Долгий путь домой - Вергилия Коулл

— Не отвечай ему, — шепнул Кай, — ты же видишь, они просто издеваются.

— Не отвлекай девочку, — держа в одной руке рацию, другой рукой черноволосый приподнял дуло автомата в красноречивом намеке.

— Так как тебя зовут? Отвечай или я прикажу стрелять. Не в тебя, конечно. С тобой нам предстоит еще долгая беседа. В кого-то из твоих друзей.

Не знаю почему, но мне было страшно называть ему свое имя. Это походило на момент из детства, когда я с головой пряталась под одеяло от темноты. Мнимое укрытие дарило ощущение безопасности. Вот и теперь назвать Зевсу свое имя для меня было так же сложно, как в прошлом — сорвать одеяло. Пока он не знал обо мне никакой личной информации, у меня оставалась хотя бы видимость того, что я недосягаема.

— Как все сложно, — вздохнул Зевс. — Ну что ж. Тогда придется выполнить обещание.

Черноволосый вскинул автомат повыше.

— Аххнур-иги! — жалобно крикнула Цина, сбросив ладонь охотника со своего рта.

Меня словно пронзило молнией.

— Каисса! — выпалила я, прикрываясь чужим именем, как щитом.

Если олимпийцам знакомо это имя, возможно, оно нас спасет. Может, оно что-то значит для Зевса?

— Каисса, — голос из рации повторил за мной, как если бы смаковал звук на языке, но — увы! — узнавания в его тоне я не услышала. — Так вот, Каисса. Ты убила двух моих людей. Гадкая, гадкая девочка. Это ведь тебя видела база номер три сегодня утром. Почему мой человек теперь не отвечает и там? А, дрянная сука, признавайся! Я запишу на твой счет уже троих. Три человека. Не много ли, а? Ш-ш-ш, нет, не отвечай. Приходи ко мне. Я хочу смотреть в твои глаза, когда ты мне ответишь.

Раздался скрежет, и рация затихла.

Странно, но после разговора с Зевсом ступор прошел. В голове прояснилось. Я точно понимала, что это конец.

Мы с Каем переглянулись.

— Беги!

В следующую секунду он рванулся вперед. Я только успела заметить, как точным ударом Кай выбил ствол автомата вверх, а сам поднырнул под руку черноволосого, толкнув его всем телом в сторону двоих подручных. Воздух прорезала очередь, раздались крики. Я вскочила с места и побежала. Все тело превратилось в заведенную пружину. Я не смотрела по сторонам, не видела ничего, что происходит, только автомобиль прямо перед собой.

Кай сказал, что в случае чего мне надо прямиком бежать к машине. Он дал мне шанс на спасение, переключив внимание на себя. Я прыгнула за руль, прижала запястье, на котором был надет браслет Каиссы, к глазку сканера. Мотор, к счастью, завелся с первой попытки.

На меня уже надвигался один из парней с автоматом. Я увидела его бешеные глаза, перекошенный рот, а затем нажала на педаль газа и поехала прямо на него. Он застыл в изумлении. Брови взметнулись высоко вверх. Это было последнее, что я успела заметить, потому что раздался удар, багги подпрыгнул, как если бы колесо попало на кочку.

Меня тряхнуло. Я дернула переключатель, сдавая назад. Тряхнуло еще раз. Кай боролся с черноволосым. Цина пыталась вырваться из лап своего противника. Град выстрелов заставил пригнуться. Стиснув зубы, я обнаружила, что еще один вооруженный парень выскочил позади автомобиля и поливает меня огнем. Вцепившись в руль, я снова переключила режим на движение вперед, и поехала прямо на того, кто держал Цину.

Уловка сработала. Испугавшись надвигающегося автомобиля, мужчина оттолкнул девушку и отпрыгнул. Я протянула ей руку и буквально втащила на сиденье рядом с собой.

— Кай!

В ответ на мой крик он вскинул голову. Оценив расстояние между нами, Кай со всей силы ударил противника головой в лицо. Черноволосый обмяк. Вскочив, Кай добежал до багги и уцепился за заднюю стойку. Я рванула вперед. Стрелок продолжал поливать нас огнем. Проезжая мимо него, я пригнулась и сжалась в комок, едва удерживая руль, пока вокруг свистели пули.

Миг — и мы вырвались на свободу, уезжая все дальше от стрелявшего. Но когда я выпрямилась и огляделась, Цины на сиденье рядом со мной не было…

Я давила на газ, выжимая из древней машины предел возможного. Не сбросила скорость, даже когда Кай умудрился перебраться на переднее сиденье рядом со мной и попросил притормозить. Я почти не разбирала дороги, лишь интуитивно определяя на поворотах в какую сторону повернуть руль. Автомобиль угрожающе скрипел и дребезжал, налетая на кочки, нас подбрасывало и мотало, но эта встряска была мне нужна. Она напоминала о том, что мы двигаемся, а, значит, до сих пор живы. До меня долетали крики Кая, его попытки образумить, но я не слушала его. Разве я когда-нибудь вообще его слушала? Мне следовало сделать это гораздо раньше, когда он просил остаться в домике Тхассу.

А теперь уже слишком поздно.

Казалось, обратный путь мы преодолели в два раза быстрее положенного. Виртуальная граница между землями Олимпа и протурбийцев осталась позади. В этот момент багги словно окончательно выдохся. Влетев в яму перед самым подъемом в небольшую горку, автомобиль заскрежетал и пошел юзом. Меня повело резко в сторону, я не успела сориентироваться — и полетела на землю.

Удар вышел не сильным… я практически ничего не почувствовала. Перекатившись на четвереньки, тут же вскочила на ноги. Машина уехала в заросли и застряла там. На дороге валялось оторванное колесо. Видимо, ходовая часть не выдержала удара о кочки. Кай уже поднимался с травы, отряхивая колени. Убедившись, что с ним все в порядке, я повернулась и пошла дальше по дороге. Авария — не повод задерживаться в пути. Любая задержка — слишком большая роскошь в нашей ситуации.

— Белоснежка… — послышалось за спиной, — белоснежка… мать твою… Дана! Дана, да стой же!

Едва почувствовав, как он схватил меня за локоть, я отпрыгнула и отбросила его руки.

— Я не вернулась за ней!

Кай открыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал. Его плечи поникли.

— Я хотела вернуться, — пожаловалась я, — но было слишком страшно…

— Я бы не позволил тебе вернуться, — тихо ответил он.

— Дело не в том, позволил бы ты мне или нет, Кай! Дело в том, что случилось у меня внутри, — я ударила себя кулаком в грудь, но и теперь ничего не почувствовала. Словно мое тело разучилось воспринимать боль как таковую. — Я сама не вернулась за ней!

— Это нормально, — Кай хотел обнять, но я отшатнулась, и он только разочарованно вздохнул, — любой на твоем месте поступил бы так же. Кроме того, Цина наверняка уже мертва. Ее сбило выстрелом. Я видел. Ты уже ничем не можешь ей помочь.

— Но я должна была вернуться, — процедила я сквозь зубы, — потому что это я потащила ее с нами. Я уговорила Цину бежать, расписывала ей прелести новой жизни, убеждала, что никто не будет притеснять ее так, как этот дурацкий Игсу! Я! И из-за меня она попала в руки Олимпа! Она помогла нам, служила мне так, как умела, а я ее подставила!