Я ненавижу оборотней - Катерина Полянская

Выпалив это, Дориан исполнил мое желание и унесся прочь. В холле снова скрипнул пол, через минуту мы с Флором услышали звук отъезжающей машины.

Отсутствовал он долго. За это время Гленда успела проснуться, выплакаться, съесть суп, заботливо приготовленный нами с Флором под ее чутким руководством, и принять лекарство.

— Я даже разглядеть ничего не успела, — вздыхала серая. — Только черный костюм, достаточно приличный, я такие в каталоге одного поставщика встречала, и шприц.

— Ладно, успокойся.

Я присела рядом с ней и погладила подругу по волосам.

На самом деле мне и самой было страшновато. После первого случая прошло примерно две недели, все это время в моем присутствии никто даже мельком не упоминал о нем. А тут вот это… Интуитивно я чувствовала: неспроста! Жестокое убийство одной серой должно быть как-то связано с попыткой похищения другой.

Впрочем, играть в детективов, даже мысленно, я не собиралась, потому постаралась сосредоточиться на Гленде.

— А запах? — вдруг вскинулся Флор. — Помнишь, чем от них пахло?

Гленда наморщила лоб, но очень скоро покачала головой:

— Ничем. Воняло каким-то лекарством, это перебивало все остальное.

Только я подумала, что кто-то подготовился заранее.

— Вы только не смейтесь, — попросила оборотень, прикрывая зевок ладошкой, — лекарство начало действовать. — Я теперь даже от дома до магазина дойти буду бояться.

Что тут смешного, я бы тоже тряслась! До сих пор, хоть и знаю, что хорошо защищена, пугаюсь светловолосых девиц и темных углов. Наверное, потому что понимала Гленду, как никто другой, я предложила, не задумываясь:

— Может, возьмешь меня в магазин на испытательный срок? Скажем, на полдня? Мы с Дорианом утром смогли бы заезжать за тобой, одной ходить бы вообще не пришлось…

— А вечером я буду приходить, — воодушевился серебристый.

И мы оба состроили умильные мордашки и умоляюще уставились на Гленду. Ну же!

— Черт! Звучит соблазнительно… Но, Джая, твоя мама меня возненавидит!

— Маму я беру на себя, — уже не так уверенно, но я продолжала гнуть свою линию.

Сил спорить у измученной женщины не было, поэтому она кивнула, устроилась поудобнее и закрыла глаза.

Как раз в этот момент под окном рыкнул старенький автомобиль Дориана.

Мы с Флором подпрыгнули как на иголках и рванули к лестнице.

— Ну как?

Дориан окинул нас тяжелым взглядом и бросил короткое:

— Он мертв.

— Бред! — возмутился Флориан, из его груди вырвалось негромкое рычание. — Яварн сказал, что сильно прокусил ему плечо и ногу. Здоровый мужик не должен был откинуть лапы от такого!

Я в вопросах медицины была не сильна, поэтому просто переводила взгляд с одного на другого и впитывала важную информацию.

— Он — человек, забыл? — окрысился Дориан.

Будто даже мерзавца собирался защищать просто потому, что тот не был волком!

— У него нет вашей выносливости и бешеной регенерации. После укуса он потерял много крови — вот результат.

— Раз с ними так просто, найду второго — сам загрызу, — буркнул мальчишка и, нахохлившись, скрылся в комнате сестры.

Желания призвать парня к порядку, как и сочувствия к умершему, в моей душе не было. Привыкаю жить по волчьим правилам.

— Джая, собирайся.

Охранник устало потер лицо.

— Поедем домой.

— Думаешь?

Я покосилась на дверь, за которой только что скрылся Флориан.

— В медпункте я встретил Дахора. Твой дружок, как и я, явился за информацией.

Упоминание конкретно этого оборотня неизменно вызывало на лице Дориана гримасу ненависти.

— С минуты на минуту он будет здесь с дядей и отцом, поэтому просил увезти тебя. Не следует дочке Адастиса Бушара настолько глубоко влезать в волчьи дела.

Да не особо-то и хотелось! Я начала спускаться.

Вечером состоялся серьезный разговор с родителями. Один из тех, которые ненавидят все дети, даже если они давным-давно выросли.

Прекрасно осознавая, что такое шило, как внезапно появившаяся работа, долго в мешке не утаишь, я решила сразу и честно рассказать домашним обо всем. И выбрала время за ужином, как раз во время десерта. Папа не говорил о нападении, хотя, вероятнее всего, знал, и я тоже не стала. Лишние волнения никому не нужны, так что начать решила сразу с главного.

— А я нашла работу…

Не втянуть голову в плечи в ожидании маминой реакции стоило огромных трудов. Внимательный взгляд голубых глаз скользнул по мне и сместился левее.

— Адастис?!

— Клянусь, я здесь ни при чем.

Папа взмахнул руками и тепло улыбнулся.

— Джая, объяснись, пожалуйста.

Мелкие молчали, Лейси даже поджимала губки, копируя маму, но жадный блеск в глазах выдавал обоих с потрохами.

— Напросилась к Гленде поработать в магазине, — усилием воли сохраняя спокойствие, пояснила я. Но получалось только внешне, сердце испуганно колотилось где-то в горле. — И она согласилась. Это всего на полдня, потом буду заниматься, ходить в спортзал, в общем, как всегда.

Родители обеспокоенно переглянулись.

— Джая, но зачем?!

Мама дрожащей рукой поднесла чашку к губам и немного отпила.

— У тебя нет острой необходимости работать. А если Гленде нужна помощница, пусть лучше возьмет Марси, ей тяжело в прачечной.

Ой, а вот о Марси я как-то и не подумала…

— Мне это тоже нужно. Хочу чувствовать себя хоть немного полезной. И взрослой!

Последнее против воли сорвалось с языка. Мама закатила глаза. Совсем как я!

А вот папа напустил на себя непривычно строгий вид.

— Дорогая, это перебор. — Он старался говорить мягко, но скрыть недовольства не смог. — Твой поступок может отразиться на моей репутации.

С нами в Логово распределили еще три семьи. Ну как, семьи… Ривсвеллы, муж с женой, они оба работали при миссии, но я понятия не имела кем. Просто видела, когда возвращалась с пробежки, пару, усаживающуюся в бордовый автомобиль. И Лесвин, противный старикашка. В один из дней пути в Логово он ехал вместе с нами в автобусе и извел маму советами по воспитанию детей.

Что странно, мы не общались. До переезда я вообще не знала об их существовании, хотя дома мама иногда устраивала званые обеды или ужины, на которых присутствовали папины сослуживцы. Оборотни о них ни разу не говорили. И вряд ли кому-то будет большое дело до того, чем я занимаюсь. Скорее всего, эти люди не воспринимают ничего вокруг, за исключением своей работы.

— Я не делаю ничего такого! — Кажется, я все-таки взорвалась. — Это приличный магазин, и я буду уходить не на весь день. Но если вас что-то не устраивает, у Гленды есть квартирка в том же здании, могу на оставшееся время попроситься пожить там. Так я не буду в очередной раз позорить семью! И вам не придется меня терпеть!