Плавучий мост. Журнал поэзии. №4/2018 - Коллектив авторов

Б. Владимирскому

Вот море темное, немое,

Урчит немое, камни моя,

То срочно скалы огибая,

То прочь устало убегая.

Поговорим с тобой о времени,

Ему назначено, однако,

В физической системе не

Иметь минусового знака.

Латинским бесом нарисовано,

И задано идеей вражьей.

Я видел, как оно спрессовано

Под глыбами в памирском кряже.

До времени, пока не ожило,

Для управленья миром, мило

Хранится в ящичках, уложено

В них, как хозяйственное мыло.

С ужасным «бременем» рифмуется,

Имеет дьявольский эпитет,

Взорвавшись, снова не спрессуется

В уютный параллелепипед.

Причина обгоняет следствие,

За хвост схватив его игриво.

Мы все здесь терпящие бедствие,

Последствия большого взрыва.

Желтеют листики зеленые

И вешняя вода спадает.

Мы мчимся ветром унесенные,

Естественно спросить: куда я?

Где вы, где вы, буфетные слоники,

И в трусах по колено, борцы?

Вся эпоха как кадр кинохроники,

Где гуляют одни мертвецы.

Поговорим с тобой о времени,

Все, что ни скажем, будет мимо.

Ты лучше как-нибудь соври мне,

Что время, мол, неощутимо,

Предмет не взвесить, не пощупать,

На завтрак с булочкой не схрупать,

Нет запаха, нельзя измерить,

Попробуем в него не верить.

У синя-моря в Партените

На берег сядем в голом виде,

Стихи любимые читая,

Считая за волной волну

И постепенно забывая,

Что мы у времени в плену.

Сон

Жизнь моя вытекает по жиле,

Ножик сонную жилу рассек.

– Долго жили, не тем дорожили, —

Говорит мне седой старичок.

Сердце бьется все легче и легче,

Кровь спадает и снова течет.

Старичок мой бормочет и шепчет,

Наставляет, глаголет, речет.

– Смертный сон никому не опасен,

Добрый сон… Самый крепкий из снов…

И таинственен так, и не ясен

Ускользающий смысл его слов.

Замедленное кино

I

Счастливый жребий выпал мне:

Прожить в краю садов,

Не зная бед, как в сладком сне,

До четырех годов.

До четырех годов, а в пять

Мне было суждено

Под мельницей, попавши в падь,

Волчком уйти на дно.

У омута на быстрине

Настиг меня отец,

На миг он опоздай ко мне,

Пришел бы мне конец.

Когда б он опоздал на миг,

В ушах звенел бы звон,

И к лику ангелов святых

Я был бы сопричтен.

Течет вода на быстрину,

Кружит водоворот,

И я волчком иду ко дну,

Но все во мне поет.

Восторг звенит в моей груди,

В глазах моих круги:

Отец земной мой – погоди,

Небесный – помоги!

И вдруг раздался этот миг

На много тысяч дней,

Иль сжалась жизнь в мгновенный вихрь,

Как тут сказать верней.

Вся жизнь, как бесконечный взрыв

В замедленном кино.

Вся жизнь в грядущее прорыв —

Вагонное окно.

Вся жизнь до срока, до поры

Раскрывшийся бутон.

Вся жизнь с наскока вниз с горы

Несущийся вагон.

Вся жизнь моя от первых слов

И глупых детских слез

До неоплаченных долгов

И ран, что я нанес.

Со всех сторон глаза, глаза

Глядят в упор и вслед,

Трепещут, по волне скользя,

Боясь сойти на нет.

А я вьюном иду ко дну

С тех пор и по сейчас,

Но я забыл, что я тону,

Я тут в снегу увяз.

Снег, наледь, тяжело ногам,

На сердце скукота,

И я тащусь в универсам

За кормом для кота.

И мне лицо секут ветра —

Двоится все от слез,

И два метра, и два Петра,

А посередке мост.

II

Не во сне, не наяву

Я иду через Неву.

Иду по мосту девять дён,

А мост стальной как жизнь, длинён.

Небо присыпано золой.

Со мной играет ветер злой.

Дует в шею, валит с ног.

Спотыкаясь, скольжу, склоняюсь вбок.

В черной талой воде, во льду

Кто-то ночью попал в беду.

Вот он стонет, кричит, зовет —

То утонет, то вновь всплывет.

Где-то в городе бьёт набат,

В черной проруби тонет брат.

Выплыл брат мой – гребок, гребок —

И обратно, как поплавок.

Что ты скачешь, как бес, в волне?

Что ты плачешь – ко мне, ко мне,

Душу томишь – тону, тону!

Что ты стонешь, я сам стону.

Черт на мост меня занёс,

Что ни шаг – сугроб, занос.

Иду по мосту девять дён,

А черный мост, как жизнь, длинён.

Снег-то по морде мне шлеп-шлеп,

Жалит щеки, жалит лоб.

Мороз горячий, как огонь,

К перилам прикипает ладонь.

Что ж он хочет, чтоб так спроста,

Я средь ночи к нему с моста?

Если правильно сигану,

Значит, точно пойду ко дну.

Буду там я лежать всегда,

Будет течь из ушей вода…

Если прыгну не в полынью,

То достанусь я воронью.

Череп, треснувшись о быки,

Разлетится на черепки,

Кости выскочат из колен,

И не будет мне перемен.

В бесконечность, в пустоту,

На карачках по мосту

Ползу, как жучка, девять дён —

Проклятый мост, как жизнь длинён.

А тот кричать уже устал.

С трудом открываются уста.

Голосом сдавленным, как во сне

Руки, ноги выкручивает мне

Саня, Саня! – меня зовет,

То утонет, то вновь всплывет.

– Сил, – кричит, – на один