Сумеречный приют - Алесто Нойманн

НАСА. — Девочка улыбнулась. — Можно просто Эбби. Так называл меня мой папа.

— Я Харпер. — Парень протянул ей руку, которую она с удовольствием пожала. — А это моя невеста Джессика.

— Очень приятно, — доброжелательно отозвалась Уэбб.

— Знаешь, мою подругу тоже назвали в честь… — Он почесал в затылке. — Не помню, в честь кого, но он точно был связан с наукой.

— Если бы ты только знал, как я скучала… — Девочка ловко запрыгнула на стол и принялась болтать ногами как маленький ребенок, с любопытством разглядывая своего, как она сама выразилась, дядюшку. Само собой, Харпер не был для нее незнакомцем. Более того, она сама призналась, что ждала его прибытия.

— Ты ведь знаешь, что я не воскрес? — на всякий случай уточнил парень. — Что я не тот дядюшка, который… на кладбище?

Эбби задумчиво кивнула. С грустью взглянув на детали, разбросанные на столешнице, она вздохнула.

— Ты совершенно точно из другого мира. — Она подняла на него свои серые глаза. — И ты немного моложе. Мама всегда говорила, что мир — это бесконечное число возможностей, где каждая реальность — это шанс стать кем-то новым.

— Ого, моя подруга говорила в точности так же… — Харпер прервался, подбирая слова. — Скрывать не стану, у меня есть стойкое ощущение, что мы с тобой знакомы уже сотню лет. Если чертова Вселенная действительно бесконечна, то нужно пользоваться тем, что она дает второй шанс. Я с удовольствием буду твоим дядюшкой, Эбби. Можешь смело рассчитывать на мою защиту.

— Спасибо. — Девочка снова тепло улыбнулась. — Я рада, что ты здесь.

Джессика двинулась вдоль комнаты, рассматривая чертежи и схемы, развешанные по стенам. Вряд ли она смогла бы разобраться хоть в одном из них, но, по крайней мере, у Харпера появилась возможность узнать, что девочка тут вообще делает.

— Ты совсем одна? — осторожно спросил он.

— Мои родители погибли. — Она поджала губы. Такой естественный жест, когда человек хочет сдержать слезы. — Это было давно. Но мама говорила, что в бесконечности мира наши души бессмертны. Что когда-нибудь мои родные явятся сюда, чтобы меня спасти.

— Мне очень жаль, — сказала Джессика, на мгновение отвернувшись от книжной полки, возле которой стояла. — Малыш, почему здесь так много мертвецов? Что не так с разломом?

— Раньше этот фазовый сдвиг поддерживали мы с мамой, — сказала Эбби, опуская голову и словно погружаясь в глубокий омут самых болезненных в жизни воспоминаний. — Потом с мамой случилось несчастье… В общем, в один из дней мне не хватило сил справляться в одиночку. Сначала одна трещина, потом вторая. Так длится уже больше двух месяцев. Но со временем привыкаешь.

— Какой ужас. — Харпер покачал головой и прикрыл глаза. Ему было сложно осознать, что такое количество бед может свалиться на ребенка одновременно. — Мне очень-очень жаль. Знаю, что словами раны не залечить, но просто знай, что отныне ты в безопасности.

— Спасибо, Харпер. — Эбби быстро сморгнула подступавшие слезы и поудобнее устроилась на столешнице. — Скажи, что вас привело именно сюда?

Такой невинный вопрос, поставивший обоих гостей в тупик. Ведь именно эту часть истории лучше рассказывать с повышенной осторожностью.

Честность превыше всего. Ник всегда говорил, что детям и подросткам бесполезно врать, они тонко чувствуют фальшь. Кроме того, девочка не заслуживала вранья после всего, что ей довелось пережить в стенах этой крепости. Харпер мысленно вздрогнул, вспомнив приказ Хаббл нейтрализовать хозяина фазового сдвига в случае сопротивления. Он ее не винил. Хаббл даже примерно не могла представить, кого они здесь найдут. Будь она здесь, то уже схватила бы девочку в охапку и бросилась прочь из города, лишь бы увести беззащитное создание подальше от мертвой армии.

— Эбби, я скажу тебе честно. — Он остановился перед ней, заглядывая в бесконечно умные серые глаза. — У нас есть свой фазовый сдвиг, он называется Сумеречным приютом. Там живет моя семья. Это замечательные люди, ради которых я готов рвануть на край света, что мы собственно и сделали. У нас закончилась еда, нет медикаментов, нет запчастей для ремонта.

— Ужасно, — прошептала она.

— Моя невеста обладает уникальным даром ясновидения, и она увидела твой склад в своем сне. — Харпер прервался. Следующая фраза могла либо спугнуть Эбби, либо показать, что он не собирался врать. — Мы пришли сюда за ними. Но не ожидали, что встретим тебя.

Она помолчала, изучая его своими пронзительными серыми глазами.

— Вы убьете меня и заберете все, да? — Голос ее звучал почти безразлично. Словно она уже была готова к любому повороту событий. Словно самое страшное в ее жизни уже произошло.

— Ни за что! — воскликнула Джессика, поворачиваясь к Эбби. — Мы вытащим тебя отсюда и возьмем с собой. Если ты позволишь, захватим припасы.

— Куда мы отправимся? — спросила Уэбб. — Кто твои друзья, Харпер?

Он собирался было что-то ответить, как вдруг Джессика удивленно охнула, остановившись возле одной из полок. Обернувшись на нее, парень нахмурился. Ему и так нелегко давался этот диалог, зачем было так явно проявлять свои эмоции?

— Это твои родители? — Джессика любовно сняла рамку с полки и с улыбкой взглянула на снимок.

Эбби ловко спрыгнула со стола и остановилась рядом с девушкой.

— Ага.

Все еще недовольный тем, что их прервали, Харпер двинулся в их сторону. Взглянув на снимок через плечо Джессики, он обомлел.

— Невозможно… — выдохнул он и нервно рассмеялся. — Невозможно!

— Что такое? — Уэбб нахмурилась. Ей явно не нравилось, что при взгляде на погибших родителей, Харпер зашелся странным истеричным смехом.

— Да это же мои лучшие друзья! — воскликнул парень. — Джесс, ты взгляни!

Со снимка на них смотрела семейная пара. Без тени сомнения, женщина со снимка — повзрослевшая Хаббл. Волосы убраны в тугой пучок на макушке, на носу красуются очки-половинки. Взгляд такой же пронзительный и серьезный, как у его подруги из Сумеречного приюта. А рядом…

— Твоего папу звали Ник? — спросила Джессика.

— А как вы узнали? — Эбби взглянула на снимок, словно ища какие-то подписи.

— Харпер, я сейчас упаду.

Парень сам был готов рухнуть. Хаббл со снимка обнимал за плечи высокий широкоплечий мужчина с густыми темными волосами и невероятно добрыми серыми глазами. Даже если отбросить в сторону то, что металлическая внешность их Дровосека отличалась, Харпер все равно узнал в улыбке мужчины своего лучшего друга. Это определенно были Николас и Хаббл. Родители маленькой гениальной Уэбб, помогавшей своей маме поддерживать разлом в совершенно ином мире.

— Так вы их знаете? — Эбби уже не скрывала своего нетерпения.

— Хаббл — это сердце и душа Сумеречного приюта, источник энергии, который поддерживает фазовый сдвиг. Уверен, что твою маму звали так же.

— Не может быть! — Девочка поморгала, словно пытаясь проанализировать