Иметь все - Мейв Хэран

– Лиз, вы не дотронулись до своих сандвичей.

Лиз удивленно взглянула на маленькие кусочки черного хлеба с копченой лососиной, начинающей сворачиваться в трубочку. Час до этого она просидела за своим столом, снова и снова перебирая аргументы, с помощью которых собиралась сразить Конрада, защитить программу «Люди в картонных коробках» и доказать всем, что в «Метро ТВ» только она способна принимать творческие решения. Но перед ее глазами все время стояло обиженное лицо Джейми.

Он такой чувствительный мальчик. Она вспомнила, как он снова и снова мыл руки. Он чувствовал, что у отца с матерью не все в порядке, и думал, что это его вина.

Внезапно Лиз поняла, что ни в коем случае не должна упустить этот момент, который так много значил для него. Чего бы это ей ни стоило.

И впервые за последние дни все стало просто. Почти смеясь от облегчения, она сгребла бумаги на своем столе и вызвала секретаршу.

– Вив, позвони, пожалуйста, в кабинет Конрада и скажи им, что сегодня я прийти не могу.

Вив смотрела на нее в изумлении. Смысл сказанного дошел до нее не сразу.

– Что мне сказать им?

Лиз поняла, что Вив бросает ей спасательный круг. Дружеское предложение придумать какую-нибудь отговорку. Умер кто-то из родных. У Дэвида загадочная болезнь. Но, разумеется, не было ни малейшего шанса, что Конрад поверит в эту ложь.

– Скажи им… Скажи им, что я уехала смотреть бег в мешках и что я вернусь позже.

– А нельзя побыстрее? Может быть, есть дорога короче?

Услышав в ее голосе тревогу, таксист обернулся и пожал плечами. Он делал все, что мог. Работа научила его спокойному отношению к отчаянию других. Иначе кондрашка хватила бы не только их, но и его.

Часы показывали 3.04, и Лиз начинала паниковать. Движение на лондонских улицах являло собой сущий кошмар, и теперь, когда они были почти у цели, перед ними протянулась на несколько миль пробка из грузовиков и «лендроверов».

Глядя на простирающееся впереди море машин, Лиз с удивительной ясностью, вызывающей оцепенение и холод под ложечкой, представила себе картину происходящего. Она пожертвовала своей карьерой и подвела своих сотрудников ради того, чтобы попасть на соревнования Джейми, и вот теперь на них опаздывает. Она ему там сейчас нужна, он чувствует себя преданным ею, а она застряла в уличной пробке в трехстах ярдах от него. Ее пронизала дрожь. На глаза навернулись слезы. Все пропало. Она потеряла сына, ее семья распадается, она подвела всех в «Метро ТВ», не выстояв перед Конрадом.

– Милочка, вам лучше добежать. Мы здесь можем проторчать несколько дней. Проклятые «вольво»!

Наконец до сознания Лиз дошли слова таксиста. Она извлекла из сумки и протянула ему десятку, а он бросил взгляд на ее узкую юбку и трехдюймовые шпильки.

– Вам придется взять пример с принцессы Дианы.

О чем это он? И тут она вспомнила. Принцесса Диана и спортивный праздник ее сына. Она сбросила туфли. Улыбнувшись таксисту и добавив ему огромные чаевые, Лиз так и поступила. Задрав выше коленей юбку, она босиком пробежала последнюю сотню ярдов до стадиона.

– Где бег в мешках? – спросила она, задыхаясь, у первой встреченной воспитательницы.

– Вон в том конце – показала женщина, – но вам нужно поторопиться. Соревнования уже начинаются.

Тяжело дыша, Лиз поспешила туда по сырому полю, то и дело огибая родителей, детей, походные стулья и собак. В боку у нее кололо, а ноги были в грязи. Но она знала, что в ее жизни осталась только одна важная вещь – попасть туда, попасть к Джейми и дать ему знать, что она смотрит на него.

Измученная и задыхающаяся, Лиз наконец добралась до цели. В беге участвовало около десятка ребят, и она увидела, что один из мальчиков уже преодолел примерно половину дистанции. Его родители во все горло подбадривали его. Вглядываясь в лица остальных, она, к своему ужасу, не могла найти Джейми. О Боже, неужели он где-нибудь плачет, вместо того чтобы участвовать в соревнованиях.

И тут она увидела Сьюзи, которая кричала и подпрыгивала на месте. Дейзи из своей легкой колясочки помогала ей. А вот и Джейми. Третий от конца, между пухлым мальчиком и девочкой в очках с толстыми стеклами.

Наконец он заметил ее.

– Мама! – завопил он радостно. – Моя мама здесь! – На секунду ей показалось, что он собрался бросить свой мешок и побежать к ней. Но Джейми вместо этого сделал отчаянный рывок, начав прыгать, словно под ноги ему насыпали горячих углей, а за финишной чертой его ждал приз в виде двойной порции бананов.

– Давай, жми, Джейми, ты можешь победить! – Лиз закричала так громко, что стоящая рядом интеллигентная пара вздрогнула и одарила ее презрительным взглядом, в котором ясно читалось: „Ох уж эти нахрапистые мамаши!»

Теперь Джейми шел с лидером ноздря в ноздрю. Рассекая воздух мощным рывком Супермена, он приземлился за финишной чертой на миллисекунду раньше своего озадаченного соперника, который уже было решил, что победа у него в кармане, и самодовольно улыбался через плечо своим родителям, снимавшим его финиш видеокамерой.

Лиз подхватила Джейми и прижала к себе, сдавив так, что он едва мог дышать. Смывая косметику, по ее лицу текли слезы гордости, любви и, прежде всего, облегчения оттого, что она не пропустила миг его триумфа и не зря пожертвовала своей карьерой.

Втайне она ожидала сопротивления Джейми, его обычного: «Ой, мам, отпусти!» Но на этот раз сын не отталкивал ее, а, наоборот, обвил руками, и она почувствовала, что он обнимает ее так же крепко, как она его. И Лиз недоумевала, как она могла так долго колебаться, не умея решить столь простую задачу: она ему нужна, значит, она должна быть здесь. Столь простую и столь головоломную.

– Привет, Лиз, – промурлыкала Клаудия, когда Лиз выскользнула из лифта и направилась к кабинету Конрада, пытаясь прикрыть свои грязные ноги плащом. Клаудия была похожа на кошку, которой достались не просто сливки, а вся маслобойня. – Ты пропустила самое интересное. Боюсь, что твой сериал о бездомных похерили. Слишком мрачно. Конрад заменяет его блестящей новой шоу-программой о личных проблемах.

Лиз едва удержалась, чтобы не рассмеяться. «Итак, вы поняли, что у вас проблемы» – один из тех третьесортных проектов, которые Бритт всучила ей и которые она передала Конраду из одной только вежливости. Если он готов выкинуть «Людей в картонных коробках» ради такой низкопробной муры, то у «Метро ТВ» нет ни малейшего шанса стать приличной телекомпанией.

Когда кабинет Конрада покинул, стараясь не глядеть на Лиз, последний из находившихся там служащих, в дверях появился сам Конрад:

– Ты не зайдешь ко мне?