Западня от инквизитора - Татьяна Антоник

не мог договорить, но я поняла, за кого старик принял меня. Поняла и разозлилась.

Но прежде чем я успела вспылить, выдать праведную речь, пыл хозяина остудил сам инквизитор.

— Я встретил Валери и моментально влюбился. Мы женаты. Вы, что, хотите оскорбить мою жену? — нахал прижал меня к себе поближе.

— Н-нет, простите, конечно, не хочу, — рассыпался в извинениях пожилой мужчина.

— Тогда дайте нам лучшую комнату, принесите ужин и распорядитесь о завтраке. И чтобы я не видел вас больше на этаже! — строгим голосом произнес Эдвардс.

Я молча покачала головой. Роль мне не понравилась, но я с инквизитором не спорила. Все равно он добьется своего.

Расплатившись, к нам подбежала служанка в белом переднике. Она мило улыбнулась и проводила нас на третий этаж, где были расположены лучшие номера. Кажется, она флиртовала, но я сильно устала, чтобы напоминать Райану о фальшивом браке. Завтра я этих людей не увижу, поэтому мне абсолютно все равно на их мнение.

Войдя в комнату, вновь почувствовала себя в западне. Но хотя бы в теплой западне.

Инквизитор неспешно снимал с себя верхнюю одежду, развязал шейный платок.

— Ты голодна, Валери? — спросил он.

Как раз в дверь постучались и принесли горячий ужин.

— Да, голодна, — не отнекивалась, но мое сознание забивали совсем другие мысли.

Снова передо мной одна широкая кровать, снова нет никаких кушеток или кресел. Опять ночевать с ищейкой в одной постели?

А Райан будто и ничего не замечал.

— Прости, что требую с тебя выносливости, — начал он, — но перед тем, как продолжить, я хочу услышать твою клятву.

Я обреченно вздохнула. Пора признать, что от этого мужчины мне не избавится. Как бы я ни пыталась, как бы не искала лазейки, он девал мне ни малейшего шанса выбраться.

Но и клятву давать не стремилась. У него расследования, магия, сила, деньги, а у меня только жизнь. Больше ничего ценного я не имела и лишь за нее хотела бороться.

Кажется, ищейка осознал мои внутренние метания.

— Я вижу, что ты боишься, Валери. — Он подошел и утянул за собой, чтобы мы оба сели на постель. — И если бы ты вела себя по-другому, я бы насторожился. Взамен я тоже дам тебе клятву, что обязуюсь тебя защищать, что выполню наш уговор, и что решу твои проблемы с законом и лицензией. С такими условиями ты согласишься быстрее?

Нехотя, но я кивнула. Какая разница, все равно у меня нет выбора, но пусть я в безвыходном положении, то хотя бы заработаю на этом...

Райан явно обрадовался, тепло улыбнулся и пересел на пол, вытаскивая из своих карманов все содержимое.

Чего у него только там не водилось.Пара артефактов, их назначения я так и не поняла. Множество холодного оружия. Какие-то записки, кошелек с купюрами и монетами, зачарованная бумага. Мне пора привыкнуть к его способности все продумывать.

Для магической клятвы нужен был серебряный нож. Он протянул его мне, чтобы я начала первой.

Поразительно для ведьмы, особенно той, что создает целебные зелья, но боль и кровь я переносила плохо.

— Чего же ты медлишь? — не выдержал инквизитор.

Я никак не могла собраться, чтобы провести лезвием по своей ладони.

— Не люблю, когда мне делают больно, — честно проговорила я. — Мне может стать дурно.

— Ведьме? — его бровь дернулась вверх. Не верил. — Хорошо...

Вместо увещеваний, насмешек или еще какой-нибудь обидной реакции, он подошел к своему пальто. В нем он достал лоскут белой ткани и пузырек с неизвестной мне жидкостью.

Открыв его возле моего носа, он удовлетворенно отметил, что я узнала запах.

— Видишь, бояться нечего. Никакой заразы ты не занесешь.

Легко сказать. Боялась-то я не заразы.

Собравшись, закрыв глаза, я полоснула ножом по нежной коже. Оружие было хорошо заточено, поэтому лезвие прошлось по руке словно по маслу.

Я ощущала, что что-то липкое стекает с моих пальцев, но специально не смотрела. Повезло, что и Райан не тянул. Он-то привык ходить в ссадинах.

Протянув мне руку, мы скрепили рукопожатие. Вокруг запястий образовалось свечение, напоминавшее восьмерку. Я обещала, что приведу Райана Эдвардса к бродягам, что не подставлю его, не предам, что буду прилагать усилия для общей затеи. Он, сидящий напротив, не сводивший с меня глаз, обещал Валери Морган решить ее проблемы с законом, купить ей аптекарскую лицензию и защищать, пока она работает на него.

Холодными, яркими брызгами заклинание взорвалось, оповещая, что клятва принята.

Устало откинувшись на постели, я лежала и думала, как завтра ввести Райана, чтобы моя бывшая банда не сразу вычислила в нем представителя власти.

Зато у инквизитора будто открылось второе дыхание. Я отвлеклась от своих мыслей, потому что кто-то коснулся моей ладони.

Изменив положение, сев, поняла, что мой спутник уже подготовил бинт и смочил ткань заживляющим зельем.

— Что? — взглянул он на мое недоумевающее лицо. — Я всегда обходителен с дамами. Ты порезалась из-за меня.

— Заметно, что обходителен, — почему-то улыбнулась и руку не отняла. — Спасибо.

Действовал он аккуратно, осторожно, чтобы не разбередить свежую рану. Из-за зелья, хорошего ко мне отношения и мужского внимания боль притупилась. По крайней мере, я так полагала.

Он закончил с перевязкой, и к нам постучались. Я мгновенно всполошилась, совершенно забыв, что мы не у меня дома, не в доме ищейки, а на постоялом дворе.

— Я принесла ужин, господа, — раздался девичий голос.

— Да, заноси, — Райан встал и поправил на себе рубашку.

Выглядел он при этом ошеломляюще. Невозможно предположить, что мы половину дня провели в дороге, часть пути пошли по сугробам пешком. Он не завтракал и не обедал, нанял лошадей и сразу показал мне место преступления.

Похоже, что и подавальщица была такого же мнения. Она не сводила восхищенного взгляда с мужчины. Вздыхала периодически, завистливо посматривая на меня и неразобранную постель.

— Валери, отдохни, — предложил мне инквизитор. Он умылся, наскоро перекусил и принялся надевать верхнюю одежду. — В соседней комнате душевая, там для тебя нагрели воду.

— А куда направляешься ты? — я забеспокоилась.

Боги, сложно с этим смириться, но я к Райану как-то прикипела. К тому же я от него сильно зависела.

— Мне не дает покоя твое замечание касательно одежды, — повернулся он ко мне. — Раздобуду что-то скромнее. Можешь меня не ждать, я обязательно вернусь, но, возможно, под утро.