Измени мне, любимый! - Иоанна День

с ней поговорить, да это все затянется. Или у них образуются другие планы?

Значит пока продумаю еще вариант. Уточняю у официанта, есть ли в клубе своя служба такси. Он подтверждает и мнется рядышком, как будто что-то еще хочет сказать.

— Говори! — за спиной передаю ему купюру и жду, когда он сново пройдет мимо меня.

— Я обслуживаю VIP-кабинки. Там есть человек, который внимательно за вами наблюдает. Даже девушка его заскучала. А он с вас глаз не сводит весь вечер.

Парень снова подошел к стойке, собирает заказ на фирменный сет шотов, я задаю вопросы, а он, не глядя на меня, скороговоркой выдает информацию.

— Брюнет? Блондин?

— Брюнет.

— Синеглазый?

Кивает и уносит свой нагруженный поднос.

Ну вот и Магомед сейчас придет к горе. Прям хочется с кем-нибудь поспорить — спустится синеглазый в зал или нет.

Ставлю на то, что спустится!

Или мне просто этого так хочется?

“Эй, подруга! Если хочется — так поднимись к нему сама! Что-то тебя держит? Или — кто-то?” — ну вот, уже разговариваю сама с собой.

Значит так: Игнатий мне дал задание — взять что-то из прошлой жизни и забрать в новую, но уже без Олега. Сейчас как раз хороший случай попробовать.

По таким заведениям — ночным и увеселительным — я всегда ходила со своим стриженным блондином. Значит пора попробовать другого сопровождающего.

И как я не додумалась до этого раньше?

Но сначала немного аналитики — все как я люблю.

Вопрос: подходит ли на эту роль Петр? Вопрос второй: согласен ли на эту роль Петр? Ну и третий вопрос: подхожу ли я Петру?

С одной стороны — с момента знакомства Петр либо сопровождал меня, либо добивался этого.

С противоположной — я его последний раз предельно однозначно отшила.

И что теперь?

“А теперь, Леся, просто возьми и попробуй это сделать” — продолжая диалог с собой я поднимаюсь и иду в сторону VIP-кабинок.

К сожалению, кратчайший путь — аккурат через муравьиную официантскую тропу. Путь мой, как положено в сказках — близкий, но далекий.

Поэтому я не удивляюсь, что прям на подходе и именно в этом месте завязалась классическая салунная заварушка.

Я успеваю затормозить и, оказавшись в “первом ряду” наблюдаю в полный рост драку, которую никто не заказывал.

Начали все два офисных мыша, которые, набравшись в честь пИтницы до бровей шотиков бежали в сторону туалетов и один из них споткнулся и вылетел прям под ноги парочке официантов с подносами.

В это время один из старых друзей возвращался от бара с новой бутылкой: он размахивал этой бутылкой над головой — то ли продолжая свой рассказ, то ли вспомнив что-то похожее в прошлой жизни, но бутылка сорвалась и полетела над полом — низенько-низенько, но прицельно попадая под ноги всем, кто уже скопился на этой тропе.

И наконец явился Зая — огромный, как трансформаторная будка и такой-же напряженный — и тут действительно всем стало мало места.

Картинка событий разворачивалась передо мной настолько четко и последовательно, что я совсем не удивилась, когда бутылка, летающая между ног, по той же самой инерции, что и бильярдные шары, отталкиваясь от всех и вся, что попадались ей на пути, долетела до меня и срубила прям наотмашь в пол.

Грохот. Темнота. Занавес.

Глава 50

Первое, что я делаю, как только прихожу в себя — еще сильнее зажмуриваюсь. Боязно даже на миллиметр приоткрыть веки.

Вокруг очень шумно. Звон падающей посуды, топот, визги и очень неоригинальная, но красноречивая лексика. А громче всех голос Ланы — несмотря ни на что, ее выступление продолжается энергичной песенкой в стиле регги.

Судя по всему, действие все еще в самом разгаре и это значит, что в отключке я была недолго.

Втягиваю носом воздух и улавливаю рядом нотки знакомого аромата — влажный и пряный бриз и пучок сухих прибрежных трав.

Я ж знала, что Магомед сам придет к горе.

Уголки губ сами одновременно ползут вверх и в разные стороны и я, как мне представляется, загадочно улыбаюсь.

Правда недолго я нахожусь в образе Джоконды — в реальность возвращает мягкий шепот:

— Что ж ты, милая, опять в самом центре неприятностей? Не бережешь себя?

— А ты, милый, в своем стиле — нашел таки Алевтину? — открываю глаза и тут же встречаюсь с ироничным и пытливым синим взглядом.

— Ну тебя-то я точно здесь не чаял увидеть… хотя — это твоя привычка, появляться неожиданно.

— А твоя привычка — меня спасать?

— Это уже скорее потребность. Кушать не могу, пока в очередной раз тебя не спасу!

Петр подхватывает меня на руки и несет прочь от места, где все смешалось и оставаться здесь точно не стоит.

Приходится обхватить его крепче за шею, прижаться к груди и полностью довериться.

Он выносит меня через запасной выход. Стоянка тут же за углом и мы быстро добираемся до машины. Петр садит меня на переднее пассажирское кресло и мы выезжаем за территорию клуба.

На дорогах пустынно и машина разгоняет скорость. Едем все дальше молча: он выжимает газ, я прихожу в себя.

Не могу отвести взгляд: его расслабленные кисти на руле реагируют на каждый вздох и малейший трепет автомобиля. Они — Петр и машина — не просто взаимодействуют в процессе. Они с удовольствием общаются на понятном только им языке.

И это очень красиво.

Помню, что это его профессия — быстро и лучше всех ездить на машинах. Но сейчас во всем этом гораздо больше удовольствия.

Думаю, что мне надо хотя бы спросить Петра, куда мы едем…

— Ты не спрашиваешь, куда мы едем? — он тут же задает вопрос, повторяя мою мысль.

— Не хотела тебе мешать, но как раз подумала — а куда мы едем?

— Мы можем поехать куда угодно…

— Куда угодно — это хорошо… Мне только домой не хочется, а куда-угодно я согласна.

Петр пристально смотрит н меня, а потом набирает кого-то по громкой связи и там немедленно отвечают. Мелодичный и мягкий женский голос обволакивает и сразу занимает все пространство салона.

— Если ты опять где-то в дальних краях — лучше сразу повесь трубку, дорогой! Или скажи, что ты будешь у нас через пятнадцать минут.

— Через двадцать. Я буду у вас через двадцать минут, родная. И не один.

Мы заезжаем в супермаркет и пока я покупаю нам кофе, Петр делает покупки в продуктовом отделе и выходит с двумя полными пакетами.

Едем дальше за город