Избранное - Владислав Эллис

ВЕЧНЫЙ ПРИБОЙ

Море шлет гонцов к утесамБрызги пенистых сединС нестареющим вопросом,О причине всех причин.

Пеной, радугой и плеском,Цвет меняя на лету,Берегам свою мечту,Поверяют волны веско.

Не терял упрямой прыти;Красоты бегущих грив,Щели ищущий прилив,В неподатливом граните.

Море ярое в ударе,Волны гребнями шумят.Удаляется закат,От волны блестящей яри.

И не будь прибрежной встречи,Бурных вод и твердых скал;Любоваться больше нечем,Скучно б вечер затухал.

ЖЕСТКАЯ НОВЬ

Шампунь не ищет кошка,Ковров слону не надо.Мне, пирожки с картошкой,Вкуснее шоколада.

Милей, честней и проще,Года остались где-то:Понятней был извозчикПугающего джета.

За космосным ученым,Понять его идею,О яблоке моченом,Мечтая, не успею.

Мудреные излишкиНа современном рынке;Устройте передышки,Переварить новинки!

Под сенью чистых станций,Менять нутро и шкуру;Продукт цивилизацийПереварить в культуру!!

НА ПЕРЕКРЕСТКЕ

Пою, как сытые поют.И без правительственной фальши,Хвалю достатки и уют,Автомобиль… А что же дальше???

Мне в жизни не было вольней,Любою мерой счастье взвесьте,И потому вдвойне больнейСтоять, мечтаючи, на месте.

Куда направить робкий шаг?По сторонам густые тени,А по ночам рождает страхМечта о каждой перемене.

Что за порогом, свет иль мрак?Судьбы улыбки иль удары?Сияньем манит «Кадильяк»,Пугают лагерные нары.

Я от преддверья новых стран,Когда неведомое близко,Вернулся тихо на диван,Боясь заманчивого риска.

Ведь если чувства через край,И волю дать своим волненьям.Не позовут меня на чайС домашним, клюквенным, вареньем.

В ПУТИ

Страны разные, разный аллюр,Кто-то выбрал кривую дорогу.Маршируя в колонне фигурНе сумел приспособиться в ногу.

С этим чувством вприсядку нельзя,Боль сильнее любви безответной;Ходом пешки, коня и ферзяПроскакал по доске многоцветной.

И как будто обласкан судьбой,А вот счастье возьми да и тресни,С окруженьем большой разнобой,В исполнении радостной песни.

Без причины, искусственно груб,Без руля в освещении ярком.Тень, войной обездомленных трубСнится, чаще озер Луна Парка.

Много лучше парижской гульбы(Да не хочется нынче возврата),Теплота обветшалой избы,Отступающим в зиму солдатам.

Якоря, корни в землю нужны,Вновь прибывшему волчья ухватка;Нет ее, и волна новизны,Растворит кислотой без остатка.

КАЛИФОРНИЙСКИЕ СТИХИ

Чтоб не сварить Демьяновой ухи,Чтоб был компот приятнее и слаже:Неси в «калифорнийские стихи»,Побольше женщин, апельсин и пляжа.

За это много прошлого отдашь,Любого лаской делает моложе,Калифорнийский грандиозный пляжДля всех сословий и расцветок кожи.

Под солнцем мест достаточно для всех,А апельсин и барышень излишек.Но не хватает здесь полтавских пышек,Для полноты и цельности утех.

Жары бояться нечего,Придет прохлада вечером,

И грусть на сердце вымытаУсердиями климата,

И вышедши из комнаты,Там нежным бризом тронуты,

Становятся проворнееСтарушки в Калифорнии.

У испанских именСкандинавская суть,Потому я влюбленВ эту пеструю жуть.

Вихря мыслей простор,Разноцветно горят.Финн березку нашел,Армянин — Арарат.

Коль обижен судьбой,Иль любовь далека,Неудачник любойЗдесь найдет земляка.

МЕЖДУ РИМОМ И БАРИ

Без тоски, в итальянских горахБедность к скалам подвешенных хижин.Не нужны башмаки на ногах,И никто на судьбу не обижен.

Жадным духом нетронутый край,Редкий случай в сегодняшнем мире.Покраснел, получая на чай,Паренек в деревенском трактире.

Эти чувства внесем в города;Паренька деревенского гуще,Раскраснелся турист от стыда,По привычке подачку дающий.

ПОРТУГАЛЬЦЫ В НОВОМ ОРЛЕАНЕ

В море молодость не вянет,С ней везде, как в платье модном.Сходят в Новом ОрлеанеЧерноглазые по сходням.

Пять, а яркости на триста,Не сегодняшнего тона.Принесли в глазах на пристаньПо кусочку Лиссабона.

Вышли вроде по ошибке,Здесь не каждый день такое:Откровенные улыбки,Брюки древнего покроя.

Сели, нынешние где-то, —Мир другой образовался;Не шофер я шевролета,Старый кучер делижанса.

Не свезу их в чахлый скверик,Стаду битницкой босоты.Много разных есть Америк,От Флориды до Дакоты.

ГОРОД САНТ-АВГУСТИН

Он стар, с небоскребом рядом,Но рядом с Мадридом он молод.Построен испанским отрядомСтарейший в Америке город.

Потом с хитрецой рестовратор,Как надобно мудрому мужу;Кровавые пятна припрятал,Красивые вынес наружу.

В весело-научном приемеВсе прошлое славя упрямо,Там гид, в историческом доме,До боли модерная дама.О прошлом поведала дошло,И голос был нежно зовущим;Казалось, все чистое в прошлом,Ужасные вещи в грядущем.

И верилось, в доме когда-то,Жила, с каждым днем молодея,Подруга шального солдатаС прозрачными крыльями фея.

На даму с надеждой глазея,Мне хочется с нынешней кручи,Сойти по ступенькам музея,И стать адъютантом Виспуччи.

УБЫТОК

Вернулся, с нахальным задором,Патрициев дух в города.На ринге убили боксера,Без следствия и без суда.

Противником загнанный ловко,Дневного луча не узрит.Бессильно повис на веревкахЧугунным ударом добит.

Он падал баркасным креном,Как бык на мадридском песке.И битвою вздутая венаПотухла на смуглом виске.

Жалеют царьки полусвета,Не знали, что смерть суждена:Была бы на зрелище этоБилетам тройная цена.

НА ПЛЯЖЕ

На суше увалень смешной,Как рыцарь в панцыре спросонку,За уходящею волнойМалютка краб бежал вдогонку.

На грани моря жизнь полнаПобед и частых поражений:Вернула встречная волнаЕму уверенность движений.

За прелесть зрелища не мог,Я крабу выразить спасибо,Меня настигнула врасплохС вершиной пенистою глыба

Крутнула, кинула на дноПод хохот амазонок пляжа,Я не испытывал давноТакого жесткого массажа.

И как игрок на скатерть кость, —На берег выбросила с силой,Волна, на мне измерив злость,С ворчаньем пенясь отступила.

От самых пяток, до виска,Во всю длину приятно млело,В постели теплой из песка,Волной измученное тело.

КАЛИФОРНИЙСКАЯ СЕКВОЯ