Разыскивается: не-мертвый или живой (ЛП) - Спаркс Керрелин

– Что же нам теперь делать? – прошептал Фримонт.

Финеас нахмурился.

– У тебя паршивая манера следовать указаниям. Ты должен был держаться подальше от опасности.

– Я не собирался оставлять тебя с ними наедине, – огрызнулся Фримонт. – Я не трус.

Фургон тронулся с места.

Фримонт сглотнул.

– У нас есть план?

– Ш-ш-ш, – Финеас кивнул головой в сторону переднего сиденья фургона, затем произнес слово одними губами – суперслух.

Фримонт кивнул.

Финеас сдвинул каблук правого ботинка в сторону, открывая скрытую красную кнопку. Он нажал на нее, активируя новое бесшумное следящее устройство, которые Роман и Лазло усовершенствовали в лаборатории Роматек. Он вернул каблук на место.

Глаза Фримонта возбужденно блеснули.

Финеас улыбнулся. О да, королевская сука. Теперь ты у нас в руках.

Глава 3

– Как мило с твоей стороны появиться на моем шоу, – сказала Корки Куррант, улыбаясь в камеру.

– С удовольствием, – Финеас улыбнулся ей в ответ. Насколько он мог судить, импровизированная студия Корки находилась в подвале двухэтажного дома где-то в Бруклине или Квинсе. Они отъехали недалеко, и он смог мельком увидеть резиденцию после того, как приспешники Корки вытащили его и Фримонта из фургона.

Он сидел на стеганой скамеечке для ног, низко к земле, дабы подчеркнуть свой низкий статус, а рядом с ним Корки позировала в кресле с высокой спинкой, украшенной резьбой и обитой красным бархатом. Ему пришлось вытянуть шею, чтобы не смотреть прямо на ее массивную грудь, которая угрожала вырваться из-под низкого, мерцающего золотом платья. Ее украшенная драгоценными камнями диадема и многочисленные кольца сверкали в ярком свете ламп.

Они начали представление с записи фанфар, подобающих королеве. Корки призналась ему, что впервые услышала эту пьесу при дворе Генриха VIII, где была одной из фавориток короля. Финеас полагал, что она может похвастаться долгой историей использования влиятельных мужчин для достижения успеха.

Стена позади них была задрапирована пурпурным шелком. Перед ними Крысиная Морда работал камерой, а Болван держал микрофон, подвешенный над головой Корки.

В другом конце комнаты Фримонт неподвижно сидел на металлическом складном стуле, а Дмитрий целился в него из автоматического пистолета. Еще один вооруженный Недовольный стоял у двери, и Финеас насчитал еще троих наверху, на первом этаже. Всего семь человек, но это не должно быть проблемой. Ангус планировал атаковать с дюжиной парней из Бюро безопасности и расследований МакКея.

Несмотря на то, что задание было простым – захватить Корки, – Финеаса терзал ноющий страх. Ему было приказано держаться поближе к Корки и не дать ей уйти, но он не рассчитывал, что его брат будет здесь.

Он с трудом сглотнул, затем снова изобразил на лице улыбку.

– Спасибо за приглашение, Корки...

Она пнула его в голень.

– Мисс Корки, – еще один удар. – Королева Корки, – его улыбка едва заметно дрогнула.

– Ваше преславное Величество. Я всегда был большим поклонником вашего шоу.

– Ну, конечно, это так, – она царственно взмахнула рукой. – Мое шоу всегда могло похвастаться самыми высокими рейтингами среди всех шоу на ВЦТ. Все обожают мое шоу. Естественно, ведь все обожают меня. Но хватит обо мне.

Она хрипло рассмеялась.

– Давайте поговорим немного о тех презренных, ненавистных ублюдках, которые преследовали меня, заставляя скрываться от моего захватывающего шоу. Я говорю, конечно, о тех трусах-бутылочниках, которые отказываются вести себя как настоящие вампиры.

– Да...

– В особенности я имею в виду их главарей, – продолжала Корки. – Романа Драганести, который изобрел это мерзкое пойло, называя его синтетической кровью, а потом еще больше заразил нас своей отвратительной вампирской кухней Фьюжн, – она помолчала, глядя на Финеаса сверху вниз. – На самом деле тебе не нравится этот Блардоне, не так ли?

– Черт, нет, – Финеас скорчил гримасу. – Я едва могу его переваривать. Но мужчина должен зарабатывать себе на жизнь.

– Я понимаю, – она погладила его по макушке, словно он был ее новым домашним животным. – К сожалению, бывают времена, когда мы должны страдать за наше искусство. Но вернемся к этим злобным главарям – самым худшим из них, без сомнения, является этот жалкий Ангус МакКей, глава Бюро безопасности и расследований МакКея. Конечно, мы все знаем, что эта организация – не что иное, как печально известная банда вооруженных головорезов.

Финеас кивнул.

– Я так рад, что наконец-то сбежал от них. Они обращались со мной как с собакой.

Корки задохнулась от возмущения.

– Бедный ты человек. Расскажи нам больше, – ее улыбка стала злобной. – Каждую мерзкую и отвратительную деталь.

– Конечно. Во-первых, я считаю их психически неуравновешенными.

Ее глаза заблестели.

– Я всегда это подозревала.

Финеас пожал плечами.

– Ну, это просто личное мнение, понимаешь, но я думаю, что они носят эти огромные мечи повсюду, потому что комплексуют. Побегай пятьсот лет в юбке.

Корки фыркнула.

– Это точно. Ублюдок, убивший моего бедного, любимого Казимира, носил один из этих дурацких килтов. Эти шотландские варвары никогда... — она задохнулась, когда дверь распахнулась и орда варваров в килтах ворвалась внутрь с вампирской скоростью.

При повторном взгляде только Ангус, Робби, Йен и Дугал были в килтах. Остальные были в штанах, но, вероятно, им понравилось бы, если бы их называли варварами.

Наверху зазвенели мечи, и Финеас понял, что кто-то из команды Ангуса вступил в бой с охранниками на первом этаже.

Он прыгнул на Корки и обнял ее. Если она попытается телепортироваться, ей придется взять его с собой вместе с ботинком, который все еще излучал следящий сигнал.

Корки боролась с его хваткой.

– Отпусти меня, предатель! – она застыла, ошеломленная видом Робби, приближающегося к ней с серебряной цепью, туго натянутой между его руками в перчатках. Серебро не только сожжет, если соприкоснется с ее кожей, но и помешает ей телепортироваться.

Она взвизгнула.

– Отпустите ее! – Дмитрий рывком поднял Фримонта на ноги и приставил пистолет к его виску. – Или я убью его!

Сердце Финеаса дрогнуло. Его брат никогда не сможет одолеть вампира. Он подтолкнул Корки к Робби, затем телепортировался за спину Дмитрия и вырвал пистолет из его руки. Он занес руку, чтобы ударить Дмитрия, но русский исчез. Дерьмо. Проклятые Недовольные всегда убегали.

Но, к его удивлению, Дмитрий не бросил свою королеву. Он снова материализовался позади Робби, который накинул серебряную цепочку на Корки. В ярком свете студии блеснул нож.

– Робби, сзади! – крикнул Финеас.

Робби развернулся лицом к нападавшему и схватил Дмитрия за руку. Ангус рванулся к ним и ударил русского по голове рукояткой своего клеймора. Дмитрий рухнул на пол без сознания.

Тем временем Корки высвободилась из серебряной цепочки, и как только Робби попытался схватить ее, она телепортировалась прочь.

– Нет! – закричали в унисон Робби и Ангус.

На комнату со свистом опустилась пелена разочарования. Они взяли в плен всех, кроме цели.

– Она сбежала? – спросил Фримонт. – Ты можешь проследить за ней?

Финеас с проклятием пнул ногой металлический складной стул.

– Мы не знаем, куда она ушла.

– Черт возьми, – прошептал Фримонт. – Я никогда не видел столько красоток с восхитительными попками в одной комнате.

Финеас бросил извиняющийся взгляд на Кейтлин, Тони и Лару, затем наклонился к брату.

– Посмотрим, что ты скажешь, когда придут их мужья. У них суперслух и супер сила.

– Точно, – Фримонт перестал глазеть на женщин и тоскливо уставился на леопардовую фетровую шляпу, которую положил перед собой на длинный деревянный стол.