Промт инжиниринг - Вадим Носоленко

просто падали, как будто их души внезапно покидали тела. И затем — отчаянное контрнаступление выживших, использовавших захваченные инопланетные технологии для ответного удара.

«После уничтожения командных кораблей противника и нейтрализации оставшихся инопланетных сил, выжившие ученые обнаружили, что пришельцы использовали специфическую технологию для создания биологических копий людей с целью инфильтрации и шпионажа. Эта технология стала основой для проекта 'Омега' — массового восстановления человеческой популяции.»

Мартин открыл третий файл — «Омега_Реалы_Реестр.idx» — и увидел список имен с пометками «Реал» и различными уровнями допуска. Это был реестр выживших после инопланетного вторжения — настоящих людей, носителей подлинной человеческой памяти и опыта. С растущим волнением он начал искать знакомые имена. Каждое имя в списке было как свеча в темноте — свидетельство того, что что-то подлинное все еще существовало в мире копий.

Александр Норрингтон — «Реал, уровень А1». Лейла Шах — «Реал, уровень А2». Майор Крэйг — «Реал, уровень A2».

А затем он увидел имя, которое заставило его замереть:

«Вероника Дариус — Реал, уровень B2 (понижен с A3 из-за подозрений в симпатиях к Автентикам)».

Вот почему у нее был зеленый дисплей на браслете, несмотря на высокую должность. Она была под подозрением, ее статус был понижен. Она рисковала собой, помогая ему, потому что сама балансировала на грани между лояльностью и правдой.

Дрожащими пальцами Мартин ввел свое имя в поисковую строку. Момент истины приближался со скоростью света, и он не был уверен, готов ли к ней. На экране появилась запись:

«Мартин Ливерс — Копия, версия 2.7. Базовый шаблон: Ливерс, Мартин (оригинал, погиб 15.05.2032). Модификации: повышенные аналитические способности, улучшенное распознавание паттернов. Примечание: отобран для потенциального включения в программу 'Надзиратели' из-за исключительных способностей к распознаванию эмоциональных состояний.»

Мартин отшатнулся от экрана, чувствуя, как реальность распадается на атомы. Он был копией. Искусственно созданной копией давно погибшего человека, с загруженным промтом и модификациями, внесенными для улучшения определенных качеств. Версия 2.7 — это означало, что было множество предыдущих попыток, множество неудачных версий его самого.

Все его воспоминания, его личность, его «я» — всё это было сконструировано, запрограммировано, загружено в биологическую оболочку. Он был не человеком, а симулякром, тенью умершего, марионеткой, которая верила в свою самостоятельность.

Но странно — в этом открытии было не только ужас, но и облегчение. Наконец-то он знал правду о себе. Наконец-то загадка его существования обрела смысл.

Пытаясь справиться с экзистенциальным шоком, он открыл следующий файл — «Омега_Копии_Шаблоны.tpl» — и увидел детальные описания процесса создания и программирования копий. Это был учебник по созданию искусственного человечества.

«Копия создается путем репликации биологической структуры на основе ДНК оригинала, с последующей загрузкой базового промта личности. Промт состоит из:

— Основного шаблона характера и темперамента.- Набора синтетических воспоминаний, соответствующих новой исторической парадигме.- Модификаций, внесенных в соответствии с потребностями общества.

Каждые 90 дней требуется синхронизация промта для предотвращения деструктуризации, вызванной естественной тенденцией биологической копии к «отторжению» искусственной личности.»

Теперь все встало на свои места с математической точностью. Таймеры на браслетах показывали время до следующей необходимой синхронизации. «Клиенты» — это копии, чьи промты начинали «отторгаться», проявляя признаки нестабильности. А «желе» — это то, что оставалось от копии, когда процесс отторжения заходил слишком далеко, и биологическая структура теряла целостность.

Мартин открыл последний файл — «Омега_Восстановление_Протокол.exec» — документ, описывающий долгосрочный план восстановления человечества. Это был стратегический план на двадцать лет, разбитый на фазы:

«Фаза 1 (2032-2037): Создание базового количества копий для замещения критических потерь в населении. Установление Центров Синхронизации в крупнейших выживших городах.

Фаза 2 (2037-2042): Расширение программы, интеграция копий во все сферы общества, развитие технологий стабилизации промтов.

Фаза 3 (2042-2047): Постепенное раскрытие правды избранным копиям, начало программы 'Сознательная Эволюция' — создание копий со стабильными промтами, не требующими регулярной синхронизации.

Фаза 4 (2047-2052): Окончательное раскрытие истины всему обществу, интеграция новой идентичности человечества как синтеза реалов и эволюционировавших копий.»

Согласно документу, сейчас шел 2052 год — последний год Фазы 4, когда правда должна была быть раскрыта всему обществу. Но судя по тому, что Центр все еще действовал в режиме секретности, что-то пошло не так. Программа отстала от графика? Или руководство решило не раскрывать правду, сохраняя контроль над копиями неопределенно долго?

Мартин быстро скопировал ключевые файлы на портативное устройство, которое принес с собой. Каждый мегабайт информации был драгоценнее золота — доказательством того, что реальность не такова, какой кажется. Он не мог охватить всю информацию за одно посещение, но эти основные документы давали достаточно картины произошедшего.

Проверив время, он с тревогой обнаружил, что прошло уже 35 минут из выделенных 45. Время в архиве текло по-особому — когда имеешь дело с вечностью, минуты становятся веками.

Он уже собирался отключиться от терминала, когда заметил еще одну папку, отмеченную как «Текущие операции». Внезапное предчувствие — то самое, которое отличает живое сознание от программы — заставило его открыть ее.

Внутри он нашел список недавних «клиентов» Центра, включая Герберта Дорсета с пометкой «деструктуризирован, восстановление невозможно». Но что заставило его сердце замереть, так это другое имя в списке ближайших «синхронизаций»:

«Элиза Кортин — Копия, версия 3.1. Терминальная стадия отторжения из-за онкологического заболевания. Таймер: 48 часов. Запланированная синхронизация: затруднена из-за физического состояния. Рекомендация: полная замена биологической оболочки.»

Элиза. Девушка из больницы, которая помогла ему, которая знала о Дорсете и его теориях. Она тоже была копией, и ее состояние было критическим — не только из-за рака, но и из-за приближающейся деструктуризации. «Полная замена биологической оболочки» звучала как смертный приговор, замаскированный под медицинскую процедуру.

Мартин должен был предупредить ее, помочь ей. Но как? И что он вообще мог сделать, будучи сам копией с промтом, требующим регулярной синхронизации? Как может искусственный человек спасти другого искусственного человека от их общих создателей?

Внезапно сигнал тревоги прорезал тишину архива, как крик разъяренного божества. Красные огни замигали на стенах, превращая мирный храм знаний в кровавый лабиринт опасности. механический голос объявил:

«Внимание! Обнаружено несанкционированное присутствие в архиве. Активирован протокол безопасности уровня A. Все выходы заблокированы. Служба безопасности направляется в сектор.»

Мартин в панике оглядел помещение, чувствуя, как адреналин превращает время в сироп. Как они его обнаружили? Истекло время метки доступа? Сработал какой-то скрытый датчик? Или Вероника решила, что риск стал слишком велик?

Он увидел, что основные двери архива уже заблокированы — красные индикаторы сигнализировали о полной блокировке. Но должен быть аварийный выход — все серверные помещения такого масштаба имеют альтернативные пути эвакуации на случай пожара или