Боец 4: лихие 90-е - Валерий Александрович Гуров

каленым железом в жопу метили… Ну, вот и эти тоже перестроились, рэкетом занялись. Насколько знаю, чудом не сели. Сами говорили мне однажды: на миллиметр от нас уголовное дело проехалось, грохнули там кого-то, что ли, при задержании, кто мог бы их слить. Ну, а мертвые, как известно, не говорят и не потеют… Якобы следак так и сказал: в рубашках родились, ребята! Это, сказал, предупреждение вам от Вселенной, если не прислушаетесь сейчас, потом может быть поздно…

— Прислушались?

— Да черт знает. Судя по тому, что пока живы, может быть… По крайней мере, когда последний раз виделись, клялись-божились, что честным трудом живут. Как говорится, хотелось бы верить… Когда про турнир им сказал, вмиг согласились. Так что ждите двух интеллигентов из Челябинска, на днях подвалят.

— Спасибо за подгон, — смеясь, сказал я, про себя думая, что персонажи должны быть колоритные, такие смогут публике хорошо зайти… После того мы со Степанычем еще малость потрепались ни о чем, попрощались, и я не стал тратить вечер впустую, а провел ряд упражнений на ОФП, растяжку, реакцию, твердо решив с завтрашнего дня начать подготовку.

Понятно, что это было продиктовано решением более объемным: принять участие в турнире. Да, я собрался биться и побеждать! При том, что оргвопросы с меня никто не снимет, это я понимал преотлично.

Когда на следующее утро я появился в спортклубе, ко мне первым делом подвалил Юра, серьезный и сосредоточенный — похоже, что вчерашний урок пошел ему впрок.

— Слышь, Боец, — сказал он, — ты не против, если я буду с тобой спарринговаться каждый день?.. Хочу опыта поднабраться, чтобы в грязь лицом не ударить на соревнованиях. А то чувствую, не хватает, конечно, опыта…

Он как в воду глядел. Я сам вчера собрался именно ему предложить быть моим спарринг-партнером, именно из-за его физического превосходства. С ним будет непросто, а заодно и сам он поднатаскается.

— Годится, — сказал я, — но биться будем дополнительно, если Андрей Борисович разрешит. Сам понимаешь, мне надо со всеми поработать.

— Ну, это само собой!..

…Ракитин, конечно, разрешил, но прежде я разбив ребят на пары, поруководил тренировкой, исправляя ошибки, указывая, показывая… Вот оказалось хлопотное занятие! Я устал не меньше, чем если бы сам тренировался и тут-то понял, каков он, хлеб наставника… А мне ведь предстоял еще и спарринг! И никто не отменял подготовку афиш. Веселуха полным ходом!

После общей тренировки мы с Юрой остались, и я предупредил:

— Сегодня отработаем только лоу-кики и защиту от них.

— Это по ногам?

— В основном да. Буквально в переводе с английского — «нижний удар». Очень эффективная штука, но и против него есть противоядия. Не только блоки, но и упреждающие удары ногами и руками…

И мы часа полтора отрабатывали и сами лоу, и противодействия ему. Юра на самом оказался толковым парнем, он учился, пытался понять биомеханику движений, ударов, защит и контр-действий, и даже я в этой тренировке кое-что для себя усвоил, например, как защищаться от лоу-киков коленом. Прием этот для нас обоих был внове, штука эффективная, но непростая и обоюдоопасная, надо было это отшлифовать, чем мы и занимались, по сути, изобрели велосипед, сами разработали то, что наверняка кто-то открыл до нас. Но само по себе это было чертовски интересно! Творчество самое настоящее, и Юра с тренировки ушел окрыленный.

А я помчался к Руслану домой — заранее созвонились, он объяснил, где живет, в общем-то недалеко.

Я на бегу усмехнулся тому, что успел неплохо изучить южную часть Уфы, ее исторический центр. И при этом совершенными терра инкогнита для меня оставались прочие районы, о которых я только слышал: Зеленая Роща, проспект Октября, Черниковка…Так вот сложилась моя жизнь здесь.

Руслан оказался закоренелым холостяком, жил в страшно захламленной хрущевке-двушке, не ощущая дискомфорта от царящего в жилище бардака. Ну, в общем, что тут сказать? Всяк из нас сам хозяин своей судьбы — охота человеку жить так, тем более, что зарабатывает он прилично, мало в чем себе отказывает… Ну и на здоровье!

— Заходи! — радостно приветствовал он. — Смотри!..

Свежеотпечатанные фото были разложены на столе. Тут же стояла эмалированная кружка с пивом.

— Будешь?! — радушно предложил он.

— Ни в коем случае, — сказал я. — Начал подготовку к турниру. Да и ты смотри, нам к шефу.

— А, — легкомысленно отмахнулся он. — Выветрится, успеет. Смотри фотки! Ну и как тебе?

Что правда, то правда — фотографии были сделаны отлично. Наверное, фотографом тоже надо родиться, и к этому делу у человека должен быть талант. Руслан очевидно умел поймать мгновенье, как мечтал Фауст, к этому нужно иметь какую-то особую способность, какой-то частью своего существа так прикасаться к миру, чтобы мир откликнулся чем-то интересным и неожиданным.

— Смотри, — увлеченно говорил Руслан, прихлебывая пиво и разглаживая огромные ватманские листы, — вот так расположим фотки, а вот тут надписи, рекламные и всякие…

— Оригинал-макет, — понимающе сказал я.

— Точно! Мы располагаем фото, располагаем текст, прикидываем как это будет выглядеть в печатном виде…

И мы увлеклись работой не хуже, чем с Юрой, только в другой сфере, понятно. Спохватившись, Руслан глянул на часы:

— Ух! Погнали-ка, Боец, смотри, шестой час!

Мы засобирались, и тут завибрировал его пейджер:

— А, вот и он, сейчас перезвоним!

Он позвонил шефу:

— Вадим Антонович… Да, работаем с Сергеем, сейчас к вам собираемся, да-да, через четверть часа будем.

— Ну все, несемся! — заторопил он меня, сворачивая.

Что верно, то верно, через четверть часа мы были у офиса, где обе двери были открыты настежь, а Алины почему-то не было.

— Входите! — зычно крикнул хозяин из кабинета, и мы вошли.

— Ну, — сказал он, — излагайте, что сработали.

Мы продемонстрировали оригинал-макеты будущих афиш, при этом шеф к некоторому удивлению моему сделал несколько метких толковых замечаний, которым Руслан охотно поддакнул, да и я кивнул.

— Ладно, — подытожил Вадим Антонович, — значит, заказываем афиши. Еще вопросы есть?

— Конечно, — сказал я и начал о проблемах размещения, проживания — того, о чем спрашивал Степаныч. Шеф слушал, дымя сигарой, схватывал на лету. Слегка прихлопнул ладонью по столешнице:

— Понял! Значит, где разместить, найдем, проблем нет. Оплата за свой счет, кроме разве что самых почетных гостей. Почетность буду определять я. Вот так.

Он помолчал, затянулся разок и сказал:

— А теперь у меня к вам дело…

Глава 18

Шеф отъехал на офисном кресле в угол, кряхтя, поднял с пола довольно большую картонную коробку, брякнул ее на стол.

— Это тебе, — сказал он мне. — Смотри.

Я раскрыл ящик… Бог ты мой! Там лежали аккуратно упакованные десять пар перчаток для боев ММА! Не те,