Persona Non Grata - Иван Максименко

— Меня заверили, что подобное не повторится… — как-будто глотая большой и очень сухой кусок, ответил Генпрокурор.

— А что насчет этого террориста, который скрывается заграницей? МИД ведь тоже подключился к этому делу. Какой-либо сдвиг уже есть?

— Пока ООН не предпринимают никаких конкретных мер, слышим лишь общие формулировки. От властей этой балканской страны — Ж… Живицы, мы не можем добиться никакого сотрудничества. Мы посылали официальные запросы, но ответов не поступало.

— Интересно, что мне потом журналистам говорить? Мол, никто ничего не хочет предпринимать, этого террориста никто арестовать не может, поэтому будем сидеть и молиться, чтобы он не учинил какой-нибудь новый теракт! Нет, это никуда не годится, — пробормотал Президент, глухо постукивая каблуком по ковру.

— Мы продолжаем добиваться реакции от зарубежных служб, а также пытаемся через Интерпол объявить Саллеха Абдуллу в международный розыск. Мы послали все документы, сейчас в Интерполе их рассматривают…

— А сколько времени придется ждать, пока они их рассмотрят?

— К концу месяца они должны закончить, — ответил Генпрокурор.

— Ну ладно. Хотя мне не слишком верится, что Интерпол может как-то изменить ситуацию, но использовать эту возможность нужно. Вы все-таки продолжайте прощупывать почву, продумывать какие-то новые варианты действий. Если этим террористам позволить думать, что мы не можем с ними справиться, последствия будут еще страшнее. Нужно действовать жестко и оперативно, — Одест посмотрел на часы. — Ну ладно, Бертвольт, вы, значит, сразу докладывайте, если будет какое-то развитие. Пока все.

Президент проводил глазами Генерального прокурора, не сказав ни слова, с таким выражением лица, как будто он был директором школы, к которому отправили провинившегося ученика, затем уселся за стол и начал перелистывать документы, приготовленные его секретаршей.

Перелистав несколько страниц и записав на некоторых из них свои замечания, Одест вдруг отодвинул бумаги и, о чем-то всерьез задумавшись, потянулся к одному из служебных телефонов.

— Алло, Генрих, можно тебя на секунду?

— Да, Одест, слушаю, — ответил Генрих Месчек, министр обороны Имагинеры и, по совместительству, коллега Одеста по партии. Он был одним из немногих в политике, кто пользовался близким доверием Президента.

— После совещания в одиннадцать можешь задержаться минут на пять? Парой слов нужно перекинуться…

— Да… конечно.

— Хорошо, я только это хотел уточнить. До встречи.

— До встречи.

23

Полдень. На выходе из главного совещательного зала в Палате Президента

— Генрих, давай пройдем дальше, — распустив заседание и выйдя в тесный длинный коридор, Одест сразу направился к министру обороны, ждавшего у одного из больших окон с видом на площадь перед Палатой.

— Я тебя слушаю, Одест.

— Как ты знаешь, с террористами мы пока еще не смогли полностью разобраться. Дело в том, что их главарь находится заграницей, в бывшей Югоравии. Мы посылаем туда регулярно запросы, пытаемся по дипломатическим канал что-то сделать, но пока тщетно. Нас как-будто нарочно игнорируют, а общественность ждет результатов, ей не объяснишь, почему у нас связаны руки…

— Да… — кивнул Месчек.

— Вот. Пока этот террорист находится на свободе, мы не можем быть уверены, что на нашей территории не будет терактов. Поэтому я хочу с тобой посоветоваться.

— Я слушаю, — напрягся министр и машинально повертел головой, проверяя, не стоит ли кто-нибудь слишком близко к нему и не пытается ли подслушать его диалог с Президентом.

— Я думаю, что одной лишь дипломатией мы ничего не постигнем. Нам нужно подумать и над вариантом, как самим достать этого террориста, а не сидеть и ждать, что нам его кто-то подаст, как говорится, на блюдечке. То есть проработать и возможность конкретных оперативных действий. Он должен предстать перед имагинерским судом. Лично.

— В принципе это скорее профиль ГРУ. Ты с ними это не обсуждал?

— Ты ведь видишь, какой у них прокол вышел с террористами, и какой скандал затем разразился в прессе, хорошо хоть ничего более серьезного пока не произошло. Половина кадров там уже сменилась и, по-видимому, это еще не конец, — нахмурился Одест. — Вот почему я решил привлечь к этому военную разведку, а не ГРУ. Здесь нужно действовать очень осторожными методами, поэтому я хочу обратиться к людям, на которых можно положиться.

— Как насчет Парламентского комитета по безопасности? В комитете ведь половина мест у оппозиции. Там могут появиться какие-то разногласия.

— Нет, проблем не будет, председатель комитета ведь член нашей партии, — махнул рукой Президент, — если под документом будет стоять моя подпись, это сразу снимет все препятствия. Могут, скажем, придраться к размеру финансирования, но и это пустяк. Ты с Таленбергом[11] разберись, что да как. Пусть проработает все варианты и составит план. Я через тебя передам ему все нужные данные.

— Понял, — кивнул министр.

— И передай Таленбергу, чтобы он был крайне осторожен. Представь себе что случится, если пресса узнает чего не надо.

— Разумеется, да.

— Ладно, это все. Спасибо, что задержался. Мне тоже сейчас нужно бежать, на другое заседание. Я с тобой опять свяжусь по этому вопросу…

Одест развернулся и устремился к лестнице, спеша к выходу, у которого его ждала когорта служебных черных автомобилей.

Утром, после планерки, в редакции газеты «Нюз Ляйнер» чувствовалось особое настроение. Большинство редакторов плотно обступили небольшой телевизор, поставленный на полку в двух метрах от пола, в общем кабинете, нетерпеливо ожидая начало ранних новостей. Одной из главных тем дня должна была стать очередная статья Петера Сантира, опубликованная в последнем номере родной газеты, в основе которой лежало содержимое флешки Яна Клешмера.

На экране телевизора, наконец, промелькнула долгожданная начальная заставка новостей, а за ней в кадре появился и диктор. Сообщение о сенсационной статье в «Нюз Ляйнере» было объявлено третьим по счету после новостей о предстоящем визите Алена Одеста в Германию и тяжелой дорожной аварии, произошедшей поздно ночью на западном въезде в Калиопу, столицу Имагинеры.

— Петер, вот твой звездный час настает, — пошутил один из коллег Петера, стоявший почти под самым телевизором. Сам Петер находился позади, у своего рабочего стола, молча наблюдая за диктором, дошедшим, наконец, до новости, которую с таким нетерпением ждала вся редакция.

«… Газета «Нюз Ляйнер» не перестает будоражить общественность все новыми скандальными раскрытиями. Судя по документам, оказавшимся в руках газетчиков, спецслужбы в лице Центра по Борьбе с Терроризмом ГРУ располагали обширными данными о деятельности исламских экстремистов на территории Имагинеры задолго до того, как СМИ начали активно освещать эту проблему…», — редакторы, обступившие телевизор полукругом, загудели, с пристрастием обсуждая комментарии диктора, — «… в статье приводятся отрывки из различных документов… (…) В некоторых из них, в частности, фигурируют не только подробные личные данные подозреваемых террористов, но и сведения об их деятельности и перемещениях… как оказывается, сотрудники ЦБТ следили за большинством участников террористической сети на протяжении нескольких лет, но ни один из них за это время не был арестован или депортирован. (…) По распоряжениям руководства ЦБТ за подозреваемыми продолжали следить, но сотрудникам ведомства не позволялось проводить задержания и аресты. (…) Эти факты воспринимаются особенно неоднозначно, если вспомнить драматические события в Визне, произошедшие в апреле, а так же то, что, судя по рассекреченным документам, ряд лиц, из числа подозреваемых поддерживали очевидные связи с международными террористическими организациями. (…) Так же становится известно, что с членами предполагаемой имагинерской террористической сети многократно встречались двое граждан Вест Лендс: Джеральд Брэдли и Луис Демарко. В Имагинере они известны, в основном, своими частыми появлениями на телевидении и радио и активной поддержкой идеи усиления политического и экономического сотрудничества между Вест Лендс и Имагинерой. (…) Официально Брэдли является председателем фонда политических исследований «Future Democracy Development (FDD)», а Демарко возглавляет фонд «European Democracy Trends Research (EDTR)». Оба фонда имеют официальные представительства в Калиопе и, судя по информации, размещенной на их страницах в интернете, занимаются исследованиями политических процессов и развития демократии в Европе, Азии и Африке. (…) Неофициальные встречи Брэдли и Демарко с имагинерскими радикалами, среди которых были и хозяева исламского религиозного центра «Возрождение», чья деятельность была пресечена решением суда в начале этого года после того, как стало известно, что на счета центра поступали деньги от террористических организаций, проводились в нескольких столичных гостиницах. Цели этих встреч остаются неизвестными, так как — по словам самих «Нюз Ляйнер» — в полученных ими документах нет никакой информации о том, что обсуждалось во время этих бесед. (…) «Нюз Ляйнер» проливают свет и на схемы отмывания денег террористов через игорные заведения, банки, пункты обмена валюты, а так же через благотворительный фонд JCFI, чей имагинерский филиал тоже уже не работает. (…) В докладах спецслужб описываются тесные связи между имагинерскими преступными группировками и представителями иностранных террористических организаций в сфере отмывания денег и торговли наркотиками. (…) В распоряжении «Нюз Ляйнер» так же находятся документы, свидетельствующие о том, что ряд уголовных дел против некоторых главарей имагинерской наркомафии были закрыты после вмешательства спецслужб в лице ЦБТ, сославшихся на оперативную необходимость оставить вышеупомянутых главарей на свободе, так как разведка параллельно вела свои самостоятельные расследования против них. (…) Свежие подробности по этой сенсационной теме, а так же самые последние реакции и комментарии, вы сможете посмотреть в нашем вечернем выпуске, а прямо сейчас — остальные новости дня…»