Осколок Нави - Дарья Старцева

Я подхватила корзину и вошла в сени, собираясь тихонько прошмыгнуть к припасам и взять с собой немного съестного в дорогу. Сердце гулко застучало в груди, когда по пути на кухню меня окликнула Ирица:

– Эй, Заряна!

За столь короткое время я привыкла не только к участи чернавки, но и к новому имени, и словно добровольно обрекла себя на новую, но чужую жизнь. Я обернулась к Ирице, спрятав за спину пустую корзину.

– Где ты ходишь? Князь приказал всем чернавкам на закате во дворе собраться. Уж всех обошла, одна только ваша горница пустует. Думала уже, что и ты сбежала.

Пальцы нервно сжали плетеную ручку корзины.

– Мне уже рассказали, – соврала я. – Вышла на крыльцо – а там нет никого, я и обратно вернулась. Решила, разыграли меня девки.

Ирица погрозила мне пальцем:

– Возвращайся во двор и жди.

А сама развернулась и поспешила вверх по лестнице. Я же побежала на пустующую кухню, сложила в корзину краюху хлеба и пару пирожков, накрыла их белым полотенцем и, воровато выглянув из-за двери, вышла вон. Стыдно брать чужое, но по-другому добраться до Воронецка не получится. Проситься на ночлег в чужом княжестве опасно. Я знала, что ежели дружинники растрезвонят тревогу по всему граду, слухи быстро дойдут и до остальных селений. Никто не рискнет приютить под своей крышей беглую чернавку. К тому же неизвестно, в каком свете меня выставит князь перед своим народом. Назовет душегубкой – тогда люди сами искать меня станут. А в лесах кроме грибов да ягод насытиться нечем. В своей горнице я первым делом положила за сундук хлеб для домового, а сама села рядом прямо на половик.

– Батюшка домовой, помоги мне зло одолеть, да дозволь покинуть терем незамеченной, – вымолвила я с надеждой. – Не дай князю проклятому загубить людей.

За дверью послышались суетливые шаги невпопад, да девичьи голоса. Горница окрасилась мягким желтым светом, и я поспешила выйти наружу. Сколько бы я не пыталась выведать у чернавок, зачем князь повелел всем собраться на улице, те лишь пожимали плечами. Но догадаться было несложно. Ежели князь ожидал дорогого гостя, то всех нас он согнал на двор, чтобы показать свое гостеприимство.

Вдруг взгляд мой взметнулся наверх, к окнам княжеских палат. Мне предстояло впервые увидеть Мрежского князя. Руки предательски затряслись от накатившей тревоги. Обычно при любой возможности посплетничать чернавки болтали без умолку, но сейчас они тихонько стояли, бросая друг на друга красноречивые взгляды и лишь изредка перешептываясь. Странно, но девицы совсем не выглядели испуганными, а скорее собранными и внимательными. Казалось, никто кроме меня не страшился встречи с ужасным стариком.

Тишину прервал громкий голос Ирицы:

– Девицы! – хлопнула она в ладоши. – Повернитесь ко мне лицом! Да встаньте в ряд, чтоб я вас всех могла разглядеть.

Чернавки засуетились, одна наступила другой на ногу, та громко ойкнула и попыталась отомстить, но обидчица ловко отпрыгнула в сторону. Толкаясь и напирая друг на друга, девицам все же удалось выполнить поручение главной по терему. Все мы стояли в ровной линии перед широким крыльцом.

– Сегодня выпала вам большая честь! – провозгласила Ирица с торжественностью, несвойственной обычному приему княжеского гостя, пусть и очень важного. – Все вы помните, что князь наш – не женат, и наследников у него не народилось.

Я совсем перестала понимать, к чему она клонит. Девица слева от меня выглядела взбудораженной, она жадно ловила каждое слово и каждый жест Ирицы. Немного подавшись вперед и повернув голову, я заметила, что и другие чернавки выглядят радостно встревоженными.

– Своим указом князь повелел собрать вас здесь, чтобы выбрать себе невесту! – закончила Ирица, ввергнув меня в полное оцепенение.

– Но князь не может жениться на чернавке…

Когда все горящие огнем взгляды обратились ко мне, я осознала, что произнесла эти слова чуть громче, чем хотелось бы. Ирица мигом отыскала меня в толпе повелительным взором.

– У славного Князя нашего врагов видимо-невидимо, любая невеста ему не подойдет. Но вы все здесь под моим присмотром ходите. Знаю точно, что девицы вы на предательство неспособные, зато здорового наследника родить каждая из вас горазда.

Я все еще крепко держалась на ногах, лишь за счет веры в то, что мерзкий князь не выберет меня в жены. Ирица ясно дала понять в своей речи: навязчивые страхи не позволят старику приблизить к себе малознакомую девицу. Всерьез тревожиться стоило той несчастной, которая у главной по терему на хорошем счету и в тереме давно служит. А иначе в невесты подошла бы и знатная, родовитая боярская дочь. Но все же эти смотрины выглядели дико. Я почувствовала себя обычным залежалым товаром на прилавке у болтливой торговки, и не смогла скрыть гримасы отвращения на своем лице, даже под пристальным взглядом Ирицы.

– И как же князь будет выбирать? – раздался веселый девичий голос с другого конца ряда.

Я не видела лица говорившей, но в речи ее не просочилось и нотки омерзения или безнадежной печали. Неужели богатство князя способно затмить его дряхлую старость, уродство и злобу в глазах молодой девицы? Мой батюшка, хоть и не был еще стар, а все же не стал жениться снова. Трудно было даже вообразить Всеволода Воронецкого, идущего рука об руку с девицей, которая годится ему в дочери.

Ирица воздела пухлую руку к небу:

– Князь любуется вами из своего окна! Когда одна из вас затронет его сердце, придет стражник и передаст нам его выбор.

Я задрала голову к верхним окнам, но ни в одном из них не заметила алчного лица старика. Остальные девицы хоть и не так откровенно, но тоже старались отыскать взглядом князя. Чернавки заулыбались, встали ровнее, одна поправила платок, вторая перекинула длинную косу со спины на грудь: каждой хотелось показаться самой красивой и достойной. Лишь одна я сгорбилась и опустила голову, чтобы полуслепые от старости глаза князя, не разглядев моего лица, переметнулись на другое: приветливое да нежное.

Ковыряя ногой травинку, я едва не проглядела, как на рундук вышел высокий дружинник, и встал рядом с главной по терему. По суровому взгляду я узнала в нем того самого стражника, который охранял княжеские палаты. С зоркостью ястреба дружинник всматривался в лица чернавок. Его колючие глаза добрались и до меня, но не побежали дальше по ряду, а остановились. Он наклонился к Ирице и коротко что-то шепнул ей на ухо. Та с довольной улыбкой кивнула ему и снова обратилась к нам:

– Радуйся, Заряна, быть тебе женой нашего князя!

Я огляделась по сторонам, отчаянно стараясь заприметить