Западня от инквизитора - Татьяна Антоник

— Ничем хорошим, это уже не закончилось, — с вызовом ответила, но дала себя заковать.

Он сильнее, могущественнее и явно быстрее. Я и пикнуть не успею, если выскочу за дверь. По снегу во время вьюги я далеко не убегу.

— Если будешь сговорчива, — с силой он нажал на мое плечо, приказывая сесть на лавку, — возможно, я не буду обращаться к местному судье. Ты мне нужна.

Он сам удобно устроился в единственном кресле, чьей обивкой плотно закусила моль.

— Зачем инквизитору ведьма? — насторожилась я.

Сотрудничество с чиновниками никогда не приносило нам ничего хорошего. Его слова не стояли и медяка. Воспользуется мной, а потом бросит стражникам, чтобы те выполнили свое черную работу.

Что ему нужно? Зелье? Он мог забрать любое в подполе. Наварила я их с избытком.

Мужчина поигрывал ножом и уставился на меня. Изучал. Изучал как охотник пойманную добычу. Следил за каждым моим нервным подергиванием, за каждым шорохом ноги.

— Как тебя зовут? — на мой вопрос он не ответил.

Отложил оружие, поднял брови и подпер рукой подбородок.

— Я Валери, а ты... — поджала губы. — Как тебя величать?

— Зови меня Райан, Валери. — обвел он глазами мое скромное жилище. — У тебя довольно уютно.

— Уютно не уютно, но тепло. Так зачем я столичному ищейке? Почему он покинул город, ради безродной девушки?

Мне было плевать, как выглядит мой дом. Я бесилась, злилась, натянулась словно тетива на луке. Меня поймали с поличным, но некий Райан не торопился уводить меня в застенки.

— А ты наблюдательна, Ва-ле-ри, — пропел он насмешливо мое имя. — Когда колдунья без образования становилось настолько мудрой?

— Тогда, когда захотела жить, господин инквизитор. Беспечная ведьма — мертвая ведьма.

— Только та, что нарушает закон.

Я взорвалась. Если этому столичному хлыщу повезло родиться в рубашке, у богатых родителей, то я подобным похвастаться не могла. Я половину жизни провела в голоде и холоде.

— Что тебе знать о законах? Я гораздо сведущее любого аптекаря, но не могу позволить себя проклятую лицензию. Слишком странно у нас работает справедливость, не находишь?

— Увы, — развел он руками, — где ты видела ведьм, которые хорошо устроились в жизни? Но я готов тебе помочь. Чего ты хочешь? Лицензию?

Я смотрела на инквизитора и ждала подвоха.

— Хочу, — кивнула, подтверждая свое желание. — Но не могу ее оплатить.

— А если я ее оплачу, — прищурился мужчина. — Дам тебе обязательство, что ты пройдешь обучение, вознаграждение и амнистию перед короной, будешь ли ты сотрудничать?

— Сначала я должна понимать, чем я буду обязана городскому чиновнику.

— Поступиться с принципами, — Райан выгнул бровь. — Ты же из Подземных бродяг.

Услышав название банды, я постаралась сохранить лицо. Получается, инквизитор был осведомлен, кто я такая. Наверняка приставил соглядатаев и наблюдал за каждым шагом. Я была ему нужна, чего он, конечно, не скрывал, но нужна куда больше, чем он показывал.

— Я покинула их ряды, — опустила плечи. — Довольно давно.

— Нет бывших бродяг, я же знаю, — ищейка протянул мне специальную монету.

Ее чеканили фальшивомонетчики в катакомбах. Она одновременно не имела никакой финансовой ценности. За нее не дать ничего. Простая железячка со странным узором, но также она обладала магической силой.

«Брат к брату, сестра к сестре» — гласил наш девиз. Мы всегда друг другу помогали.

— У кого ты ее забрал? — покрутила в ладони символ братства.

— Неважно. Другой вопрос, проведешь ли ты меня в катакомбы? — серьезно спросил столичный инквизитор. — Что ты выберешь? Свободу, богатство и почитание или темницу, голод и смерть?

Ему казалось, что выбор очевиден, но он глубоко ошибался.

Приведи я в катакомбы чужака, меня никто не пожалеет.

— Нет, — отвернулась, чтобы смазливая моська меня не смутила.

— Как нет? — изумился инквизитор.

— У тебя проблемы со слухом, господин инквизитор? — пожала я плечами. — Какая мне разница, где именно погибать? Свои за предательство меня не простят.

— Я не прошу тебя предавать, я прошу привести меня туда, — продолжал настаивать он.

— Ага, а после выдать их местонахождение стражникам. Нет, не проси меня о таком, отдавай властям.

Райан с силой ударил по столу. Не миг он потерял самообладание, его красивое лицо исказили гневные эмоции.

— Мне говорили, что ведьмы упрямые, но чтобы настолько! Ты в своем уме? Здесь тебя никто справедливо судить не будет. Полагаешь, что твои друзья придут на выручку? Не успеют.

Он говорил, говорил, но глубоко ошибался. Никто ко мне не придет. Я ведь ушла из бродяг. И мой уход восприняли сложно, рады не были. Ведьмы у преступников ценятся. Кому-то же приходится латать их раны.

— У тебя слабые доводы. — Вяло улыбнулась я. — Ты пришел ко мне в дом скрытно, воспользовался наивной девчонкой и угрожаешь неприятностями. Тебе нет доверия.

— А войди я сам и обозначь прямо свою цель, ты бы согласилась? — сдвинул брови мужчина. — Или сбежала бы через вторую дверь?

Ответить мне было нечего. Конечно, я бы сбежала. Разве мне нужны сложности с законом?

— То-то же, Валери, — Чиновник откинулся на спинку кресла. — Давай поступим так...

— Как? — чуточку приободрилась я.

Я ему нужна, это очевидно. Пожалуй, можно согласиться на предложение, не давая никаких клятв, а потом сбежать под шумок. Может, я бы и его в катакомбы привела, но проходимца убьют. Вести человека, пусть и инквизитора на верную смерть все равно не смогу.

— Покажу тебе, зачем мне требуется попасть в катакомбы, а потом ты определишься, куда тебе лучше пойти: в тюрьму или к своим чудным друзьям. Заодно можешь и помочь мне.

Райан, словно подтверждая свою доброту и ожидая от меня сговорчивости, вытащил из кармана ключ от оков.

— Пойдет, — медленно кивнула я. — Согласна.

Сложно признаться самой себе, что и меня одолело любопытство. На кой ему сдались бродяги? Об их местонахождении знали все. Не раз воины Монружа прочесывали городские подземелья в поисках банды. Бродяги, всегда следившие за чужаками, предупреждали друг друга по цепочке и прятались в малоизвестных ответвлениях.

Мужчина встал, прищурился, потому что до конца не поверил в мою покорность, подошел поближе и опустился, касаясь подбородком моего плеча.

Пока он отпирал хитрые замки,