Сирийский марафон. В тени летучей мыши - Григорий Григорьевич Федорец

а ему даже не давать времени и возможности не то что предугадать, но и подумать о твоем ходе.

– И все это чужими руками? Так, например, британцы сколачивали империю. Принцип «разделяй и властвуй» в современной упаковке, – хмыкнул Александр.

– Вот ты и сформулировал стратегическую задачу нового подразделения, – улыбнулся генерал.

– Задача заманчива, грех от такой работы отказываться.

– Значит, договорились. – Дед легонько хлопнул ладонью по столу. – Теперь дела текущие. Куда ж без них. Надо смотаться на южное побережье Черного моря, в страну гор, вина и Сулико.

– Да вроде не наше направление, или…

– Или. Под Пальмирой был взят в плен некто Эмзар Каладзе.

– Эмзар?

– Он. Твой знакомец. Последний раз встречались в Ковдорском ущелье?

– В августе две тысячи восьмого, да. Успел вовремя смыться в Грузию. – Майор пригубил остывший кофе. – Слышал, присел он надолго.

– Дали двенадцать лет, а вышел через три месяца. Где-то год шлялся и вот всплыл в Сирии в отряде чеченцев. Вероятно, остались контакты еще с две тысячи первого года, после рейда с Гелаевым в Абхазию.

– Покрошили тогда гелаевцев изрядно. Жаль, ушел Хамзат. И что говорит сван?

– К сожалению, уже ничего. Сирийские контрразведчики церемониться не стали, при допросе применили химию. Повезло, что рядом оказался наш офицер. Успел задать несколько вопросов. – Генерал, размышляя, пожевал губы. – В ответах проскочило о некой акции в России и лаборатории в Тбилиси.

– Бред умирающего или? – Кайда отодвинул недопитый кофе.

– Была такая гипотеза. В Центре прокачали информацию и пришли к выводу, что есть основания для проверки.

– Любопытно. Как проверили?

– Как учили. Вычислили эту бандочку – и под корень. Предварительно языком обзавелись. Аж трех штук взяли. Командира в том числе. Поговорили с бандосами о том о сем. Квалифицированно, без истерики. Картина прояснилась. Витает у боевиков мысля заполучить современное бактериологическое оружие. Не для коллекции, понятное дело. И применить в Сирии, свалив потом на госбезопасность Асада. С химическим-то дело застопорилось, вот и придумывают варианты.

– А Россия каким местом? – удивился Александр.

– Частная затея недобитых басмачей с нашего Кавказа. Их здесь хватает, сам знаешь. Всегда найдется паскуда с инициативой.

– И Центр решил поступить радикально, так? – усмехнулся майор.

– Точно. И на опережение. Разработана операция по ликвидации штатовской богадельни в Тбилиси.

– Простенько и со вкусом. Дабы неповадно было гадить рядом с нашей песочницей. Я за.

– Тебе и карты в руки! В группе Носорог, Чупа-Чупс, Шопен. Ты старший, соответственно. Пойдете, точнее поплывете, из Бейрута через Турцию. Подробности в папке. – Терентьев, легко поднявшись со стула, подошел к массивному сейфу. Пощелкав металлическими кнопками замка, открыл верхнюю дверцу и вытащил пластиковый кейс.

– Сам понимаешь, материалы совсекретные, из моего кабинета выносу не подлежат. Устраивайся в кресле – и за работу. Вечером выезжаете. Группа проинструктирована в общих чертах. В детали сам посвятишь, кому и что в плане расписано.

Носорог возник, как всегда, из ниоткуда. Просто появилась тень рядом на палубе.

– Медитируем, господин прораб, или как?

– Ага, в легкой прострации, как и положено труженику бетона и кирпича. – Оборачиваться Кайда не стал, жмурясь от солнечных бесенят на волнах.

– В Поти задержимся?

– Не, нечего делать, покатим до места. На работу опаздывать некрасиво. – Александр, широко взявшись руками за леер, по-кошачьи выгнул спину, потянувшись.

Глава 13

Нас здесь не ждут

– Таверна «Ичкерия». – Чупа-Чупс повернул голову к Кайде. – Наша явка? Прикольно. Наверняка басмачи тусуются.

Майор зевнул во весь рот и лениво огляделся.

– Не наверняка, а точно тусуются. Отличная идея, по принципу «под свечой темнее».

– Не перебор? Знакомцев не повстречаем ненароком? – Старший лейтенант небрежно ронял слова, но волнение улавливалось.

– Не боись. Заведение уже неделю как на ремонте. Бачишь, яка гарна вывеска на двери пришпандорена, аж на трех языках. Все продумано. – Майор, шаркая стоптанными кроссовками, пересек неширокую улицу с намеком на былой асфальт.

Крепкий брюнет явно кавказской внешности с пышной бородой в стиле а-ля головорез хмуро уставился, не произнося ни слова. Кайда почувствовал, как напрягся Чупа-Чупс за спиной.

– Салям алейкум, уважаемый. Нам бы Иссу повидать.

Брюнет, одетый в потертую джинсовую пару, держа посетителей глазами под прицелом, чуть повел подбородком:

– Отец! Вас спрашивают.

От движения куртка сдвинулась, приоткрыв рукоятку «макарова», заткнутого за пояс.

За стеной барной стойки послышались звуки шагов и раздался недовольный голос мужчины:

– Кого там еще?..

Минуту спустя дверь подсобки, распахиваясь, скрипнула, и в зал шагнула точная копия брюнета с поправкой лет на тридцать в возрасте. Свет проникал только через полузакрытые жалюзи, размывая очертания предметов, но Александр сразу узнал старого приятеля.

– Кисло встречаешь гостей, Исса. А были времена, стопкой ледяной водки у входа потчевал.

– Кого водкой, а для кого и свинца не жалел, – продолжал ворчать здоровяк, неспешно приближаясь. – Саша, ты? Предупредили, что будет знакомый, а тут… Братишка, жив?

Они крепко обнялись, похлопывая друг друга по плечам.

– Сто лет прошло. Ты молоток, поджарый, что горный борз. Я вот жирком оброс.

– Заматерел, дружище, заматерел. Рад, что в строю. Восстановился окончательно? – Кайда с видимым удовольствием разглядывал чеченца.

– Кости срослись, остальное не к спеху. Особых дел нема, а в заведении сын помогает. – Исса кивнул на брюнета. – Знакомься, Леча.

Парень сдержанно кивнул и скрылся в подсобке.

– Дела горят или есть крошка времени?

– Совсем немного, дружище. У тебя здесь не душно? – Майор сделал правой рукой круг над головой.

– Час назад все проветрили. Леча генератор помех включил. Знаешь: «Папа спит, а хрен стоит. Так, на всякий случай».

– Посылочку с райскими яблочками для меня принесли? – улыбнулся Александр.

– А как же. Ждет не дождется. Здесь неподалеку, в холодке, чтобы не прокисла. Пока перекусываем на скорую руку, Леча принесет.

Кайда, мелкими глоточками поглощая зеленый чай, разгладил ладонью подробную карту Тбилиси.

– Коттеджный поселок «Изумруд» далеко отсюда?

– Не очень, минут сорок на машине. Леча бывал там пару раз. Позвать? – Исса, допив чай, поставил глиняную кружку на соседний столик.

– Парень в теме?

– Леча кадровый. Служил в батальоне «Восток», после Осетии – в Конторе.

«Фольксваген» бодро подкатил к стальным воротам поселка. Лязгнула, откатываясь, дверь, и на глянец асфальтобетона опустились две пары дешевеньких кроссовок а-ля adidas. Микроавтобус, пукнув выхлопной трубой, выпустил облачко сизо-черного дыма и, развернувшись в три приема, укатил.

Носорог покрутил головой и, подхватив спортивную сумку некогда голубого цвета, вздохнул:

– Процессия шагает. Идемте, коллега, нас ждут великие дела и унылое безделье.

– Спешу и спотыкаюсь, друже. – Чупа-Чупс, одетый, как и капитан, в грязноватые джинсы и линялую футболку канареечного цвета, закинул невеликий рюкзачок за спину.

Бесшумно распахнулась дверь КПП, и на пороге нарисовалась