Западня от инквизитора - Татьяна Антоник

но и проверить меня не мог, впрочем, тут я не лгала. Требовать было опасно. Лишусь сил, его задание отложится на еще неизвестное количество дней.

— Ладно, Валери, — сложил он руки на груди. — Будь по-твоему. Но не радуйся, завтра мы достигнем города, и когда я доделаю свои дела, ты все-таки произнесешь клятву, а до этого... — он заложил ладонь во внутренний карман. Бряцнул железной цепью, которую сам же недавно с меня снял, — придется тебе некоторое время походить в браслетах.

Если бы можно было испепелять глазами, я бы это сделала.

Неловкий момент возник, когда нам пришлось готовиться ко сну. Дополнительных спальных мест у меня не было, как и лишних подушек с одеялами.

— Ты мужчина, — не испытывала к инквизитору никакой жалости. Будь моя воля, он бы давно лежал в каком-нибудь сугробе. — Располагайся хоть на столе.

— Э, нет, красавица. — Райан ухмыльнулся, закрыв затворы на моих запястьях. — Я устал. Сегодня я два раза охотился. Сначала на обманщицу-чародейку, а потом на кролика. Я заслужил мягкий матрас и удобную постель. Но я не буду против, если ты устроишься рядом. — Он уверенно сел на мою кровать и призывающе похлопал по покрывалу.

Пришел мой черед хмуриться.

У ведьм своеобразная репутация. Мы не жаждали брака, официальных отношений. Бросались в омут с головой, испытывая малейший интерес к избраннику. Детей колдуньи любили, особенно девочек, ведь им передавали знания и силу. Но я была не такой.

Понятия не имею, почему так получилось, но выросла-то я чуть в других обстоятельствах.

— Обойдусь, — дрогнули у меня уголки губ.

Признаться честно, я испугалась. С Райаном я не совладаю, он может получить то, что захочет. Ему ничего не стоило меня усыпить.

Если он будет напорист, не знаю, что с собой сделаю. Спать с инквизитором? С врагом, которого я ненавижу. Несколько веков назад противостояние ведьм и чиновников достигло своего апогея. Много его предков отправили моих предков на очищающий костер.

Нет, точно нет. Для меня его предложение почти равно смерти.

Он словно почувствовал, что я на пределе. Посерьезнел. Улыбка сползла с его надменного лица.

— Остынь, ведьмочка, — бросил он торопливо. — Я не насилую женщин. Я пошутил, перестань меня бояться.

— Легко сказать, — дрожащим голосом отозвалась я. — Ты пленил меня, требуешь привести в банду и угрожаешь темницей и судом. Как я должна к тебе относиться? Благосклонно?

— Это твой выбор, Валери. — Тон его не был насмешливым. — Я верю, что у тебя получиться объяснить мое появление в катакомбах Монружа. А перед этим объясню, зачем я так тебя стремлюсь. При хорошем исходе ты будешь хорошо вознаграждена. Прощение, деньги, лицензия, ты получишь все, что пожелаешь.

— Кто ты такой? — задала я очевидный вопрос.

Странно, что маг, обещавший мне богатство и свободу, прогуливался в предместьях и искал именно меня.

— Завтра и узнаешь, — он снял ботинки, развернул одеяло и устроился на самом краю. — Кстати, я не шутил. Ложись рядом или мне снова придется воспользоваться заклинанием.

— Нет, — истерически заголосила я.

— Когда вы, ведьмы, стали такими избирательными? — Выгнул он одну из бровей. — Я тебя не трону, клянусь.

После его слов я ощутила присутствие волшебства. Он не просто говорил, он подтверждал клятвой, что не коснется меня в неприличном смысле.

— Просто не хочу разыскивать тебя в сугробе, Валери, — заворчал Райан. — Ты полагаешь, что можешь уйти, но буря уже разбушевалась. Ты не пройдешь и десятка метров, замерзнешь, а мой план придется разрабатывать заново.

Боги, как тяжело далось мне это действие. В тяжелом, теплом платье я села на кровать. Инквизитор подвинулся, давая мне место возле стены, чтобы наверняка не убежала. Я легла, напряглась и считала свои и чужие вздохи.

Рядом горел камин, в нем потрескивали подброшенные поленья. Тусклый свет разносился по комнате.

Никто из нас не засыпал.

— Расскажи о себе, Валери, — внезапно попросил мой пленитель. — Ты ведьма, но заметно, что у тебя есть образование. Ты знатных кровей? Бастард?

— С чего ты сделал подобные выводы? — вжалась в самый уголок, чтобы ненароком не коснуться мужчины.

— Говоришь грамотно, умеешь читать и писать. Ты делаешь заметки на зельях, почерк у тебя красивый. Сразу заметно, что ты обучалась. — Перечислял он причины своего интереса.

Да, он был внимательным.

— Ты угадал, — я зарылась носом в единственную подушку. Он был столь благороден, уступив мне ее, а сам заложил руку под голову. — Я училась в женском пансионе. Обычном, не для магов. Там меня и обучили нехитрым наукам.

Как я туда попала, он расспрашивать не стал. На самом деле и не было никакого смысла. В похожие пансионы девочкам войти легко. Аристократам всегда требуется обслуга.

Любая симпатичная малышка с кротким нравом могла постучаться в дверь учебного заведения. Мне повезло, меня приняли.

— И что потом? — приподнялся он на локте и посмотрел на меня. — Зачем ты вступила в Подземных бродяг? Ты могла стать учителем, горничной, все лучше, чем делать карьеру среди воров и отщепенцев. Честный труд всегда в почете.

— Пусть меня судит суд, а не ты, — я мгновенно потеряла настроение. — Некоторые из бродяг гораздо честнее, чем владельцы этих самых домов.

Прошло достаточно лет, а воспоминания до сих пор бередили мою душу.

Ищейка замолчал, я уж подумала, что тот все-таки забылся сном, потому что дыхание стало ровным, но он опять подал голос.

— Ходят слухи, что в этих пансионах с безродными девочками обращаются жестоко.

— Ходят...

— А с тобой?

— А что со мной? — я делала вид, что не понимаю его вопросов.

Вместо следующей фразы он взял мою ладонь, покрутил, заметив на пальцах следы от длинной, деревянной линейки.

Да, обучение мало кому давалось легко. Получив красивый почерк, ты получала и ссадины, которые никогда не проходили. Кожа на солнце могла загореть, но шрамы бы остались, сияя тонкой полосочкой.

Глава 2. Валери.

Проснулась я из-за неудобной позы, у меня затекла шея. Но открыв глаза, почувствовала себя совсем дурно.

Вот же хороша.

Устроилась на груди инквизитора, даже руку на него положила и ногу забросила. Стыдно.

Тот еще дремал, может, крепко спал, но при моем малейшем движении, очнулся, резко перевернулся и навис сверху, приставив мне нож