Некронавт - Маргарита Блинова

передала папе аптечку, вытерла о штанину внезапно вспотевшую ладошку и сжала свои пальцы на запястье тиграя.

– Ребаный еж! – мгновенно взвыл тот, непроизвольно вырываясь и отскакивая в сторону.

– Эй, не выражайся при детях, – возмутился папа.

– Пиу! – подала голос заинтригованная Бестия, мол, выражайся, выражайся. Мы, дети, тебя с большим удовольствием послушаем и при необходимости процитируем.

– Вы просто не представляете, каково это… – прошипел Мел, тряся рукой.

Папа проследил за тем, как почерневшая до запястья кожа медленно, но верно возвращается к привычному оттенку. Хмыкнул. Откинул крышку аптечки. Надорвал бумажный краешек и протянул некронавту салфетку с нашатырем.

– Смешно, – сквозь зубы выдавил Мел и вернулся на прежнее место.

– Готов? – спросила я, сочувственно глядя на друга.

– Да… Ох ты ж!!!

* * *

– Риана! – ахнула мама, наблюдая за тем, как мы выбираемся из остановившейся кабинки. – Ты чего такая бледная?

– Укачало, – буркнула я.

Мне действительно было плохо. Настолько плохо, что я, не обращая ни на кого внимания, прошла и нагло села на перевернутый ящик, который вытащил из кабинки кто-то из полуорков.

Затылок гудел так, словно был колоколом, по которому со всей дури шарахнули ломом. Тело мелко тряслось не то от слабости, не то от свежести высокогорного воздуха. Полетный комбинезон, точнее даже климат-контроль, спрятанный под подкладкой, сходил с ума, не понимая, греть меня или охлаждать. Зато манжета, вновь спрятанная под тканью бандажа, сверкала и лучилась золотыми чешуйками.

Мелу было тоже не слишком-то хорошо. Настолько, что отцу пришлось едва ли не вытаскивать его, ибо стоять на своих двоих у тиграя получалось с превеликим трудом, молчим о том, чтобы беспечно спрыгнуть с движущейся кабинки на занесенную снегом платформу.

– Да чем вы трое там занимались? – удивилась мама при виде едва дышащего некронавта.

– В крестики-нолики играли, – вяло огрызнулась я, незаметно делая дыхательную гимнастику.

Гимнастика состояла из глубокого сосредоточенного вдоха и резкого выдоха с проговариванием фразы: «Больше я в подобном не участвую». То ли мысленный зарок, то ли живительный высокогорный воздух так благотворно влияли, но уже через пару минут меня начало отпускать.

И я услышала его…

БУМ. БУМ. БУМ.

Там, где билось мое сердце и уже привычно быстро-быстро стучало сердечко Бестии, вклинился еще один ритмичный бой. Прикрыв глаза, я с удивлением вслушалась в наше «барабанное трио» связанных друг с другом и вскинула голову.

Мясник? Где ты?

Я огляделась, стараясь не выдать звездокрыла и пытаясь понять, где залег мой вредный и самый лучший завр на свете, но горы хранили многозначительное молчание.

– Что такое? – тихо шепнул папа, усаживая полудохлого некронавта рядом со мной.

– Мясник где-то рядом, – так же шепотом ответила я всем троим. – Я его чувствую.

– Пиу, – важно пискнула прибежавшая Бестия, мол: «Да-да, и я! Я тоже чувствую этого здоровяка».

– Надеюсь, он не полезет за нами в шахту, – с трудом выдавил из себя тиграй.

– Это же Мясник. От него можно ждать чего угодно.

Внезапно Вероника, преданной собачкой крутившаяся около Мианы, вскрикнула и указала куда-то вверх. Охрана тут же напряглась и приготовила для почетной встречи здоровенные кулаки, но мама звонко рассмеялась, разряжая обстановку, и что-то сказала. Народ мгновенно расслабился, с куда большим интересом поджидая новенького.

Не усидев на месте, я вывернула шею и присмотрелась. Со склона, расположенного аккурат над площадкой, где нас высадили, лихо спускался лыжник в кричаще-красном костюме.

Он закладывал рискованные зигзаги, бесстрашно разгонялся там, где другой благоразумно притормозил бы, и вообще чувствовал себя на этом снежном покрывале горы так, словно был ее бессмертной составляющей.

– Кто это? – нахмурился папа.

Лыжник в красном был еще очень далеко, чтобы разглядеть, кто же прячется за очками и капюшоном, но мне и не нужно было заглядывать в его лицо. Я и так знала.

Знала эту манеру кататься. Знала эти демонически плавные движения. Знала этот силуэт.

– Хет-Танаш, – уверенно выдохнула я, не зная, что и думать насчет его появления, поэтому подумала вслух: – Что ОН здесь делает?

– Твой брат уволил Хет-Танаша, невзирая на многолетнюю дружбу и преподавательский опыт, – сказал Мел. – Ты разве не знала?

Я мотнула головой.

Так вот в чем дело. Злой Дариан не смог простить друга и уволил этого демонюку из академии З.А.В.Р., а Миана с мамой подобрали.

Интересно, что они пообещали ему за участие во всем этом бреде с кражей технологии мгновенных перемещений господина Клебо? И в курсе ли Хет-Танаш о Большой Благородной Цели, про которую с таким упоением рассказывала Миана?

Чуйка шепчет, что демон из правящего рода вряд ли согласится ущемить в правах собственную расу. А значит, ему, скорее всего, скормили иную сказочку про мир во всем мире…

Пока я думала обо всем этом, папа незаметно искал что-то в кармане штанов, а тиграй медленно приходил в себя, демон успел спуститься. Кинув в нашу сторону равнодушный взгляд, он обменялся приветственными словами с остальными злодеями и сейчас неспешно отстегивал крепления.

Захрустел снег под ногами двух приближающихся женщин, и к нашей кучке страдающих заговорщиков подошли Миана с мамой.

– Итак, господин Нэш, – сказала Миана, – ведите нас.

– Гардарика, одумайся, – попытался воззвать к голосу разума отец, но куда там.

Проще остановить силой мысли летящую с горы лавину, чем переубедить в чем-то Гардарику Нэш.

– Хейнер, считай, что это твой подарок на нашу годовщину.

– Она же в августе, – напомнил папа.

– Видишь, какой ты у меня предусмотрительный муж.

Бестия громко чихнула. Я тактично сделала вид, что родители не на стадии тихого и крайне вежливого скандала. Мел притворился, что не заваливается в сторону.

– Что с ним? – заподозрила неладное Миана.

– Горная болезнь, – буркнула я, поднимаясь и закидывая руку наставника на плечо.

По всей видимости, со стороны наша шаткая конструкция бледных и нездоровых не внушала особых надежд, одни только опасения. Чем еще объяснить то, что Миана скривилась, махнула рукой и скомандовала:

– Эй, парни! Помогите ему.

Парни… Хотя лично у меня бы язык не повернулся назвать «парнями» полуорков на две головы выше и в полтора раза шире в плечах нашего Фреда. «Громилы», «бугаи» или «костекрушители» им подходило куда больше. Но кто я такая, чтобы затевать лингвистические споры со злодеями!

Полуорки подхватили Мела, и мы дружной толпой двинулись в сторону едва приметной двери, через которую проникли внутрь горы. Мы бодро шагали по запасному ходу в шахту, который использовали как отдушины при стандартном протоколе или как дополнительную щелочку для свободы в кризисные моменты.

Папа возглавлял колонну, прикладывая специальную карточку к сенсорам и отворяя кодовые замки. За ним, следя, чтобы не было подвоха, след в след ступали Миана с демоном. Дальше