Система Альфонса в Мире Боевых Искусств 4 - SWFan

считалась сильнейшей фракцией Праведного альянса. Возвышение Ван Ганле казалось неминуемым, однако была у него одна слабость: алхимия.

В отношении последней он был совершенно бездарным.

Казалось бы, в этом не было ничего дурного, не все воины талантливы во всём, и тем не менее странным образом Ван Ганле был едва ли не помешан на алхимии, уделяя последней всё больше и больше своего драгоценного времени. В один момент сам Настоятель советовал ему остановиться и сосредоточиться на боевых искусствах, однако к этому времени было уже слишком поздно.

Чем сильнее становится воин, тем большее влияние на его развитие оказывает психическое состояние. Ван Ганле завязал свою душу в узел, который не позволял ей превратиться в крылья и домчать его до небосвода. В это момент он потерял всякую надежду стать Королём, и в течении следующих восьми сотен лет некогда великий воин, звезда своего поколения, к величайшей печали Настоятеля превратился в безумца, который день за днём проводил бессмысленные алхимические эксперименты.

Многие старые ученики Храма Тысячерукой Бодхисаттвы, которые ещё помнили эту историю, воспринимали её как своего рода поучительную басню.

Теперь персонаж старинной сказки стоял прямо перед ними.

Даже мисс Динь потеряла дар речи, а затем удивлённо посмотрела на Сима Фэя. Появление Ван Ганле было невероятным, но ещё более поразительным был этот мальчик. Почему безумный мастер захотел ему помочь?

Пока она размышлял об этом…

— Ван Ганле… Я поздравляю тебя, ты стал Королём… Но ты не имеешь права оспаривать наше решение.

В этот момент перед стариком возникла туманная фигура.

— Всякий Бодхисаттва имеет право на голос, — ответил Ван Ганле, смотря на последнюю без малейшего почтения.

— Ты понимаешь, что стоит за этим решением? — спросил Туманный Бодхисаттва, в голосе которого мелькнули раздражённые нотки.

— Мне всё равно.

— Ты!..

Во время их разговора десятки тысяч зрителей не могли не то что заговорить, но даже подумать ни единого слова. Даже передающие кристаллы покрылись туманной дымкой, и казалось, что остановилось само время.

Простые люди оказались в беспамятстве. У Сима тоже закружилась голова, хотя на самом деле он держался намного лучше прочих воинов, даже тех, которые превосходили его в плане культивации, и причиной тому была его недавняя встреча со Святым.

Сам Сима не почувствовал тогда ничего особенного, в его глазах Святой казался обыкновенным человеком, однако на самом деле, сам того не замечая, он прошёл определённую трансформацию — своего рода прививку, которая сделала его более устойчивым даже к самой немыслимой ауре.

Именно поэтому Сима один из первых после Королей повернулся и посмотрел на чёрный флагман Шестнадцатого принца, когда произошло «это» событие…

Глава 45

Дуэль

Напряжение между Туманным Бодхисаттвой и Ван Ганле продолжало нарастать, как вдруг со стороны корабля раздался голос, который не уступал по силе ни первому, ни второму. Сима сразу догадался, что принадлежал он Королю из Чёрной Династии, которого отправили в сопровождение Шестнадцатому принцу:

— Если Храм Тысячерукой Бодхисаттвы не способен определиться, мы не собираемся его ждать.

— Мы способны, — в спешке ответил Туманный Бодхисаттва. — Нам просто нужно исправить одно недоразумение.

После этих слов он снова пристально посмотрел на Ван Ганле.

— Недоразумение? — в голосе неизвестного Короля появилась издёвка. — Тогда мы вам поможем…

— Поможете? — удивился Туманный Бодхисаттва, и прежде чем он успел спросить, что именно собирается сделать иноземный Король, вязкая дымка, которая заволакивала сознание собравшихся, стремительно развеялась, и люди постепенно стали приходить в себя.

Король Туманной Бодхисаттвы не хотел раскрывать секреты великого Храма во время своего разговора с Ван Ганле, а потому все они погрузились в беспамятство, однако теперь и ученики, и те, кто наблюдал за происходящим через передающие кристаллы, снова прекрасно всё видели и слышали. Не успел Туманный Бодхисаттва понять, чего именно добивается Король из Чёрной династии, как раздался громогласный голос последнего:

— Решено! Его высочество Сима Чэнь принимает вызов. Дуэль состоится завтра на рассвете и будет вестись до момента, когда один из воинов не погибнет, если только другой не пожелает его простить.

Что?

Дуэль?

В этот момент не только простые люди, но даже Небесные руки и Туманный Бодхисаттва совершенно растерялись. В итоге именно многочисленные зрители первые осознали, а вернее сказать додумали, что происходит:

— Дуэль?

— Принц будет сражаться? С кем?

— С этим мальчишкой, верно, Сима Феем.

— А почему его просто не убили?

— Это было бы неправильно, наверное… Между ним и Юной Бодхисаттвой действительно была некая история, пока она его не бросила. Поэтому принц, новый муж, хочет разделаться с ним своими руками.

На смену рассеянности постепенно приходило понимание. Не прошло и минуты, как люди с нетерпением стали обсуждать предстоящий поединок, в то время как главные действующие лица всё ещё находились в глубоком замешательстве.

Туманный Бодхисаттва быстро посмотрел на чёрное судно, пронзая взглядом его непроницаемую обшивку, задумался, кивнул.

Действительно… действительно, дуэль представляла самое простое решение этого вопроса — самый «правильный» способ избавиться от проблемы. Главное, чтобы на это согласился Ван Ганле… Нет, главное, чтобы сражаться согласился сам мальчишка — Сима Фэй. Едва ли Ван Ганле заботила свадьба, ведь больше восьми сотен лет он был затворником и совершенно не принимал участие в политике до момент своего чудесного прорыва на стадию Короля, но почему-то теперь вмешался в неё на стороне мальчишки. Если же последнего не станет по итогу честного поединка, у него не останется причины, чтобы им мешать.

В свою очередь согласие самого мальчишки было весьма вероятным. В этом возрасте люди импульсивны и высокомерны. Даже если битва сулила ему верную смерть, он не сможет отказаться от вызова человека, который намеревался забрать себе его женщину. Для него это будет величайший позор, не говоря уже о том, что сама Лу Инь, возможно, отвернётся от него, если увидит, что её «покровитель», которого она встретила в Небесных берегах, был обыкновенным трусом.

Туманный Бодхисаттва довольно вздохнул.

Даже старуха Цзинь Цзи улыбнулась кривой улыбкой: посланник Чёрной династии оказался удивительно хитёр…

Меж тем Сима в этот момент испытывал кардинально противоположные чувства.

Он вовсе не был высокомерным, заносчивым и так далее; при желании он мог вообще не обращать внимание на то, что говорят про него другие люди… за одним исключением.

Взгляд Сима обратился на Лу Инь, голубые глаза которой смотрели на него с величайшей тревогой. Казалось, своим взглядом она просила его, чтобы он отказался от