Подводный Ас. История Вольфганга - Джордан Воуз

Внешне различие между двумя наградами было совсем небольшим. К орденской ленте прикреплялась пряжка в виде маленького серебряного дубового листка, и орден подвешивался к ней, а не к самой ленте. Реальная разница заключалась в самой награде, которую часто вручал лично Адольф Гитлер. А после войны счастливый обладатель Дубовых Листьев должен был получить поместье на завоёванных территориях.

Ещё раньше командующий подводным флотом предоставил U-181 и другим лодкам, действующим в этом районе, право заходить восточнее Кейптауна. 16 ноября U-178 уже находилась восточнее и сообщила о потоплении 2 судов возле Лоренцо-Маркиша. На основании этой радиограммы, а также потому, что британская ПЛО в районе мыса Доброй Надежды резко усилилась, Лют решил тоже направиться к Лоренцо-Маркишу. U-181 двинулась дальше, как только перехватила радиограмму, и прибыла на место 19 ноября.

Лоренцо-Маркиш был столицей Португальской Восточной Африки[83] и крупным нейтральным портом. Город, который сегодня называется Мапуту, расположен в устье реки Эспириту-Санто, которая впадает в бухту Делагоа на самом юге страны, менее чем в 50 милях от границы с Южно-Африканским Союзом. Порт Лоренцо-Маркиш примечателен по двум обстоятельствам. Первое – он расположен совсем рядом с Рандом, промышленным и горнодобывающим центром Южной Африки. Второе – это один из крупнейших в мире глубоководных портов. До войны Лоренцо-Маркиш был очень известным портом, хотя Люту не привелось побывать в нём. Карл Дениц, когда он командовал крейсером «Эмден», в 1935 году во время захода в Лоренцо-Маркиш подцепил там малярию.

К 1942 году Лоренцо-Маркиш превратился в один из важных пунктов снабжения союзных транспортов. Его нейтралитет строго охранялся португальскими кораблями и самолётами, атаковать которые категорически запретил Эрих Редер. До ноября 1942 года корабли, заходящие в Лоренцо-Маркиш, могли чувствовать себя в относительной безопасности от атак подводных лодок. Всё рухнуло в одночасье.

Сразу после прибытия U-181 потопила норвежский трэмп «Гунда». Пока португальцы подбирали его экипаж, лодка заметила ещё одно судно на траверзе маяка Пойнт Инака и потопила его одной торпедой. С тонущего судна были спущены 2 спасательные шлюпки, полные людей, но ни одна не подпустила Люта на дистанцию оклика. Ему пришлось вытащить одного моряка прямо из воды, и тогда он узнал, что его жертвой стал греческий пароход «Коронтиакос». (Лют оказался достаточно благороден и отпустил грека, сумев убедить одну из шлюпок забрать его.)

В полночь 22 ноября U-181 потопила американский сухогруз «Алкоа Патфайндер». «Спасшиеся описали офицера, допрашивавшего их (вероятно, самого Люта), который говорил с ними на «оксфордском английском» с немецким привкусом», – заявляет один из авторов «Войны в Южных морях». Однако это никак не мог быть Лют. Он просто не мог говорить на «оксфордском», а его офицеры сомневаются, мог ли он вообще говорить по-английски. Однако все сходятся в одном – Лют никогда не допрашивал спасшихся. Он стоял на мостике, осматривая горизонт, и в то же время не спускал глаз с врагов, которые в любой момент могли вытащить пистолет или пулемёт и продырявить его лодку.[84] Обычно с вражескими моряками разговаривал Энгель.

Несмотря на явную удачу, Лют остался недоволен. Торговое судоходство в районе Лоренцо-Маркиша оказалось гораздо менее интенсивным, чем он ожидал. Несколько раз самолёты загоняли лодку под воду, а сильные течения делали атаки из подводного положения почти невозможными. К вечеру 22 ноября Лют решил повернуть обратно на юг и пройтись вдоль африканского побережья в поисках добычи. Это решение оказалось правильным, и вскоре он заметил греческий пароход «Маунт Хелмос», следующий из Суэца в Кейптаун.

Это стало началом необычной недели для Люта. В течение следующих 8 дней он обнаружил и потопил 4 вражеских торговых судна у восточного побережья Африки. Само по себе не столь необычно. Нестандартным был способ их потопления. Приходится вспомнить инцидент с «Нотр Дам де Шатле» в мае 1940 года, когда артиллеристы действовали из рук вон плохо. Новый Лют поднялся на поверхность, в течение недели красовался на мостике U-181, а потом исчез без следа. Он действовал бессердечно и даже жестоко. На самое интересное то, что он действовал непрофессионально, даже, пожалуй, безграмотно. Обычно Лют мог служить образцом осторожного и ответственного командира, внезапная перемена была просто необъяснима.

Первой жертвой стал «Маунт Хелмос». U-181 гналась за ним 4 часа и атаковала на рассвете 23 ноября. Хотя в момент выстрела судно круто повернуло, одиночная электрическая торпеда G7е через 37 секунд после пуска ударила его в район мидель-шпангоута. Экипаж сразу покинул «Маунт Хелмос», но старый пароход остался на плаву, несмотря на огромную пробоину. Обозлённый Лют вызвал наверх артиллеристов и подошёл к цели вплотную, как он это сделал с «Нотр Дам дю Шатле». U-181 открыла огонь из всех трёх орудий. Однако ствол 37-мм автомата почти сразу разорвало, зато остальные 2 орудия – 105-мм и 20-мм – вели огонь почти 40 минут. Получив 45 попаданий, «Маунт Хелмос» наконец затонул.

Может быть, немного чрезмерно, но особо критиковать Люта не за что. Большая часть командиров подводных лодок, да и сам Лют, предпочли бы уничтожить судно второй торпедой.[85]

Позднее в этот же день U-181 выпустила торпеду в британский пароход «Дорингтон Курт», который следовал из Австралии в Лоренцо Маркиш. Он получил попадание, но тоже остался на плаву. Лют выпустил 90 снарядов калибра 105 мм с дистанции 800 метров, и «Дорингтон Курт» затонул, получив 60 попаданий в кормовую часть. Расход 90 снарядов заметно опустошил артиллерийский погреб лодки. Лют делает интересную запись в бортовом журнале: «Несмотря на попадание большого числа фугасных снарядов, корабль так и не загорелся по-настоящему. Это осложнило наш отход». Тогда неизбежно возникает вопрос: а чего, собственно, хотел Лют? Потопить «Дорингтон Курт» или поджечь его?

28 ноября в 20.30 U-181 заметила старый греческий пароход «Эвантия». Снова выпущенная торпеда попала в цель, но судно не затонуло. Люту пришлось топить его артиллерией. С дистанции 600 метров было выпущено огромное количество снарядов – 107 штук. И снова Лют был разочарован: «К несчастью, корабль так и не загорелся, и отход был трудным». Здесь кроется ответ на вопрос о «Дорингтон Курте». Оба этих судна Лют пытался поджечь, чтобы осветить триумфальный уход U-181.[86]

Уничтожить торговое судно артиллерией вполне допустимо. Но трата 80 – 90 – 100 снарядов на потопление «купца», это уже вещь странная. «Плодит», который имел примерно такой же тоннаж, был потоплен в открытом море всего 8 попаданиями. Когда необходимо использовать артиллерию, лодка должна стрелять как можно быстрее и как можно точнее. Командир не должен попусту тратить время и боеприпасы, чтобы устроить фейерверк.