Разыскивается: не-мертвый или живой (ЛП) - Спаркс Керрелин

Нахмурившись, Фримонт прошептал:

– Она что, не понимает по-английски?

– Нам действительно нужно поторопиться, – Сьюзи придержала дверь. – Они ждали доктора Фэнга в гримерной пять минут назад.

После нескольких минут в гримерном кресле, Финеаса сопроводили в студию звукозаписи № 3, где он поздоровался с Гордоном, режиссером.

– Привет, Финеас, – Гордон пожал ему руку, потом с любопытством посмотрел на Фримонта и его бейдж.

– Я агент доктора Фэнга, – похвастался Фримонт.

– И мой брат, – добавил Финеас с усмешкой.

Гордон кивнул, его глаза блестели от волнения. Он и Стоун Коффин были единственными на ВЦТ, кто знали, что Финеас на самом деле задумал сегодня вечером.

– Стоун и Тиффани ждут тебя. Удачи.

Когда Финеас подошел к декорациям, состоявшим из трех стульев на покрытом ковром возвышении, Тиффани вскочила на ноги, ее грудь покачивалась и была опасно близка к тому, чтобы выпасть из сексуального красного платья, которое она надела.

– Доктор Фэнг! – широко улыбнувшись, она обвила руками его шею. – Разве тебе не нравится? Мы знамениты! Я хочу поцеловать тебя, но не смею испортить макияж.

– Я понимаю.

– Я получаю письма от фанатов, ты можешь в это поверить? И все девушки хотят знать, спала ли я с тобой. Ты ведь не возражаешь, если я не буду рушить их ожидания? – она прижалась ближе, потерлась о него грудью и скользнула руками вниз по его груди. – Знаешь, это не обязательно должна быть ложь.

– Ну, я... – Финеас схватил ее за руки, чтобы они не забрались слишком далеко на юг. Как бы так выразиться? Он не хотел заниматься с ней сексом только для того, чтобы дать ей возможность поговорить со своими поклонниками.

– По местам! – крикнул Гордон. – Мы выходим в эфир через три минуты.

– Поговорим позже, – сказал Финеас Тиффани и сел, оказавшись зажатым между ней и Стоуном Коффином, который только что закончил вести Ночные новости в студии № 2.

Звукооператор прикрепил крошечные микрофоны к лацканам пиджаков парней, а затем попытался найти место, чтобы прикрепить микрофон Тиффани.

Она хихикнула.

– О-о-о, как щекотно!

– С моими волосами все в порядке? – спросил Стоун у гримерши.

– Ты прекрасно выглядишь, – ответила она и подмигнула Финеасу. – И ты тоже.

– Две минуты, – объявил Гордон.

– Проверка, проверка, – сказал Стоун, и звукооператор показал ему большой палец. – Инцидент с интендантом.

Финеас вопросительно посмотрел на него, потом догадался, что диктор разогревается.

– Всех вампир кусал до дыр, ему попался Мойдодыр, закончился вампира пир, стер Мойдодыр его до дыр, – серьезным тоном объявил Стоун. – Королева кавалеру подарила каравеллу.

Финеас взглянул на брата, которого отогнали в дальний конец комнаты. Фримонт ухмыльнулся и ободряюще вскинул кулак.

– Билли Бейкер сбил барменшу и выблевал Блиски ей на бюст, – продолжал Стоун, затем понизил голос до мягкого шепота. – Надеюсь, это сработает.

– Обязательно, – Финеас поерзал на стуле и расстегнул пиджак. Он сделал глубокий вдох, затем медленно выдохнул. Ты можешь это сделать.

– Десять секунд, – объявил Гордон, затем поднял руку, показывая им пять секунд, четыре, три, две, затем указал на них указательным пальцем.

Они были в прямом эфире.

Глава 2

– Доброй ночи, – Стоун сосредоточился на камере с красной светящейся точкой. – Сегодня Вампирская Цифровая Телесеть с гордостью представляет вам то, чего вы так долго ждали – наш специальный бонус.

Красный огонек мигнул на вторую камеру, и Стоун перевел взгляд.

– Поскольку угроза глобального Вампирского апокалипсиса исчезла, Нежить обратила свое внимание на... что-то совершенно другое. Я имею в виду последнюю сенсацию на ВЦТ – не шоу, а рекламу самого последнего дополнения к вампирской кухне Фьюжн, смеси синтетической крови и Шардоне под названием Блардоне, которая, конечно же, производится одним из наших спонсоров, Роматек Индастриз.

Стоун жестом показал на гостей, когда камера развернулась для более широкого угла съемки.

– Я с удовольствием представляю вам актеров из этой рекламы: доктора Фэнга и Тиффани, иначе известных как парень и девушка Блардоне.

Тиффани хихикнула и помахала рукой в камеру, а Финеас улыбнулся.

– Теперь, когда ваша актерская карьера взлетела до небес, – продолжал Стоун, – не могли бы вы рассказать нам, как изменилась ваша жизнь?

– О, теперь я так счастлива! – Тиффани сцепила руки. – Я всегда знала, что мне суждено стать звездой. Я имею в виду, когда ты так выглядишь, – она повернулась на стуле, чтобы принять провокационную позу, – очевидно, что ты рождена для камеры.

– Действительно, – лицо Стоуна оставалось бесстрастным, когда он смотрел на нее. – Есть теория, что те, кто чрезвычайно хорош собой, также могут считаться более перспективными.

Губы Финеаса дрогнули.

– Смелая теория, Стоун.

– Да, я была невероятно счастлива, но, – Тиффани испустила горестный вздох, который принес дополнительный бонус, заставив ее грудь вздыматься, – к сожалению, красота, подобная моей, имеет тенденцию быть ошеломляющей. Некоторые могут даже назвать это... проклятием, – шмыгнув носом, она вытерла воображаемую слезу.

Финеас изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица, похлопывая Тиффани по руке.

– Не вешай нос, сладкая. Все будет хорошо.

Она наклонилась в сторону, чтобы обнять его, отчего ее груди сжались.

– Ты такой замечательный, доктор Фэнг. И я должна сказать, что я очень благодарна ВЦТ за предоставленную мне возможность показать миру вампиров, насколько я действительно талантлива. Теперь все будут знать, что я могу предложить гораздо больше, чем изысканное красивое лицо.

Взгляд Стоуна скользнул по ее груди.

– Да, я могу сказать, что ты действительно одарена.

– Ну, спасибо, – хихикнула она. – Я просто в восторге, что теперь все воспринимают меня всерьез.

– Можешь повторить это еще раз, – Финеас подмигнул ей. Насколько он знал, половина мужчин на ВЦТ уже отнеслась к Тиффани вполне серьезно. Он ни за что не встанет в очередь.

– А как насчет тебя, доктор Фэнг? – спросил Стоун. – Твоя жизнь изменилась к лучшему?

– Да, это так. Я наконец-то смог бросить свою старую работу.

Стоун кивнул.

– По ВЦТ ходят слухи, что ты согласился сыграть роль в одной из наших популярных мыльных опер.

– Это не слухи, – Финеас с лихой ухмылкой посмотрел в камеру. – Я веду переговоры о контракте, чтобы сыграть главную роль в опере "Когда вампир превратится".

Тиффани взвизгнула и вцепилась в его руку, наклоняясь к нему, чтобы еще раз обнять.

– О, доктор Фэнг! Я так рада за тебя, – она улыбнулась Стоуну. – У меня тоже хорошие новости. Меня только что наняли для рекламы "Вампоса", послеобеденной мяты, которая избавляет от запаха крови.

– И я планирую сделать еще несколько рекламных роликов Блардоне, – добавил Финеас, затем коснулся руки Тиффани. – С тобой, конечно.

– О да, доктор Фэнг! Мне так нравится работать с тобой, – она сжала его руку и драматично посмотрела в камеру. – Мы стали очень близки.

– Скажите мне, доктор Фэнг, – продолжал Стоун. – Как тебе пришло в голову взять такое интересное имя? Ты действительно врач?

– Я взял это имя пять лет назад, когда преобразился, – объяснил Финеас. – Звание доктора почетно и относится к моему высокому уровню знаний во всех областях любви.

Лицо Стоуна оставалось непроницаемым.

– В самом деле?

– Да. Они называют меня доктор Любовь, – такая чушь, Финеас ощущал, что перерос эти игры, но они, вероятно, соответствовали его новой роли восходящей, суперсексуальной звезды. – Я не люблю хвастаться, вы же понимаете, но я от природы настроен на универсальные любовные вибрации, и они дают мне сверхъестественную способность чувствовать потребности женщины и исполнять каждое ее желание.