Просто умереть - Питер Джеймс

Из динамиков раздалось низкочастотное «бум-бум-бум», и он убавил громкость радиоприемника.

– Предлагал, но мне и в голову не приходило, что ты попросишь у нее вещь пропавшего жениха!

– А ты думал, что мы стянем что-нибудь из его квартиры?

– По-за-имст-ву-ем, а не стянем! Чувак, ты ходишь по острию ножа! А если она растреплет прессе?

– Ты же сам просил помочь тебе, а теперь недоволен.

Брэнсон покосился на коллегу и сменил тему:

– Ну, что скажешь об этой девице?

– Она явно знает больше, чем говорит.

– Пытается прикрыть задницу женишка?

Рой повертел браслет в руках. Три спаянные тонкие полоски меди, у каждой на концах по маленькой кругляшке.

– А ты как думаешь?

– Опять ты за свое – отвечаешь вопросом на вопрос.

Какое-то время Рой молчал, раздумывая. Мысленно прокручивал сцену беседы в доме Эшли Харпер. Анализировал то, как она держалась и отвечала на вопросы. Девятнадцать лет службы в полиции многому его научили. Самым важным, пожалуй, было то, что истина вовсе не обязательно оказывается тем, что поначалу представляется очевидным. Эшли Харпер знала больше, чем говорила, – в этом-то он был уверен. Ее выдавали глаза. Вероятно, предположил Грейс, и так пребывая в подавленном состоянии, девушка встревожилась, узнав, что что раскрылись махинации с налогами на Каймановых островах, к которым был причастен Майкл Харрисон. И все же его не оставляло ощущение, что здесь кроется что-то еще.

Двадцать минут спустя они припарковались на набережной Кемптауна, выходящей на пляж и Ла-Манш, и выбрались из машины. Желтая полоса на асфальте означала границу, за которой начиналась пешеходная зона.

Дождь по-прежнему лил как из ведра, и, за исключением одинокого серого пятнышка танкера или сухогруза на горизонте, водная гладь была пустынна. Мимо мерно двигался поток легковушек и грузовиков. Вдали справа виднелись белые купола и аляповатые огни Дворцового причала, да еще огромная спиральная горка в самом его конце.

По Мэрин-Пэрейд – широкому бульвару, примерно на милю тянувшемуся вдоль выходящих на море изящных фасадов в стиле регентства, – в обоих направлениях неслись машины. Дом Ван Алена был тут одним из немногих современных зданий, этакое видение ар-деко из двадцать первого века. Полицейские позвонили по домофону в квартиру 407, и через несколько секунд отозвался звонкий мужской голос:

– Да?

– Марк Уоррен? – спросил Гленн.

– Да, кто это?

– Полиция. Мы хотели бы поговорить с вами о Майкле Харрисоне.

– Конечно. Входите, пятый этаж.

Раздалось резкое жужжание, и Грейс толкнул дверь.

– Странное совпадение, – заметил он Брэнсону в лифте. – Я был здесь вчера вечером, играл с мужиками в покер.

– И кто же здесь живет?

– Крис Кроук.

– Этот урод из дорожной полиции?

– Да брось, он нормальный парень.

– А на какие, интересно, шиши он приобрел квартиру в таком месте?

– Женился на деньгах – точнее, развелся с деньгами. У него была богатая супруга – он говорил, якобы ее папаша выиграл в лотерею, ну и плюс еще хороший адвокат по бракоразводным делам.

– Ловкий ублюдок.

На пятом этаже они прошли по пушистому синему ковру и остановились перед дверью с номером 407. Гленн нажал на кнопку звонка.

Почти сразу же им открыл мужчина лет тридцати, в строгой белой рубашке с расстегнутым воротником, брюках в тонкую полоску и черных лоферах с золотыми цепочками.

– Пожалуйста, входите, джентльмены, – учтиво произнес он.

Хозяин показался Рою смутно знакомым. Где-то он его видел, причем совсем недавно. Вот только где? Ну где же, черт побери, он встречал этого человека?

Брэнсон добросовестно продемонстрировал удостоверение, однако Уоррен едва ли взглянул на корочки. Полицейские проследовали за ним по короткому коридору в просторную комнату с двумя красными диванами, составленными буквой «Г», и черным лакированным столом, длинным и узким, отделяющим кухонную зону от столовой.

Своим минималистским стилем жилье это походило на квартиру Эшли Харпер, отметил про себя Грейс, однако денег сюда вбухали значительно больше. В углу на высоком черном пьедестале стояла африканская маска. На стенах висели модные, хотя и невразумительные, абстрактные картины, панорамное окно выходило непосредственно на море, с красивым видом на Дворцовый причал. На плоском экране дорогого телевизора «Банг энд Олуфсен» шли новости, с выключенным звуком.

– Не хотите выпить? – предложил Уоррен, нервно потирая руки.

Рой внимательно изучал его, анализируя язык тела, манеру говорить. Хозяин квартиры буквально источал беспокойство. Тревогу. Неудивительно, впрочем, если учесть, сколько всего обрушилось на него в последнее время. Грейс знал по опыту, что для переживших какого-либо рода катастрофу одну из самых больших проблем составляет чувство вины.

– Спасибо, не стоит, – ответил Брэнсон. – Мы не отнимем у вас много времени, всего лишь зададим несколько вопросов.

– Появились какие-то новости о Майкле?

Грейс рассказал о результатах обхода пабов и о пропавшем гробе. Что-то в реакции Уоррена вызывало у него подозрения. Пускай и совсем смутные, но все же.

– Слабо верится, что ребята могли украсть гроб, – покачал головой Марк. – Я точно про такую затею ничего не слышал.

– Но вы должны были знать об этом, – возразил Рой. – Разве шафер среди прочего не занимается также и организацией мальчишника?

– То же самое я прочел в Интернете.

– То есть вы не принимали участия в планировании? – нахмурился Грейс. – Совсем?

Уоррен как будто сконфузился.

– Я… Нет, я вовсе не это хотел сказать, – начал он даже несколько робко, однако быстро взял себя в руки. – Я имел в виду… Понимаете, мы… Вернее, Люк предлагал подослать к жениху стриптизершу с поздравлениями, но это ведь уже вчерашний день, а мы хотели устроить что-нибудь более оригинальное.

– Отомстить Майклу Харрисону за все его розыгрыши?

Снова на мгновение потерявшись, Марк признался:

– Да, мы действительно это обсуждали.

– Но гроб в ваших обсуждениях не фигурировал? – напирал Рой, пристально следя за глазами собеседника.

– Ни в коем случае, – последовал исполненный негодования ответ.

– Дорогой гроб, люксовый, из индийского тика.

– Я… Ни о каких гробах я не слышал.

– То есть вы утверждаете, что хотя и были шафером Майкла, однако ни о каких планах на мальчишник не знали, так?

Немного поколебавшись и по очереди окинув изучающим взглядом обоих полицейских, хозяин квартиры в конце концов подтвердил:

– Так.

– Не верю, – отрезал Грейс. – Простите, Марк, но я вам не верю. – И тут же уловил вспышку гнева.

– Вы обвиняете меня во лжи? Прошу прощения, джентльмены, но встреча закончена. Мне необходимо переговорить с адвокатом.

– Стало быть, это для вас важнее, чем найти своего компаньона? – усмехнулся Рой. – У него, между прочим, на завтра назначена свадьба. Вам об этом известно?

– Я ведь его шафер.

Внимательно вглядевшись в лицо Уоррена, Грейс внезапно вспомнил,