Синяя бабочка плетельщика судеб - Ариадна Краснопёрова

Это вторая деревушка была немного в стороне от пути к Безлюдным Пустошам, но я свернул сюда специально, вроде как мы собираемся сделать вид, что идём в обход, чтобы запутать преследователя. На самом деле это ничего не даст: такой колоритный отряд трудно не заметить, и в какой момент мы бы не свернули, всё равно будет видно, что мы идём в Пустоши. Причина, по которой я привёл всех сюда, была чисто эгоистичной — в этой деревеньке находились лучшие бани всей северной части живого кольца.

Мне просто хотелось наконец-то смыть с себя всю грязь Вээертоге, выпарить её из костей, очиститься хотя бы физически. Да и вонять мне уже надоело.

— Вставай, — я легонько пнул севшего под дверью Эрни.

Тот лениво открыл левый глаз.

— Не-а.

— Встать. Сейчас же, — жестко сказал я.

Не знаю, наверное, приказной тон надо было отрабатывать перед зеркалом, но волчонок только выдохнул:

— Лучше убей.

Меньше всего Эрни хотелось сейчас вставать и куда-то идти.

В глазах потемнело. Внезапно его лицо оказалось напротив моего, а судорожно дёргающееся горло — у меня по пальцами.

— Что, всё? Выдохся, слабак? — зашипел я, сквозь плотно сжатые зубы. — Уже не хочешь стать великим алхимиком, вылечится? Уже всё, к Змею попросился? А вот фиг тебе, встанешь и пойдёшь как миленький, ясно?

— П-п-п… — выдохнул Эрни.

— Что? Не слышу? — я демонстративно оттопырил ухо рукой.

— Пусти! — наконец сообщил волчонок, безуспешно стуча кулаком по державшей его руке.

Спохватившись, я отступил, опуская сведённую судорогой руку. Эрни грохнулся на пол с глухим стуком и судорожно закашлялся, с ужасом поглядывая на меня. Я же только озадаченно чесал в затылке.

И что это такое только что было? Нет, понятно, что вспышка ярости… Но какого чёрта?! Я никогда не требовал ни от кого повиновения, даже когда имел на это право… А тут такая бурная реакция…

— Ну что, встаёшь? — миролюбиво спросил я.

Полуволк опасливо покосился на меня, но руку все же принял.

— Учитель, а почему вы так рассердились? Я нарушил какое-то правило? — робко спросил Эрни. Голос его дрожал, колени подгибались, но он всё равно пытался выяснить причины.

Я удивлённо моргнул. Ещё раз. Нифига себе нервы! Его чуть не придушили прямо тут, гроза не миновала, а он уже вопросы по существу задаёт. Только вот бы ещё знать на них ответы… Впрочем, можно выиграть немного времени. Протянув руку к невольно сжавшемуся мальчонке, я ослабил ремни. Сумки мягко соскользнули на пол. Эрни опасливо открыл один глаз.

— Легче? — заботливо спросил я. — Вот и ладушки, сложи добычу в тот угол и пошли. По дороге поговорим.

Мальчик явно был сильно ошарашен такой переменой настроения, но возражать не стал. Я запер, очень хорошо запер дверь нашей комнаты, трижды проверив охранную систему, спустился вниз и вышел на улицу. Немного повертев головой, пошёл туда, где улицы сужались, то бишь к центру города, более заставленному домами.

— Учитель, а куда мы идем? — все же рискнул спросить полуволк, послушно следуя за мной.

— В баню. Хочу отмыться, да и тебе подобное не помешает, — пожал плечами я. — Не принимай близко к сердцу то что было в комнате, ладно? Я же не просто так покинул боевой пост и в Пустоши собрался. Так получилось, что я застрял в боевом облике, со всеми вытекающими последствиями вроде паранойи и нелюбви к проявлениям слабости. Просто… Если что-то не так, говори спокойно, докладывай, а не раскисай как нечто непотребное.

Мне было немного неловко. Напугал ребёнка, себя не сдержал. Тьфу! Что бы сказал узкоглазый пень на подобное непотребство? То-то же.

— И, если у тебя есть какие-то вопросы, — вспомнил я. — Задавай, не стесняйся. Ты же всё-таки мой ученик на время этого похода. Потом я сдам тебя с рук на руки Хару, и будешь ты донимать уже его… Хотя тут ещё вопрос кто кого.

Глаза Эрни прямо-таки вспыхнули огнем любопытства.

Вопросов у него было много. Правда, многие из них здесь и сейчас задавать было рискованно, но и оставшихся было столько, что выбрать какой-то один было очень сложно.

— Учитель, а для чего вам столько костяной пыли? В зельях она не используется, и против хищников бесполезна…

— Это смотря против каких хищников, — хмыкнул я. — Плотоядные растения Пустошей очень нуждаются в гидроксиапатите… Э-э-э… В полезных минералах, находящихся в костях животных. Таким образом, костную пыль можно использовать в качестве разменной монеты, которой можно откупиться. Но лично у меня подобных проблем нет. Это просто… Гостинец.

— Гостинец? То есть, даже, например, с венерами можно договориться? — Эрни явно не верилось, что эти огромные мухоловки не тронут возможную добычу только потому, что она сильф. К тому же, сильф замаскированный. — А что такое «гидроксопатит»? — попытался воспроизвести незнакомое слово ученик алхимика. — Он содержится только в костях? — создать зелье, способное утихомирить растительных хищников было… заманчиво.

— Гидроксиапатит. Гидроксид апатита. Гидроксидофосфат кальция, — перечислил я все знакомые названия этого вещества. — Это та субстанция, из-за которого наши кости и зубы твёрдые. Конечно, он встречается не только в живых организмах и даже может быть получен алхимически… Но из костей проще и дешевле. К тому же… Человеку, чтобы поддерживать жизнедеятельность, нужна лишь глюкоза, сахар. Но ты же не будешь всю жизнь жевать только его? Вот-вот. Не стоит превращать угощение в противную микстуру. Кстати, мы уже пришли.

Эрни так заворожённо смотрел на меня, что мне аж стало немного неловко. Разбил мечту об универсальном зелье против хищных растений, а он мало того, что не обиделся так ещё и слушает… Так. Конечно, такую микстуру запросто можно было создать, но зачем? Всё равно о любви цветочков к пыли должны знать только приближённые к императору, а мы не будем кормить их хим-продуктом.

В бани нас сначала не хотели пускать, но универсальный пропуск в виде комбинации кинжала с монетой позволил нам заполучить в своё распоряжение отдельный комплекс из раздевалки, бани и бассейна. Конечно, всё это было небольшого размера, но хотя пялиться на меня никто не будет… Почти.

С радостью скинув вонючую одежду я ополоснулся из тазика и с чуть ли не радостным визгом кинулся в парилку. Там забрался на самую верхнюю «ступеньку» и вытянулся во весь рост. Кра-со-та.

Где-то через минуту ко мне присоединился мой новоявленный ученик, недовольно потирая нос. Лёг на ступеньку ниже. Мне пофиг, я греюсь.

Помолчали.

Минут через десять я не выдержал, открыл глаза и посмотрел вниз. Генератор любопытства поспешно отвёл взгляд.