Изгой Проклятого Клана - Владимир Пламенев

два «Северных Хода», после чего я был вынужден пить зелья восстановления маны. Да и с ними, получилось использовать Дар ещё пять раз, после чего мы закончили.

А на обратном пути встретили разъярённого управляющего. Дедка лет семидесяти. Он, несмотря на разницу в своём статусе и статусе Ратибора, с бешеными глазами сокрушался о том, что мы портим благоустроенный вид лесной опушки.

Это затянулось на десять минут, в течение которых Ратибор и слова поперёк ему не сказал, только ехидно улыбался.

Словно какой-то сорванец, своровавший яблоко из соседского сада.

Управляющий в конце концов выдохся и, бурча себе под нос, пошёл в особняк.

— Он всегда такой был, сколько себя помню, — сказал Ратибор. — За каждый куст душу вытрясет.

— Куст? — я обернулся со скептичным взглядом.

Позади нас было семь глубоких воронок, будто оставленных взрывной магической техникой.

— Мелочи, — отмахнулся Ратибор. — Всё равно восстановят. А вот твой Дар — это уникальная сила. Её нужно оттачивать до мастерства.

Но наши тренировки мы всё равно перенесли на отдельный полигон, в десяти километрах от усадьбы. Туда нас отвозил внедорожник гвардии.

Так наши тренировки превратились в рутину. Мы ездили на полигон. Там я телепортировался и телепортировал всё, что мог, понемногу сужая область воздействия.

Задачей было научиться точечно телепортировать объекты и людей. Без того, чтобы вместе с ними переносить пласты земли.

И понемногу процесс шёл. С каждым разом я действовал всё точнее.

Не отставал и в физическом развитии. Ратибор давал свои тренировки и намётанным глазом подмечал, что даются они мне всё легче и легче.

Из-за чего я получал его подозрительные взгляды. Но он сваливал это на магическую аномалию внутри меня, в которую всё ещё верил. И увеличивал нагрузки, не давая никаких послаблений.

А ночами я всё так же выбегал в лес и преодолевал километры. Зачастую без верхней одежды, чтобы не рвать её в лохмотья.

Труп убийцы, к слову, я отнёс на тридцать километров вдаль и сбросил в овраг. На корм лесным зверям.

Больше на зверей я не охотился. Их мясо было для меня почти бесполезным, а просто так забирать чужую жизнь — это лишнее.

К концу второй недели тренировок, моё тело уже начало приобретать нужные очертания. Появились заметные мышцы. Пока небольшие, но крепкие, словно сталь.

Звериная форма очень сильно ускоряла их рост.

Но в очередной день тренировка не состоялась.

Ратибор встретил меня серьёзным. Жёстким. Таким же, каким был в момент нашей битвы на инициации.

— Враги клана начали действовать. Я нужен в другом месте. В ближайшие дни меня в усадьбе не будет. Так что тренируешься пока один. Оттачиваешь то, что мы учили, — заявил он.

— Без проблем, — спокойно кивнул я.

— Предупреждаю: в этот момент твои недоброжелатели сделают всё, чтобы ты отправился на виселицу. Нужно для этого не так много. Мой брат пока держит своё слово и соблюдает заключённый со мной договор. Но пока меня не будет, может произойти что угодно.

— Я не поведусь на провокации, если Вы об этом Ратибор. Но если Мстислав вломится в мой дом, то я не буду с ним разговаривать.

— Не вломится. Мой брат ограничил его передвижения, в качестве назидательной меры. Вы не должны пересечься. Но случай всегда вносит свои коррективы в замысел людей.

— Я буду иметь это в виду.

На том мы и договорились.

Но в распорядке для меня ничего особо не изменилось. Я всё так же тренировался-тренировался-тренировался. Днём и ночью.

А в короткие моменты отдыха гулял по территории усадьбы. По самым окраинам. Так как бродить среди недовольных гвардейцев и Яровых, в центральном саду и у особняка, мне совершенно не было интересно.

Там только враги.

Изредка я пытался разговорить разве что слуг: садовников, да уборщиков. Но они только хмурились и старались поскорее убраться.

Как и та же Виолетта.

Им был дан явный наказ не общаться со мной. Так что я даже не знал, был ли мой незадавшийся убийца кем-то из усадебных.

Зато наслаждался тишиной одиноких прогулок.

Во время одной из них, после вечерней тренировки, я услышал на опушке жалобный крик.

Кот? Нет. Мелкий грызун? Тоже нет.

Я пошёл на звук, под одно из деревьев. Кричали с него.

Наверху, вцепившись в одну из ветвей, подрагивало мелкое существо.

Больше всего оно было похоже на крупную ящерицу, без задних лапок. Зато с крупными передними и длинным хвостом. Её головка с огромными чёрными глазами отлично передавала эмоцию — страх.

Но зелёное свечение и постоянно двигающиеся рисунки на чешуе выдавали в нём магического зверя — элементальную саламандру.

— И чего ты дрожишь? — я скептично поднял бровь. — Меня не проведёшь, хитрая ящерица. Я знаю что вы очень ловко ползаете по деревьям и отличаетесь поразительной хитростью. Кого ты провести вздумала?

Тут же жалобный писк прекратился.

Саламандра недовольно посмотрела на меня. А потом шмыгнула вниз по дереву.

И спустя миг шустро оказалась на моей штанине. Быстрая, зараза.

Смотрела на меня, непонятно чего желая.

Я разогнал ману, чтобы схватить её, если она только дёрнется выше.

И она дёрнулась!

Юркая тварь оказалась быстрее, чем я думал. Она скользнула по моему телу и, пробежав по поясу, забралась аж на живот. Но всё равно была поймана за туловище. Я держал её на вытянутой руке.

— И что тебе надо?

Моргнула. Затем резко замотала головой — «ничего».

Они прекрасно понимают речь и читают эмоции.

— Тогда зачем пристала?

Саламандра обхватила мою руку лапами и прислонилась к ней головой — «ласки».

Я рассмеялся.

— Давай не хитри, проказница.

Но она в очередной раз моргнула и… я ощутил лёгкое головокружение и гул в ушах.

Рука, удерживающая саламандру скользнула. На пальцах оказалсь слизь. А юркая тварь выскочила из руки и на всей скорости побежала прочь.

Не в лес.

А в сад.

За секунду я победил наваждение.

Но чтоб её! Саламандра поймала меня на эмоции и нанесла точечный ментальный удар!

Но как⁈ Дикие твари такого не умеют!

Стоп… дикие.

Но ведь не все саламандры дикие. Они успешно приручаются.

Я тут же обшарил карманы. И, разумеется, в них не было одной вещи — кулона моего убийцы.

На всей скорости я метнулся за саламандрой, которая была едва заметна в траве.

У границ сада я почти поймал её. Но именно там она ускорилась, юркнув на выложенную камнем дорожку.

Зараза. В саду нежелательно использовать