Лети, мой Свет! - Янина Василик

Но все мои умения просто детские игры "в больничку" по сравнению с вашими знаниями. То, что продемонстрировал твой отец - за несколько мгновений из полуживого, изломанного тела воссоздать полностью здорового человека (тьфу ты, эльфа!), да ещё и способного так быстро драпать... это вершина, мечта, недосягаемый предел. К сожалению, мне недоступный только потому, что я - человек...

- Ты готова так рискнуть просто ради новых знаний? - удивлённо округлил глаза Витарр. Ему такая мотивация была непонятна.

Девушка печально улыбнулась.

- Не только. Есть один человек, очень близкий мне. И наша магия не в силах его исцелить.

- Так бы сразу и сказала, а не пела соловьём, проводя сравнительный анализ человеческой и эльфийской магии!

Целительница слегка отстранилась, и в глазах погас огонёк восторженности.

- Ты спросил о причинах - я тебе обе назвала. Просто одна - общедоступная, а вторая - моя личная.

- С тобой спорить бесполезно, - Витарра охватила жажда деятельности. - Ну что, давай попробуем?

Они взялись за руки, вышли на середину поляны. Эльф подождал, пока солнце выглянет из-за облачка и окутает их тёплым светом. Заглянул в спокойные синие глаза подруги и твёрдо произнёс:

- Доверяю тебе часть своего Дара, толику силы, частицу души. Возьми то, чего искренне желает твоё сердце, что добровольно отдаёт мой разум, и верни часть себя взамен...

Он достал ритуальный нож, быстро провел им по своей и девичьей ладони, и накрепко соединил руки. Вдруг их окутал яркий золотистый туман, засверкавший всеми переливами солнечного света. Боль обжигающим жидким огнём пробежала по венам девушки, вместе с чуждой магией вливаясь в её Дар. Не выдержав, она пронзительно закричала и упала без сознания прямо на зелёную траву. Витаррэль, не размыкая рук, встал на колени рядом, быстро и перепугано закончил:

- Пусть будет Свет свидетелем моей доброй воли и бескорыстных намерений. И да поможет он нам свершить задуманное.

Туман медленно рассеялся. Эльф растеряно скользнул взглядом по мгновенно затянувшемуся порезу на ладони и почувствовал, что его Дар вернулся. Ритуал был закончен и проведён успешно. Только вот у подруги никаких признаков жизни, кроме едва заметного дыхания, не появлялось. Витарр обеспокоено провёл ладонью над её лицом. Раз, другой, но состояние девушки не менялось. Побледнев, эльф подхватил её на руки и со скоростью ветра исчез среди деревьев...

Видение прервалось так же внезапно, как и началось.

- Лично я ничего особенного не заметила. Разве что туман этот. Но, наверное, это как-то связанно с магией Света? Эй, да что с тобой?

Кристарн, тяжело дыша, поднял на неё глаза, мысленно ругаясь, что полез в чужое видение, не поставив щит. Причём, сознательно не поставил, думая, что так поймёт и почувствует больше. Вот и поплатился, разделив весь букет чужих ощущений - от растерянной паники Витаррэля до обжигающей, нестерпимой боли Аталь.

Он почувствовал лёгкое прикосновение, и стало немного легче. От ладони целительницы исходило лёгкое свечение и через него, словно вода через пробоину, стремительно утекала чужая боль. Ладонь засветилась ещё ярче, и дроу поспешил отвести руку девушки.

- Не трать силу, - и, помедлив, нехотя добавил: - спасибо.

- Что с тобой? - Аталь, конечно же, не преминула повторить свой вопрос.

- Если вкратце - побочный эффект от заклинания "поделись воспоминанием".

- А если подробнее?

- Это фамильная магия, mi`ralli, и я не буду ничего объяснять, не обижайся. Можешь умерить своё любопытство - тебе это заклинание не по силе, оно тёмное. Значит, правда, что и король отдал тебе свой Дар?

- Да.

- И как последствия? Такие же приятные? - дроу встряхнулся, окончательно приходя в себя.

- Нет, конечно, - улыбнулась девушка. - У Анрэя был самый обыкновенный человеческий Дар. Так что никакой несовместимости не было. Ни боли, ни магической комы. Немного неприятно, но ничего необычного и удивительного.

- И что же ты отдала взамен на его магию? Просто любопытно, как происходит обмен между магом и человеком, лишенным Дара.

Аталь хотела привычно послать любопытствующего любопытствовать в ближайший лес, но какое-то странное сочувствие, мелькнувшее в изумрудно-зеленых глазах, заставило сказать правду.

- Без понятия. Я и не знала, что обмен должен быть двухсторонним. Это мне уже потом Витарр объяснил. Может, немагу и отдавать ничего не нужно?

Кристарн покачал головой. Вот, значит, оно как. Вот и вся любовь. Но кому нужны его гениальные домыслы? Правильно, уж не этой доверчивой девочке, так наивно скрывающей горькие последствия желания помочь другу. Да и не поверит она. Пока не полюбит по-настоящему и не сравнит когда-нибудь слабый огонек, зажженный состраданием, с очищающим пламенем искренней и единственно-возможной Любви...

- Крис, меня пугают сосредоточенно думающие мужчины. Поделись мыслями, а?

- Только о твоём воспоминании. Итак, боль - от перекраивания Дара. У эльфов он не такой топорно-простой, как у людей. И если тебе отдали часть, то она должна гармонично вписаться в уже имеющийся рисунок. Конечно, приятного мало. А вот что за свечение? Я не имел чести видеть ритуал передачи Дара у светлых, но могу сказать точно - дроу не окутывает Тьма при подобном действе, по крайней мере, видимо. Зато понял, почему заклинание поиска сущности тебя не видит. Для него ты - непонятная субстанция: не человек, не эльф, а нечто неопределённое... И ещё одно. Рука у тебя зажила так же быстро, как и у Витарра.

- Хочешь сказать, что теперь я смогу регенерировать?

- Откуда мне знать? - пожал плечами Кристарн и деловито предложил: - Можем проверить на практике. Давай, я ткну тебя ножичком в какое-нибудь ненужное место, и узнаем наверняка.

Аталь опасливо отодвинулась и только потом поняла, что дроу шутит.

- Я тебя сейчас сама ткну куда-нибудь! И какое, интересно, у меня место ненужное?

- Ну не знаю. Но, уверен, что если каждое повнимательнее рассмотреть, то хоть одно обязательно найдётся! - уже в открытую рассмеялся Кристарн, небрежно увернувшись от запущенной в него ложки. И тут же поспешил отвлечь девушку, поинтересовавшись состоянием их будущего ужина. Аталь ахнула и полезла проверять. Оказалось, что как раз вовремя. Мясо успело протушиться и мгновенно заполнило комнату умопомрачительным ароматом. Поставив его в тёплое место, девушка сварила для Тинки крепкий бульон, покрошив туда зелень и коренья.

Дожидаясь возвращения хозяйки и шутливо переругиваясь, Аталь и Кристарн сервировали стол, отварили лапшу и нарезали овощи. Вернувшаяся Марта испуганно попятилась в сторону двери, с недоумением оглядывая преобразившуюся комнату. Тёмному с трудом удалось убедить хозяйку, что это всё есть результат работы магии, а вовсе не сон, и с их уходом ничего не исчезнет.