Во Власти Тьмы - Мадина Ризванова

- В этом и вся проблема... Я обычный человек...

- Сиверен, но я люблю тебя именно такого.

Печаль едва теплилась в ее синих глазах, грозя разрастись с большей силой. Он боялся допустить это и потому улыбнулся ей более радушно и, заключив в объятья, подарил ей нежный поцелуй. Рядом с ней ему всегда становилось спокойней, быть может, именно по этой причине он проводил больше времени в ее обществе, уходя из дворца. Ей он открывал всю свою душу, позволяя читать мысли как открытую книгу.

Ей можно, она поймет.

С ней он мог молчать целые дни напролет, просто взяв ее под руку. Она не станет возмущаться, обвинять. Она просто помолчит вместе с ним.

На территорию спокойного, как и всегда, дворца он вступил в ее же сопровождении. Но наткнуться в его коридорах на всегда серьезную Лизавин они были просто не готовы. К их паре она всегда относилась с неким недоверием и зачастую даже с неодобрением. В этот день она от чего-то умолчала, обратив все свое внимание к брату.

- Тебя отец видеть желает.

- Отец? - искренне удивился Сиверен. - Он ведь в Менсуэле.

- Вернулся, - сухо отозвалась она, прожигая Элиан недобрым взглядом. - Получасом назад. Он ожидает тебя в своем кабинете.

Неуверенность охватила его сознание. В легкой нерешительности он повернулся к Элиан. Он возможно никогда не перестанет ее боготворить. Она всегда вела себя слишком идеально, что заставляло его задуматься: а достоин ли он ее?

В ответ на его взгляд эльфийка выпустила его руку и улыбнулась. Она поймет...

Сиверен не обронил ни слова, обошел сестру стороной и быстрым шагом удалился прочь. Он очень хотел поскорее увидеться с правителем и, наконец, узнать, что заставило его так скоро отправиться на темные земли.

Задумчивый взгляд Лизавин проводил его до первого поворота, за которым он скрылся, после чего внимание неспешно переплыло к невольно отступившей Элиан. Последняя явно была готова пуститься наутек в любую минуту. Гнев в серых глазах Лизавин всегда вызывал в ее сердце непреодолимое чувство вины перед ней.

- Вижу, ты нуждаешься в повторе моих слов, Элиан, - холодно произнесла она. - Еще хоть раз увижу рядом с братом, я повторяться более не стану. Вперед ногами отсюда вылетишь.

- Но что я такого сделала? - неожиданно возмутилась Элиан, подняв на нее взгляд.

- Помни, ты здесь гость. Завлекать Сиверена в любовные сети я тебе не позволю. У меня нет желания смотреть на то, как он повторяет судьбу забытого тобой Фэинэла.

Разумеется, позабыть о нем, она была не в состоянии, но и вспоминать без боли не могла. А Лизавин, несомненно, зная об этом, нипреминит всякий раз надавить на старые раны. Фэинэл был ее возлюбленным, ее женихом. Отнюдь, у нее не было к нему такой сильной любви как к Сиверену, скорее она чувствовала себя перед ним обязанной. Отказаться от этих чувств оказалось гораздо сложнее.

Граф Хизари был заядлым любителем крепких напитков и еще не раз не упускал возможности завязать с ней беспричинную ссору. И что было гораздо невыносимей - так это то, что и руку на нее он поднять мог без зазрения совести. От чужих глаз Элиан всегда пыталась скрыть свои проблемы, словно боясь чего-то. На последующий день после очередной ссоры Фэинэл повесился, но истинная причина подобного поступка никому не была ясна. Позже она стала более или менее всем понятна. На плечах Хизари висел не маленький должок одним очень влиятельным людям. Сумму настолько огромную выплатить он был просто не в состоянии, что и подтолкнуло его на этот безрассудный шаг. После его смерти долг, несомненно, перешел на нее, но она, хвала Богам, справилась с этим.

В день смерти Фэинэла Элиан была в отъезде. Она и сама не понимала, почему ее посчитали виновной в его гибели. Она ведь была к тому абсолютно не причастна.

- Я не виновата в его смерти, - возразила она сквозь слезы. - Он был повинен в ней сам.

- Сомневаюсь, - Лизавин была непреклонна.

- Я люблю Сиверена. Всем сердцем люблю.

Элиан была просто в отчаянии, но даже это не смягчало сердца Лизавин. Она в ответ лишь хмыкнула и, не желая продолжить эту беседу, уверенным шагом направилась прочь, нарочно задев ее плечом. Для Лизавин, под чьим присмотром Сиверен рос с трех лет, сводный брат навсегда оставался ребенком. Он вырос слишком быстро и незаметно для нее. Воспринимать этот факт ей не хотелось абсолютно. Ее можно было понять, ибо он был для нее ценен больше, чем кто-либо.

Дверь в кабинет Лоренса открылась настежь и с громким грохотом ударилась ручкой об стену. В слабо освещенное за счет нескольких свечей помещение торопливым шагом вошел Сиверен. Уверенным шагом он направился в сторону несколько удивленного правителя.

- Здравствуйте, отец, - поприветствовал его Сиверен, восстанавливая сбившееся дыхание. – Слышал, Вы звал меня.

- Верно, звал, - кивнул в ответ Лоренс. - Сядь.

- А где Сэм? Он вернулся?

- Нет, Сив, он не вернулся, - со вздохом ответил Владыка. - Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить.

Сиверен целеустремленно вернулся к порогу, закрыл дверь и лишь после того подошел к рабочему столу правителя и сел в указанное им кресло. В его карих глазах затеплились искорки опасения, что не давало ему покоя. Утопая в том омуте, он встревожено спросил:

- С ним что-то случилось? Что-то такое, из-за чего Вы был вынужден оставить его в Менсуэле?

- С ним все в порядке, - опровергнул его догадки правитель и как-то неуверенно улыбнулся.

Облегченный вздох сам собой вырвался из груди Сиверена, откинувшегося на спинку кресла. Хоть Сэм и был ему братом не родным, он все же дорожил его жизнью как своей. Во всей семье его любили и чтили больше всех, поскольку Сэм являлся той частичкой, которая не позволяла им рассыпаться или упасть духом вне зависимости от положения.

- Полагаю, слух о том, что мы решили противостоять силам Тьмы, уже дошел до тебя, - начал свое объяснения Владыка, не сводя пристального взгляда с сына.

- Нет, - с некоторым удивлением отозвался тот.

Лоренс невольно изумленно заломил бровь.

- Теперь тебе это известно, - продолжил он, сомкнув руки в замок. Сиверену оставалось лишь беззвучно шевелить губами не найдя слов. - Так вот Сэм основное звено в этом задании. Он в числе трех избранных.

Эти слова заставили Сиверена поновой нахмуриться. В руке он все крепче сжимал хрустальный шар, в чьем сердце вспыхнул алый дымок, выражая все эмоции своего хозяина.

- Сэмиан еще слишком молод для столь опасных походов, - отрешенно произнес он. - Почему Вы не послали кого-нибудь из опытных воинов?

Лоренс слишком сильно ощущал его страхи и чувства. Впрочем, на то Сиверен и человек, чтобы не брать их под контроль. Он не был на него зол, не винил. Это радовало правителя.