Подводный Ас. История Вольфганга - Джордан Воуз

Лют в «Проблемах руководства» отмечает: «К успеху нужно относиться спокойнее. Он поднимает дух команды. Но мои усилия были направлены на то, чтобы люди не унывали, когда дела шли не очень хорошо. Хороший солдат показывает подлинную крепость характера именно тогда, когда обстоятельства оборачиваются против него…»

Глава 9

Второй Лют

«ТРЕВОГА!»

Сигнальщик громко кричит, указывая рукой в сторону противника, а потом прыгает в люк, расположенный в центре мостика. Никто больше не видит того, что видит он, но его крик приводит в движение всю вахту. Остальные наблюдатели и вахтенный офицер, ни секунды не размышляя, прыгают в люк следом за ним, словно крысы, ныряющие в нору. Они с грохотом падают в центральный пост, перепуганная толпа в мокрых резиновых плащах. Вахтенный офицер захлопывает люк изнутри и торопливо крутит маховик, задраивая люк. Один из наблюдателей берётся за рукояти горизонтальных рулей, другой становится к штурвалу. Ещё до того, как они успели сесть, лодка уже ныряет носом вперёд. И буквально через 10 секунд её корма исчезает в пенном водовороте.

Над мысом Доброй Надежды встаёт солнце. U-181 находится в 75 милях южнее Дурбана. Погода скверная, идёт высокая волна. «Хороший солдат показывает подлинную крепость характера именно тогда, когда обстоятельства оборачиваются против него». Люту представилась возможность на себе испытать справедливость собственной теории. В этом ему помогли корабли Королевского Флота.

Лодка стремительно падает на глубину А + 40,[77] покачиваясь с борта на борт, пока последние пузыри воздуха выходят из цистерн. Она еле движется вперёд и постепенно выравнивается. Почти немедленное погружение является результатом постоянных упорных тренировок. Вся команда действует без малейшей задержки, как сложный, хорошо отлаженный механизм.

В центральном посту появляется Лют. Вахтенный офицер объясняет ему, что замечен идущий навстречу вражеский корабль. Лют желает знать, где был наблюдатель, отвечающий за этот сектор горизонта. Вахтенный офицер отвечает, что тот не заметил корабль. Несчастный парень получает выразительный взгляд командира, на большее сейчас просто нет времени. Прошло 20 секунд.

Этим кораблём был британский эсминец «Инконстант», занимавшийся рутинным патрулированием. Он заметил U-181 и сразу дал 28 узлов, помчавшись к облаку белой пены, бурлившему прямо над погрузившейся лодкой. На корме «Инконстанта» в готовности стоят 40 глубинных бомб. Расчёты стоят при орудиях, на случай если U-181 решит подняться на поверхность. Весь экипаж надел спасательные жилеты и каски, так как предстоит бой. Эсминец отправляет радиограмму в Дурбан: «Замечена подводная лодка, требуется помощь».

«Инконстант» включил асдик. Весь экипаж U-181 может слышать леденящие щелчки, словно дождь бьёт по консервной банке, словно скелет медленно бредёт по палубе лодки. Подводники также могут слышать медленное, глухое жужжание винтов «Инконстанта» прямо над головой. Все механизмы выключены, разговоры ведутся только шёпотом, все замерли. Наступает странная тишина, все напряжённо вслушиваются в неё.

30 секунд. 1 минута. 5 минут. 10 минут. Они все ещё ждут.

И лишь когда прошёл целый час, грохочет первый взрыв. Страшный скрежещущий удар, будто кто-то обрушил на лодку исполинский молот. А затем без передышки ещё четыре, один за другим. Лодка дёргается и раскачивается. Все смотрят на Люта. Но его неподвижное лицо, освещённое мигающими лампами, остаётся бесстрастным.

«Инконстант» и U-181 встретились утром 15 ноября. Схватка продолжалась целых 16 часов и завершилась около полуночи, причём корабли так и не видели друг друга.

Операторы асдика на «Инконстанте» засекли U-181 в 8.32. Эсминец сбросил глубинные бомбы и потерял контакт. На U-181 насчитали 5 взрывов, «очень близко», как говорит бортжурнал. Лют погрузился на 460 футов[78] и направился на юг. Были выключены все вспомогательные механизмы, и вода начала просачиваться из-под паел. Газ из батарей медленно пополз по отсекам.

В 9.06 «Инконстант» сбросил ещё 5 глубинных бомб, но журнал U-181 говорит, что их было 10 и все «очень близко». Лодка провалилась на глубину 525 футов.[79] Третья серия из 4 бомб была сброшена в 9.30. Бортжурнал: «Восемь, близко». Левый вал начало бить. Потом эсминец в 10.30 сбросил ещё 5 бомб. Снова «восемь, близко».

«Инконстант» гонялся за лодкой и сбрасывал бомбы все утро. К полудню появилась серьёзная течь через выходной люк, кормовой распредщит оказался в опасности. В дифферентных цистернах не осталось воды, и выравнивание приходилось выполнять вручную.[80] Журнал отмечает тревогу, вызванную неисправностью клапанов вентиляции, через которые вода поступала в трюм. Все лишние члены экипажа лежали на койках, дыша через регенерационные патроны.

Теперь U-181 находилась на глубине А + 80, и до максимальной глубины погружения оставалось 40 метров. Лодка пыталась тихонько уползти прочь, но асдик «Инконстанта» вцепился в неё намертво. Лют оставался в центральном посту, руководя ремонтными работами. Он никак не показывал своих чувств, хотя прекрасно знал, что U-181 ещё предстоят долгие и опасные испытания. В 11.30 он записал в бортжурнале: «Над нами 2 эсминца. Похоже, что они намерены взять нас измором».

Взрывы глубинных бомб легко могут перепутать все в голове. Лют насчитал 2 корабля. Кручковски позднее сказал, что, по его мнению, за лодкой поочерёдно охотились 3 корабля. «Один заправлялся в гавани Дурбана, второй шёл к месту боя, третий всё время висел прямо над нами».

Однако в первые 8 часов охоты в ней принимали участие только один корабль – эсминец «Инконстант», и один самолёт – Локхид «Вентура». Лишь после полудня англичане получили подкрепление – из Дурбана пришли корветы «Жасмин» и «Ниджелла». Три корабля гонялись за U-181, время от времени сбрасывая глубинные бомбы и постоянно «обстреливая» лодку импульсами асдика. Некоторое облегчение наступило в 17.00, когда ушёл «Инконстант».

К этому времени корпус U-181 стонал и скрипел, в трюме плескалась вода, швы слезились, свет погас. Корветы «Жасмин» и «Ниджелла» преследовали лодку ещё 3 часа. Они прекратили охоту лишь в полночь. После того как английские корабли ушли, Лют предпочёл выждать ещё некоторое время. Лишь когда наступили новые сутки, U-181 всплыла на поверхность, и в люк хлынул поток свежего холодного воздуха.

Лют остался почти равнодушен к происшедшему. Он сухо констатировал: «Лодка и экипаж показали себя хорошо». Многочасовая атака почти не произвела на него впечатления. Несмотря на довольно серьёзные повреждения, «экипаж смог заниматься обычными ремонтными работами, не опасаясь нехватки кислорода». Лодка пробыла под водой вдвое больше, чем позволяли расчётные запасы воздуха и ёмкость батарей. Эту атаку англичан нельзя было сравнивать с приключениями U-9 в мае 1940 года, когда были повреждены буквально все механизмы лодки, и сама она осталась лежать на дне Ла-Манша, обречённая на гибель, как думал противник.