Снайпер Шайтан - Любовь Рябикина

— Юра, обними меня!

Он как-то робко обнял ее за талию, не решаясь положить руку на загипсованное плечо. Тихо спросил:

— Даша, ты выйдешь за меня замуж?

Она ответила так же тихо:

— Спроси еще раз, но позже. Ладно? Я не готова ответить.

Стояли и молчали, глядя на бурлящий внизу Аргун. Эту идиллию прервал капитан Самохин:

— Прошу прощения! Юрий Григорьевич, получено срочное сообщение: бандформирования Исмаилова, Тураева, Батиева и Ходжабекова движутся в сторону Аргуна. Почти триста человек, а нас и ста пятидесяти не наберется во всем городе. Я уже запросил Грозный и Гудермес. Обещали прислать подмогу, но не раньше утра.

Стаценко отпустил Дашу:

— Что ж, мы предупреждены, это уже плюс. Стягивайте всех к мостам через Аргун, нам надо их удержать и не дать взорвать. Занять оборону, окопаться по обе стороны. Госпиталь свернуть и укрыть в одном из домов. Хозяев загнать в подвал и не выпускать.

Он обернулся к Даше:

— Дашенька, спрячься вместе с Борисом Васильевичем.

Она отрицательно покачала головой и твердо сказала:

— Я снайпер и буду с тобой. Фотографии главарей имеются? Срежь мне гипс до локтя, я займу позицию заранее. Где моя винтовка с глушителем?

Стаценко понял, что спорить бесполезно и грустно покачал головой. Они вместе вошли в палатку. Волынцева попросила:

— Помоги мне переодеться в камуфляж.

Через полчаса мучений, она все же стояла посреди палатки в пятнистой форме. Гипс был срезан до локтя и не виден. Волынцева примерила винтовку к раненой руке и осталась вполне довольна:

— Придержать винтовку смогу! Все нормально.

Поставила оптику в пазы, вставила полный магазин и забросила СВ-98 на здоровое плечо. Повесила на шею бинокль и автомат. Пару рожков к нему забила в карманы и сказала:

— Порядок! Ищи меня возле автомоста на крайнем здании. Пусть твои парни огня не открывают до тех пор, пока не заговорит моя винтовка. Я сниму глушитель. Может мне и удастся убить главарей. Береги себя.

Она подошла к майору вплотную, обняла здоровой рукой за шею и крепко поцеловала в губы. Мужчина не успел среагировать, а она уже отстранилась и выскользнула из палатки. Стаценко выскочил следом, но не увидел Волынцевой.

Дарья улеглась на плоской крыше брошенного дома. Укрытие оказалось почти идеальным, снизу ее невозможно было заметить. Дорога, поворот и оба моста лежали перед ней, как на ладони. Она посмотрела в бинокль на суетившиеся фигурки внизу, добавляющие на брустверы мешки с песком. Огляделась вокруг. Аккуратно разложила на глиняной крыше автоматные рожки и свинтила глушитель. Еще раз огляделась. Краем глаза заметила мелькнувшую слева тень на дороге. Пригляделась внимательнее, но ничего подозрительного не обнаружила.

Волынцева насторожилась и стала вглядываться в ту сторону еще пристальнее. Солнце медленно заходило за горы. Слева показались вначале две фигуры, потом еще пять. Бандиты наступали со стороны Ханкалы. Они ползком приближались к автомобильному мосту. Солдаты не видели их, так как обзору мешало разбитое здание. Дарья вгляделась в окуляры. Из-за насыпи выныривали все новые и новые боевики. Наконец она увидела нужный объект: это был Ахмад Тураев.

Девушка прицелилась. Гипс мешал и ей пришлось сильно наклониться вправо, чтобы поймать полевого командира в прицел. Тураев чуть приподнялся. Ее палец плавно нажал на курок и винтовка чуть вздрогнула, выпуская на волю смертоносного посланника, В прицел Даша увидела, как главарь банды упал сначала на колени, а потом уткнулся лбом в каменное крошево на насыпи. Выстрел гулко разнесся над городом и все живое затихло в ожидании.

Боевики засуетилась, оглядываясь во все стороны и стараясь обнаружить невидимого врага. Тураева сразу же унесли под прикрытие насыпи на другую сторону, из чего Даша заключила, что бандит видимо, еще жив. Она поймала в прицел другого «духа», здоровенного небритого бугая с золотыми зубами. Старательно прицелилась в голову и нажала на курок. Чеченец рухнул на землю, как подкошенный, а его друзья попрятались, кто где.

Волынцева сделала передышку и посмотрела на мост через оптический прицел: солдаты уже не суетились. Она нашла взглядом несколько человек, укрывшихся за невысокими брустверами из камней. Мысленно посетовала: «Не успели подготовиться к обороне, как положено. Туго нам будет».

Снова поглядела на нападавших. Осторожно повела винтовкой в сторону, поймала в перекрестие прицела еще одного «духа» и выстрелила в третий раз. Ей показалось, что сзади кто-то есть и она оглянулась. Никого не было. А когда повернула голову к мосту: целая лавина людей, уже не скрываясь, шла в атаку.

Солдаты начали стрелять и передние боевики начали падать. Дарья отбросила винтовку и схватила автомат. Подползла к самому краю крыши. Дождалась, когда бандиты приблизятся и длинная очередь ударила сверху по цепи атакующих. Боевики заметались на открытом пространстве, несколько человек упало и больше не поднялось. Остальные кинулись к камням у дороги и залегли. Стремительной атаки у бандитов не получилось и они это поняли. Чеченцы стали отползать к насыпи, чтобы перегруппироваться для новой атаки. Девушка выборочно стреляла в них короткими очередями. Еще три трупа осталось лежать на дороге. Ее заметили, в крышу выстрелили из гранатомета. Одна из гранат рванула совсем близко и ее осыпало камнями. Один больно ударил по голове. Несколько штук пробарабанили по гипсу на плече, не причинив особой боли.

Даша прихватила с собой винтовку и автомат, повесив оружие на шею. Кое-как сползла с крыши и зигзагами побежала к солдатам. Она упала за ближний бруствер как раз вовремя. Опомнившиеся чеченцы открыли ураганный огонь по бегущей фигуре. Не видя, кто находится вместе с ней, она крикнула, что было сил:

— Уходим отсюда! Сейчас они по этому месту из гранатомета пальнут.

Машинально схватила незнакомую руку здоровой рукой и потянула за собой. Пули взбивали песок у самых ног, а они бежали. Длинная винтовка мешала бежать и она придерживала ее раненой рукой. Свалились за мешки с песком, рядом с пулеметчиками и только тут Дарья увидела того, кого тащила за собой. Удивленно сказала:

— Полковник Неверов!?! Простите, не узнала.

Он не успел ничего сказать. Страшный взрыв потряс землю. На том месте, где они были всего несколько секунд назад, разорвались сразу две гранаты. В ответ по чеченским цепям ударила единственная артустановка, все это время молчавшая. Для чеченцев это было не приятным сюрпризом. Поняв, что им не прорваться, они начали отход. Преследовать уходящие отряды Стаценко не стал. Он подбежал к стоявшей рядом с Неверовым Даше и осторожно прижал к себе, не обращая внимания на полковника. Заглянул в глаза:

— Жива? Ты не дала им напасть врасплох!

Увидел кровь, засохшую на виске и испугался:

— Снова ранена?

Она чуть улыбнулась:

— Камень стукнул, когда граната неподалеку разорвалась. Очень неудобно слезать с одной рукой. Ерунда! Мне бы прилечь теперь…

И начала оседать на землю. Стаценко подхватил ее на руки и растерянно спросил Неверова:

— Делать-то что?

Полковник вдруг гаркнул во всю мощь легких так, что вокруг замолчали:

— В госпиталь нести!!!

Борис Васильевич долго ругался, стаскивая с Дарьи камуфляж и разглядывая размолоченный камнями обрезанный гипс:

— Вас за такое обоих под суд надо отдавать! Одну за нарушение постельного режима, а другого за то, что идет на поводу. Какой вы командир к чертовой матери, если с девчонкой сладить не можете! А если у нее сейчас смещение пошло или все заново переломалось? Тогда что? Вы же знаете, что рентгена у меня нет. Я и тогда ей кости собирал на ощупь.

Волынцева неожиданно подала голос:

— Да ни черта у меня не смещено! Я даже пальцами могу шевелить и плечо почти не болит. А по башке мне камнем попало за дело, надо вовремя с крыши спрыгивать! Ну что вы ругаетесь? Идите на операцию, там сейчас ребят начнут нести, а вы здесь прохлаждаетесь. Я дождусь. Что вы со мной, как с маленькой?

Хирург возмущенно поглядел на нее. Несколько раз открыл и закрыл рот, собираясь выругаться. Потом посмотрел еще раз и улыбнулся:

— Ну, раз начала со мной спорить, значит, действительно на поправку пошла. Жди своей очереди. Я отправляюсь к раненым.

Борис Васильевич ушел. Из-за шторки раздался голос Стаценко:

— Даша, зайти можно?

Она поправила тельняшку на груди и разрешила;

— Зайди!

Майор взглянул на разбитый гипс, перевязанную голову:

— Может, действительно, тебе не стоило идти сегодня?

— Стоило! Я если и не убила, то тяжело ранила Тураева. Гипс помешал. А его банда самая многочисленная.

— Надо срочно послушать эфир! Извини, я сейчас приду.

Стаценко бегом кинулся к локатору на колесах. Влетел внутрь и спросил сидевшего с наушниками прапорщика: