. Одно слово — и противник, еще ничего не подозревавший, окажется в полной изоляции, а это пугает порой сильнее, чем самый мощный обстрел, когда ты не имеешь представления, что происходит вокруг, не знаешь, что делать

Отойдя в сторону, полковник вытащил рацию из кармана, произнеся в динамик:

— Кобальт, а Гранит, доложите обстановку! Прием!

— Гранит, я Кобальт, вышли на исходные, — раздалось в ответ сквозь слабый шелест атмосферных помех. — Ждем приказа!

Кольцо осады замкнулось вокруг городского управления полиции. Партизанские отряды, до сих пор никем не обнаруженные, блокировали здание со всех сторон. Если кто-то прослушивал эфир, он должен был сейчас поднимать тревогу, но это не имело значения — каждое окно уже взято на прицел, и хватит одного единственного слова полковника Басова, чтобы на УВД обрушился ураган свинца.

— Ждать моего приказа! Готовность три минуты!

— «Полицаи», — вдруг раздался рядом приглушенный возглас. — Патруль!

В сумерках отчетливо мелькнул белоснежный борт полицейской машины. Из «Лады», притормозившей в том же переулке, выбрались двое в серой форме, с АКС-74У на плече. Они увидели мечущиеся по парку тени, уверенно двинувшись к ним.

— А, черт! — Басов ударил кулаком по стволу осины. — Как же не вовремя!

Полицейские приблизились на два десятка метров, и только тогда заметили оружие в руках бегавших по опавшей листве людей. Они замешкались на считанные секунды, и Басов, вскинув АК-74, выпустил в них длинную очередь.

Треск выстрелов казался оглушительным в опустившейся на городе тишине. Один из патрульных молча свалился, а второй, забыв про собственное оружие, бросился бежать.