Я ненавижу оборотней - Катерина Полянская

— Я отойду, — поставили меня в известность некоторое время спустя.

Кивнула. Даже уточнять направление корректно не стала.

Честно, я ожидала, что он вернется через пару минут, вытряхнет разомлевшую меня из пледа и повезет домой. Пока сидела, в очередной раз набрала маме и перекинулась с ней парой слов.

Дахор появился не скоро, минут через пятнадцать. Ну как, Дахор… натуральный такой серый волк с четырьмя лапами, внушительным набором зубов, мохнатый и всклокоченный. А еще у него были совершенно щенячьи желто-серые глаза и уши, которые этот позер зачем-то прижал к массивной голове. Получилась умильная, но смертельно опасная зверюшка.

Памятуя о последнем, я собралась завизжать, но позорно подавилась воздухом. А он, пользуясь моментом, пристроил голову ко мне на колени, сдвинул сарафан чуть вверх, уткнулся холодным носом в согретую под пледом кожу, для контраста пыхнул горячим дыханием и… проникновенно заскулил.

ГЛАВА 11

На следующей неделе ничего выдающегося не произошло. С парнями я общалась всего пару раз, и то исключительно по телефону. В остальное время жила своей привычной жизнью: вернулась к обычному ритму нагрузок, засела за учебники, каждый день переписывалась с подругами из дома, вечерами иногда выбиралась куда-нибудь с Дорианом, иногда к нам присоединялась Марси. Скучно не было, но в то же время чего-то ощутимо недоставало.

Нюх и слух вели себя прилично, луна меня больше не беспокоила. Только внутри неудержимо росло странное чувство. Ожидание чего-то важного.

Гленда чувствовала себя виноватой в том случае с Ирмой и, когда выяснилось, что волчья шкура в качестве половика мою грозную маму больше не интересует, нагрянула с извинениями и подарками. Пока срывала упаковки с симпатичных нарядов и угощала ее кофе с домашним печеньем, подруга рассказала, что они с Дорианом так и не стали парой. Нет, они как бы вместе, но как-то ненормально, только ночью. Тогда как в светлое время суток упорно делают вид, что вообще не знакомы. Волчица очень переживала по этому поводу, хотя виду старалась не показывать.

У нас наконец-то появилась помощница по хозяйству, а на день позже еще и садовник. Все произошло странным образом и уже тогда, когда мама убрала объявление из базы города. Пускать в дом волков, если те не являлись моими друзьями и не собирались убраться через несколько часов, мадам Бушар не намеревалась.

Я как раз помогала маме убирать со стола, когда в дверь позвонили.

— Наверное, Адастис что-нибудь забыл, — пробормотала родительница и торопливо простучала каблуками в сторону двери.

Любопытство — двигатель всего на свете, так что я тоже высунула нос из кухни. И правильно сделала, иначе имела все шансы пропустить самое интересное и, как обычно, необъяснимое!

— Здравствуйте.

На пороге стояла невысокая черноволосая женщина и немного затравленно заглядывала маме через плечо. Но когда нашла взглядом меня, выдохнула и немного расслабилась.

— Это вы — Ювелина Бушар?

— Чем могу помочь?

Мама распознала оборотня, а потому говорила предельно сухо.

— Вам еще нужна чернушка?

— Кто?!

Светлые брови недоуменно изогнулись, а я для себя отметила, что не так уж много родительница понимает в местных оборотнях. Хотя в оборотнях вообще разбирается, вот это странно.

— Служанка, домработница, помощница по хозяйству, — монотонно принялась перечислять визитерша. — Я все умею! Так можно войти?

На мамино лицо вернулась прохладно-вежливая улыбка.

— Ах, это… Спасибо, но уже не нужно.

И она попыталась захлопнуть дверь перед носом у неугодной гостьи, но та ловко втиснула худое плечо в проем.

— У меня с собой рекомендации. Может, глянете?

И, не дожидаясь ответа, чернушка сунула в руки растерявшейся хозяйке дома свернутый трубочкой листок.

Мама поджала губы и развернула лист. Вчитываться изначально не собиралась, равно как и брать волчицу на работу, но в послании обнаружилось нечто такое, что заставило мадам Бушар передумать по обоим пунктам. И минуту спустя она посмотрела на женщину, так и стоявшую в дверях, немного иначе. Как на неизбежное зло.

— Что же, Даника, вы нам подходите. Можете приступать с завтрашнего дня.

И она с видимым удовольствием все-таки захлопнула дверь, вытолкав гостью за порог.

А потом порвала бумагу на мелкие клочки и сунула их в карман своего элегантного платья.

Прошло три дня. За это время Даника привела садовника, которым оказался уже знакомый мне Стен, и оба они успели поцапаться с Дорианом. Вплоть до рычания! Мама кривилась и постоянно повторяла, что ненавидит папину работу.

Мы с мамой сидели в гостиной и листали модный журнал, когда она снова попыталась влезть в мою жизнь:

— А что твой другой оборотень? Из второй стаи…

— Ланхольт?

Спину как морозной крупкой обсыпало. Признаюсь, все это время мне было вполне комфортно общаться с волками исключительно по мобильному. Вроде как они присутствовали в моей жизни, но в то же время и нет.

— Наверное. — Мама поджала губы. — Ты не собираешься мне его показать?

— Э-э-э… Зачем?

— Должна же я знать, с кем моя дочь сбежала на целую ночь!

Я по привычке закатила глаза. Что-то после переезда в этот город мне слишком часто приходится это делать. Еще немного, и они в таком положении и останутся.

— Лан все время занят, — это была правда. — Он стал вожаком после смерти отца, теперь ему приходится вникать в дела стаи, его ведь не было семь лет.

— Наверняка у него есть девушка, — заметила мама, переворачивая страницу.

Взгляд успел остановиться на симпатичном персиковом платье. Вместо ответа, которого я просто не знала, хотела посоветовать маме заказать его через интернет. Покупать что-либо из одежды здесь мадам Бушар отказывалась, и Гленда помогла разобраться, как сделать заказ.

Облечь мысли в слова помешало короткое треньканье. Я тут же вскочила.

— Почта! Результаты контрольных пришли.

С математикой у нас была взаимная нелюбовь. Я вообще больше тяготела к языкам, но папа решил, что поступать надо на юридический, а мне тогда было все равно. Даже удивительно, как может измениться человек меньше, чем за месяц. Новый дом, совершенно другое окружение и — вот оно! Я уже не была домашней девочкой, которая просто плывет по течению.

В Логове я будто бы обрела недостающую часть себя.

Чаще и чаще в голову закрадывалась мысль, что по возвращении домой все пойдет совсем по-другому.

Палец коснулся клавиши, экран ярко вспыхнул.

Несмотря на семь дней зубрежки, в бланке стоял низший балл.