Разыскивается: не-мертвый или живой (ЛП) - Спаркс Керрелин

Десять минут спустя Финеас уже надевал черный смокинг в раздевалке Дома Лероя.

– Я ничего в этом не смыслю, – белая рубашка с оборками на манжетах. Он будет похож на жиголо или шотландца, подумал он, фыркнув. Он видел, как Ангус и некоторые другие парни носили такие же рубашки с оборками и причудливые килты. – Тебе не кажется, что это перебор?

– Ты прекрасно выглядишь, брат, – Фримонт сжал кулак. – Солидно. Как Джеймс Бонд, собравшийся в казино. Хочешь взглянуть в зеркало?

Финеас искоса взглянул на него.

Фримонт поморщился.

– Извини, я забыл. Черт. Как ты бреешься по утрам?

– Когда встает солнце, я ничего не делаю.

– Черт, – Фримонт протянул ему черный шелковый галстук. – Ты сможешь это надеть?

– Думаю, да.

– Хочешь новые туфли?

– Нет, сапоги нужно оставить, – Финеас завязал галстук на шее. – И во сколько же это мне обойдется?

– Это бесплатно, брат. Лерой – отец Ламонта. Помнишь, Ламонт?

Финеас с улыбкой кивнул. Ламонт был лучшим другом Фримонта еще со школы. Когда они были вместе, другие дети называли их Целый Монти.

– Я не знал, что у его отца есть пункт проката смокингов.

– О, это гораздо больше, чем смокинги. В Доме Лероя есть все! Свадебные платья и нарядные платья. Костюмы для всего – от ярмарок эпохи Возрождения до сутенерских вечеринок. У него даже есть юбки хула и факелы тики, если ты захочешь организовать луау. У него есть навесы, столы, стулья и причудливые скатерти, – Фримонт стянул через голову футболку и вместо нее надел золотистую шелковую рубашку. – Ламонт работает здесь полный рабочий день, но они позволяют мне работать неполный рабочий день столько, сколько я могу.

– А чем ты занимаешься?

Фримонт сбросил джинсы и натянул черные кожаные штаны.

– Я занимаюсь доставкой, помогаю расставлять столы и стулья. Обычно я вожу один из их лимузинов в субботу вечером, но сегодня вечером ничего не происходит, так что я им не нужен. И это хорошая новость, потому что Лерой одолжил нам лимузин.

– Это здорово. Спасибо, – Финеас помолчал, пока брат надевал блестящие черные туфли. – Я ценю, что ты помогаешь мне платить за обучение, но не переусердствуй. Тебе нужно поддерживать свои оценки на должном уровне.

Фримонт закатил глаза, как обычно, когда Финеас вел себя скорее как отец, чем как брат. Но с разницей в возрасте в девять лет Финеасу было трудно избегать этого. Он прогнал их отца, поэтому чувствовал ответственность за своих младших брата и сестру.

Фримонт надел пурпурную бархатную куртку, отороченную искусственным леопардовым мехом, и нахлобучил на голову фетровую шляпу из леопардовой шкуры.

– Теперь я буду выглядеть как твой агент.

Финеас поморщился.

– Ты похож на сутенера.

– Сутенер? Агент? Какая разница? – Фримонт поставил свой воротник. – Покажи мне деньги!

– Я знаю, что делаю, брат, – он схватил деревянную трость с золотым набалдашником на конце и повертел ее в пальцах. – Может, попросить Лероя одолжить нам на вечер парочку тусовщиц? Ты будешь больше похож на знаменитость с несколькими хорошенькими дамами под руку.

– Тусовщицы? – Финеас нахмурился, гадая, нет ли у Лероя какого-нибудь дела на стороне.

– Это законно, приятель. Иногда люди хотят, чтобы бар и столики на их вечеринках обслуживали несколько симпатичных девушек. Девочкам строго-настрого приказано не вступать в отношения. Поверь, я пытался.

Финеас фыркнул.

– Не беспокойся о женщинах. На ВЦТ их будет много, в надежде попасть на телевидение. И там будет моя партнерша. Тиффани.

– А как она выглядит?

– Блондинка с пышной грудью.

– Черт возьми! – Фримонт стукнул его кулаком. – Ну ты мужик! – он повел Финеаса по коридору к задней двери Дома Лероя. – Как твоему новому агенту, мне понадобится псевдоним. Тебе он тоже нужен, брат.

– Я доктор Фэнг в мире вампиров. Также известен как доктор Любовь.

Глаза Фримонта сузились, когда он кивнул.

– Неплохо. Держу пари, ты все время спишь с кем-нибудь.

Финеас внутренне поморщился. Глупые имена вполне подходили для свиданий на одну ночь, но в конце концов он устал чувствовать себя шуткой, которая была смешной только в первый раз.

Фримонт схватил связку ключей с крючка у задней двери.

– Ты представишь меня малышке Тиффани?

– Да, но помни, что она вампир. Она может увидеть в тебе скорее закуску, чем жеребца.

Фримонт сглотнул и провел пальцем по воротнику своей золотой шелковой рубашки.

– У тебя странная жизнь, брат.

– Не волнуйся. Я никому не позволю тебя обидеть, – Финеас похлопал его по спине. – И я ценю твою помощь, – благодаря брату он теперь выглядел гораздо убедительнее в своей новой роли телезвезды.

Фримонт открыл заднюю дверь и вошел на стоянку.

– Значит, если ты доктор Фэнг...

Финеас последовал за ним, радуясь, что дождь наконец прекратился. Он обходил лужи, стараясь, чтобы сапоги остались как можно более сухими.

Фримонт резко остановился.

– Я знаю! Я буду Де Фриз. Вроде как Фримонт, но лучше. Де Фриз, Айсмен. Как думаешь?

Финеас прикусил губу, чтобы не засмеяться. Брат напомнил ему самого себя пять лет назад.

– Это... круто.

– Это более чем круто, чувак. Я – ледяная струя освежения! – Фримонт открыл дверцу фиолетового лимузина. – Только самое лучшее для моего знаменитого брата.

– Вот это куча горячих красоток, – прошептал Фримонт, когда они вошли в вестибюль Вампирской Цифровой Телесети. – Ты уверен, что они все...?

– Да, уверен, – прошептал в ответ Финеас. – И у них у всех суперслух, так что будь осторожен в своих словах.

Фримонт кивнул, его широко раскрытые глаза метались по переполненному вестибюлю.

– Твоя жизнь действительно странная.

– Ты еще ничего не видел, – пробормотал Финеас и направился к стойке администратора.

– О Боже, это тот самый парень Блардоне! – взвизгнула хорошенькая брюнетка.

Еще больше вздохов и визгов послышалось от скудно одетых молодых леди, которые каждый вечер посещали вестибюль в надежде, что их заметят. Они бросились к Финеасу, разговаривая одновременно.

– Мне нравится твоя реклама!

– Ты даже красивее Дензела!

– Можно мне взять автограф?

Финеас поднял руки, чтобы отогнать толпу, но прежде чем он успел что-то сказать, Фримонт отгородил девушек своей тростью.

– Дамы! – он сверкнул широкой улыбкой. – Мы ценим ваш энтузиазм, но доктор Фэнг прямо сейчас должен дать интервью. Если вы подождете, пока он закончит, он сможет уделить вам несколько минут.

– Мы будем здесь! – блондинка подняла бутылку Блардоне. – Ты распишешься на моей бутылке, доктор Фэнг?

Брюнетка в костюме болельщицы подмигнула Финеасу.

– Я хочу, чтобы ты расписался на моем бедре.

– Я позволю тебе расписаться на моей груди! – позировала другая, демонстрируя свои самые талантливые достоинства, едва сдерживаемые тугим спандексным топиком на бретельках.

– Все это замечательно, – Фримонт своей тростью погнал их назад. – Но мне нужно будет тщательно осмотреть все письменные поверхности, прежде чем я позволю своему клиенту расписаться. Протокол безопасности, как вы понимаете.

Финеас фыркнул, подходя к столу секретарши.

– Привет, как дела? Ты ведь Сьюзи, верно?

Она покраснела, почти так же, как крашеные пряди в ее черных волосах.

– Ты вспомнил. Мне нравится твоя реклама, доктор Фэнг.

– Я его агент, – Фримонт провел большим и указательным пальцами по полям шляпы. – Можешь звать меня Де Фриз.

– Приятно познакомиться. В целях безопасности мы просим всех наших посетителей носить именные бирки, – Сьюзи застенчиво улыбнулась Финеасу. – Конечно, тебе не нужна табличка с именем, доктор Фэнг. Все знают, кто ты, – она написала новое имя Фримонта на бирке. – Вот, пожалуйста, мистер Де Врис.

– Нет, Де Фриз. Айсмен.

– Ох, – на лице Сьюзи промелькнуло смущение, потом она нацарапала еще одно имя. – Мистер Тайсмен, – она передала ему табличку с именем и поспешила к двойным дверям.