"Желаний своевольный рой". Эротическая литература на французском языке. XV-XXI вв. - Жан Молине

ПУПОК

Пупок, с тобой могу пропасть я,И, мрамор твой боготворя,Боготворю твое всевластье —Ты как облатка сладострастьяДошедшему до алтаря!

СООТВЕТСТВИЯ

Бог дал гнездо любви — награду            Для христиан,А зад безбожникам в усладу            Недаром дан.

Бог облегчил свою задачу,             Ведь труд не мал, —И к одиночеству в придачу             Он пальцы дал.

ОДИНОЧЕСТВО

Ура эрекции! ДостануТого, кто жаждет постоянно      Восстать — и в путь!Увы! Легко ли быть счастливымЛицом к лицу с подобным дивом?     Отнюдь… Отнюдь…

Один как перст творю молебен,А он уже вздымает гребень —     Каков нахал!Жаль, нет соседки, что влюбленноСтреляет глазками с балкона —     И наповал!

Коко напрасно точит зубки,Нет в доме ни чепца, ни юбки,     Но только тронь —И он уже готов излиться.Вот и спешит к нему вдовица —     Моя Ладонь.

Приди, богиня мастурбаций,Не зря ты требуешь оваций:     Я весь в огне.Ты утешаешь бесподобноИ то, на что сама способна,     Даруй и мне!

Ладонь умеет без опаскиПорой излить такие ласки     На мой снаряд,Что он взрывается без боя,Лишь охвати его рукою     Тесней стократ!

Не обойди меня урокомВ том, что Тиссо назвал пороком, —     Как Купидон,Я тоже, может, преуспеюВ его игре, когда Психею     Не видел он.

Ногами опершись о стену,Себя ласкаю, постепенно     Входя в экстаз:Могу я целеустремленноПолировать мою колонну     Хоть битый час.

Уже совсем теряю меру,Но не Венеру, а Химеру     Я вижу — какОна встает передо мною,И образ с гривой золотою     Мне жжет кулак.

Но грудь, ласкаемая взглядом,Ничто в сравненье с этим задом,     Когда онаЕго мне дарит… Вот так штука!О Рубенс, вся твоя наука     Побеждена!

Мне эти ягодицы впору,И не дает дружок мой деру —     Наоборот:Я их коленом раздвигаю,А он — уж я-то это знаю! —     Свой путь найдет.

Вхожу в ее большое лоно —Нас мог бы штихель Клодиона     Изобразить.В нее бросаюсь, как в пучину:Смогу ли эту Мессалину     Я ублажить?

Волна, рожденная простатой,На холм кидается покатый     И у дверейОмытого прибоем храмаМоя искусница упрямо     Кричит: «Сильней!..»

И вот — застыла, побледнела,И я до самого предела     В нее вошел.Так жрицы плоть свою терзали,Когда они в себя вонзали     Приапов кол.

Я прохожу ее навылет —И вот уже последний вылит,     Исторгнут залп.И, поработавший на славу,Мой кратер, исторгавший лаву,     Совсем ослаб.

Я выдавил его до капли —Тут и мечты мои ослабли:     Ни рук, ни губ.Прощай, фальшивая Киприда!Лишь пролетает — вот обида! —     Один суккуб.

Что ж, видели таких Венер мы!..Оставлю след застывшей спермы     На пальцах, чтобВручить мой опыт, вроде дани,Тебе, дотошный Спалланцани, —     Под микроскоп!

КРЕСТ ЛЮБВИ

Четыре розы молодых —И крест любви, и знак влюбленных:Две, что цветут, и две в бутонах,Дневной цветок и три ночных.

Вот символ веры — на устах,Что к ним склоняются, ликуя:Крестом — четыре поцелуяНа четырех живых цветах.

Кармином первый опалит —Свою стыдливость губы дарят:Их поцелуй — известный скаредИ жемчуга свои таит.

Но два бутона, два других, —Когда пониже опуститься,И слева можно насладиться,И справа прелестями их.

А ниже — тот ночной цветок,Тот, самый робкий, самый нежный,Что распускается, безгрешный,Лишь положив на вас зарок.

Эмблема счастья, вечный крест,Связует ночь и день в зените:Свою любовь им осените —Благословите этот жест!

Пьер-Жан Беранже. Три стихотворения

Пьер-Жан Беранже [Pierre-Jean de Béranger; 1780–1857] — прославился своими антимонархическими и антиклерикальными песнями; он был любимцем французского народа, «l'homme-nation» (голосом народа), как сказал о нем Альфонс де Ламартин, воплощением независимости и свободы слова. Он стал также любимцем российского читателя, во-первых, потому что «подходил» нам тематически, а во-вторых, потому что ему повезло с переводчиками (начиная с Чернышевского и кончая В. Левиком, В. Курочкиным и В. Рождественским). Прежде чем поднять сатирическую песню до уровня оды или памфлета, начинающий поэт увлекался вакхическими и скабрезными песенками, которых за его жизнь накопился целый сборник.

Публикуемые стихи взяты из книги «Проказы Беранже: сорок четыре эротических песни» [ «Les Gaietés de Béranger: quarante quatre chansons érotiques», 1864], в которой борец за политические и социальные свободы предстает остроумным борцом за свободу нравственную.

Перевод Марины Бородицкой. Перевод выполнен по изданию «P.-J. de Béranger. Les gaietés, quarante quatre chansons éroliques de ce poète, suivies de chansons politiques et satyriques non recueillies dans les ceuvres prétendues complètes de Béranger» [Amsterdam: Éditeur aux dépens de la Compagnie, 1864].

ДВЕ СЕСТРЫ, ИЛИ ПРЕОДОЛЕННЫЙ СТЫД

Зачем в ночи, сестрица Зоя,     С меня сорочку тянешь ты?Прошу, оставь меня в покое,     Я сплю, и сны мои чисты.Бесстыдница! Ведь все-таки раздела!И в грудь целуешь… В чем тут дело?     Зачем ты так хохочешь?     Зачем меня щекочешь?          Чего ты хочешь?     А впрочем, это не беда —          От сих забав     Не будет нам вреда.

Меня ты теребишь настырно     Рукою дерзкой, а взамен —     Мою, что почивала мирно,Хватаешь вдруг и тащишь в плен.Зачем ложишься ты ко мне валетом?     И что твой рот творит при этом?          Вот странная повадка!          Сестра, так делать — гадко.                   И сладко, сладко…           А впрочем, это не беда —           От сих забав     Не будет нам вреда.

Откройся вдруг мужскому взгляду     Альков наш темный… нет, молчу!     Сестрице милой дать усладуЯ в свой черед теперь хочу.Итак, вперед — хоть прежде не бывало,     Чтоб я усатых целовала.          Мужчины — дуралеи,          Ах, мне куда милее                  Твои затеи!     Ведь это, право, не беда —                  От сих забав     Не будет нам вреда.

     Не думай, это все не значит,Что впрямь я увлеклась игрой:     На сцене шут поет и скачет,          Пока не явится герой.А велико ли наше прегрешенье?     Ведь это не кровосмешенье! —          Не то любой прелат     Пугать нас был бы рад,          Но все молчат.     А значит, это не беда —          От сих забав    Не будет нам вреда.

МЫШКА

Лизетта, вот трусишка,Мышей боится — страсть.          Раз выбежала мышкаИ к ней под юбку — шасть!Лизетта — прочь, а мышка          За нею по двору…— Не бойся ты, глупышка,          Она спешит в нору.

          Но в ужасе девицаБежит, поднявши крик,          А мышка-озорницаК ней прямо в руку — прыг!          Она, зверька сжимая,Визжит: «Сейчас умру!»— Не бойся, дорогая,          Пусти ее в нору.

Но в обморок ЛизеттаУпала в тот же миг,            А мышка, видя это,Скорей в укрытье — шмыг!Там не страшна ей кошка,           Ни дождик на дворе…Не плачь, Лизетта-крошка,Ведь мышь уже в норе.

ШТАНЫ