Из жизни ангела - Роман Ясюкевич

Некоторое время Господь простоял, разглядывая купол ЗМ-3 и успокаиваясь.

— Вот и обсудили проблему, — наконец произнес он. — Что скажешь?

— Не готова еще модель. Может перехода не выдержать.

— Чего уж теперь гадать, — Бог вздохнул и отправился в комнату спецсвязи. Вернулся он на удивление быстро. Тяжелая дума избороздила лик Господень.

— Будем выпускать в Реальное Пространство. С перевесом в три голоса решили, что лучше потерпеть убытки, чем затевать тяжбу. Давай приступать.

Всевышний простер длань:

— Во имя отца, сына и духа святаго!

Авразил же тем временем набрал нужный код на пульте управления. Модель осветила яркая вспышка. Небеса содрогнулись.

Когда глаза вновь привыкли к полумраку, Авразил подскочил к смотровому окошку. Планета исчезла. «Перешла!» — обрадовался ангел и оглянулся на Бога. Но Всевышнего уже не было в Хранилище Миров.

Некоторое время Авразил простоял, тупо разглядывая опустевший купол. «Что ж, похоже, увольнение откладывается». Ангел зевнул, лениво перекрестив рот, швырнул на пол лиру, повесил на рубильник нимб и, отстегивая на ходу крылья, поплелся к мешкам с призывной надписью «пыль веков грубого помола».

Этот день на планете Земля прошел как обычно. Разве что звезды на мгновение погасли.

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ: АТТЕСТАЦИЯ МИРОВ

— Авразил, срочно пройдите к Господу Богу! Второй раз повторяю. Авразил, срочно пройдите к Господу Богу!

Голос новой секретарши патрона обладал такой визгливой резкостью, что, отражаясь от стен Небес, вышибал целые пласты штукатурки. Даже Мурка, любимая черная дыра апостолов Петра и Павла, недовольно заворочалась, когда эхо упало в нее.

Заведующий складом моделей старший ангел-хранитель Авразил с сожалением отодвинул чашку чая, щедро сдобренного пятизвездочной амброзией.

— Вот и пришел мой черед, дядя Петя, — сказал он апостолу, грузный Петр только вздохнул.

Авразил выбрался из-за стола, снял с вешалки крылья и нимб. У дверей швейцарской он остановился. Нашарил в складках тоги коробок зевесовых молний и швырнул их в Мурку.

— Жри, скотинка.

Мурка, распробовав энергию, благодарно заурчала.

— А лиру-то, лиру! — спохватился Петр.

Авразил взял протянутый инструмент и полетел к Богу на Страшный Суд. На душе у него было спокойно: «Ну, выгонят, плевать! Пойду к чертям в Ангельский Дом завотделом христианских миров. Давно зовут».

В приемной господа Бога было тихо. Мадонна преклонного возраста с непроницаемым лицом вязала, сидя за пишущей машинкой. «Где Он ее выкопал? — в который раз поразился Авразил, — К этакой образине голубя не зашлешь. Бедная птичка на подлете от ужаса сдохнет».

— Меня вызывали, — доложил он секретарше.

— Ждите.

Закончив ряд, секретарша поднялась и, печатая шаг, подошла к переговорной трубе.

— Авразил прибыл.

— Ангелы являются, — донеслось из трубы. — Пусть влетает.

Бог был не один. Рядом парил Фома Неверящий из бухгалтерии.

— Значит, вот какое дело, — начал Господь, — У меня тут выкладки за последнее время. На многих моделях резко упала энергоотдача: то ли изверились, то ли их бес попутал. В общем, нужна срочная аттестация миров.

Авразил перевел дух: увольнение откладывалось на неопределенный срок. Правда, «аттестация миров» — это работать, не снимая крыльев.

— Сколько времени тебе потребуется?

— Треть вечности. Ну, может, еще пару недель прихвачу.

— Месяца хватит. Главное, если модель создавалась на паях, проверь энергетику всех. И молись, чтоб не повторилось, как с ЗМ-3.

В разговор встрял Фома:

— И никаких приписок в финансовом отчете.

— Ты меня хоть раз ловил? — огрызнулся ангел.

— Брэк! — окоротил их Господь. — Авразил, учитывая сложность и срочность задания, я принял решение включить объединитель. Умеешь пользоваться?

— Я его сам придумал, — не без гордости напомнил Авразил.

Гордость его была оправдана. Рядовой небослужитель мог войти в купол модели только через специальную шлюзовую камеру. Если одновременно запускали в работу несколько миров или, как сейчас, требовалось провести аттестацию, шлюзование отнимало слишком много времени. А тут еще добавляются затраты на переход с энергетического уровня модели на энергетический уровень Небес. Авразилу надоело объясняться с Фомой за нарушение сроков и сметы, и у него родилась идея, как объединить модели в квазиреальное пространство. Всего-то и нужно: добавить пару электронных плат в энергосборник, да установить в куполах моделей лампы дальнего света по единому плану. На планетах подобные переделки, само собой, не остались без внимания. «Изменили рисунок созвездия!» — шумели их обитатели. Зато теперь, при необходимости, с планеты на планету можно было перебираться напрямую. За эту работу Авразил получил старшего ангела-хранителя, а потом и должность завсклада.

— Ну и прекрасно, — сказал Господь, — Не будем тянуть резину. Авразил, тебе, возможно, придется столкнуться с негостеприимством туземцев, возьми у меня в столе пару булавок с небесным воинством.

Как известно, на острие булавки помещается ровно 999 ангелов. К сожалению, никогда заранее не знаешь, каких именно. Булавки у Бога были подписаны, но…

Однажды Авразил воспользовался булавкой с надписью «гвардия». Его как раз окружили кровожадные дикари, еретики и иноверцы. Однако вместо конницы или мотопехоты с неба в 999 луженых глоток грянул гвардейский ангельский хор. К счастью, и этого оказалось достаточно, но больше искушать судьбу Авразилу не хотелось. Ему была памятна история святого великомученика Липатия, прежнего завсклада, который до сей поры томится на какой-то модели в электромагнитных застенках тамошней академии наук.

Поэтому, оглянувшись на Господа, занятого разговором с Фомой, он активизировал булавку с все той же надписью «гвардия».

И прянули кони! Воздух наполнился топотом копыт, ржанием горл и звоном холодного оружия. Запахло дракой, ядреным мужским потом и свежим навозом: умные животные перед битвой опорожняли кишечники. Вперед на лихом белом мерине выступил Георгий Победоносец:

— Армагеддон! — зычно заорал он.

— Учебная тревога, — отозвался Авразил из-за кресла Господня.

— Авразилка, ты! — обрадовался воин. — Сколько лет, сколько зим! Опять, значит, не Армагеддон?

— Не, это я.

— Ну ладно. Труби отбой, — Георгий двинул древком копья по затылку ангела-трубача с яркими цифрами «восемь» на крыльях.

— Путаю я их, херувимов, — объяснил он Авразилу: — как заставлю трубить кого-нибудь из первой семерки (дело-то военное, разбираться некогда), так обязательно какая-нибудь гадость: то лампа дорбалызнется, то скелеты из могил полезут. Вот я им цифры и намалевал.