Из жизни ангела - Роман Ясюкевич

«Что-то здесь нечисто, — подумал ангел: — Нюх они потеряли, что ли?» Сделав с десяток безуспешных попыток приземления, он уселся на облако и проверил энергетику. Все в норме. Стрелка устойчиво дрожала на середине шкалы. Ничего не понимая, ангел покинул планету. Из-за обратной стороны луны перед ним выскочил черт и гавкнул.

— Р-р-гав!

— Фу, черт, напугал! Чего хихикаешь?

— Не дали собачки по травке походить?

— Не дали.

— Хочешь, скажу почему?

— Тобой пропах.

— А вот и нет! Хоть и близко, — черт сделал сальто, сверкнув черной шелковой заплатой на красных шароварах. — Что у тебя в рюкзаке?

— Сухой паек, полтонны книг, а-а! Рыба!

— Не угадал. Что еще?

— Еще?

— Мурка у тебя там! Черная дыра семейства кошачьих.

— Тьфу!

— С тебя причитается.

— Раскатал губу!

— Вот так всегда с вами. Помогаешь, подсказываешь, сочувствуешь, а в ответ — хамство!

Ангел с чертом заблудились. Когда в третий раз они вылетели к планете собак, черт не выдержал:

— Ну, ты, Иван Сусанин, куда дальше?

Авразил недоуменно пожал плечами.

— Посмотри в путеводителе.

— Модель 327, бывшая ДП-777… - начал читать Авразил и воскликнул. — Эврика!

— Какая Эврика? Только баб тут не хватало.

— «Эврика» — значит, нашел, в смысле, вспомнил. На ДП-777 овладели тайной гравитации.

— Ну и что?

— А то! Они пространство искривили. Я сам лично Гефеста из дома быта «Олимп» приглашал на предмет распрямления…

— Нашел, кого приглашать! Мы ж его за пьянку выгнали.

— Вроде трезвый был.

— Вроде!

— И как теперь?

— Вызывай бронетанковую дивизию, будем пробиваться.

Авразил сунулся за булавкой и громко выругался.

— Чем опять недоволен?

— Все из-за тебя! Заморочил мне голову беллетристом во время сборов.

— Булавки на Небесах оставил? — догадался черт.

— Одну взял, — мрачно ответил Авразил.

— Какую?

— С гвардейским ангельским хором.

— Ничего, авось пригодится.

Авразил погрузился в раздумья. Выход был один: возвращаться в шлюз бывшей 325-ой модели и входить снова, но уже через 328-ую. Внезапно рюкзак на спине ангела завозился.

— Мурка проснулась. Жрать хочет, — ангел стукнул по рюкзаку кулаком.

— А что она ест? — спросил черт.

— Все.

— А вакуумные рогалики и крендельки ест?

Просветлев ликом, ангел хлопнул черта по плечу.

— Молодец! Сейчас она нам в неэвклиде такой туннельчик прогрызет!

Мурка не подвела. Треск разгрызаемого пространства сменился сытым урчанием, и ангел с чертом продолжили свой полет.

Модель 327 была планетой ученых, а потому относилась к низшей группе рентабельности по энергии веры. Правда, в последнее время на ней начали происходить изменения в лучшую сторону. Ряд командных должностей захватили бывшие мракобесы, а ныне передовики религиозной мысли. Часть ученых ударилась в коммерцию, а для замаливания грехов и успокоения совести они поспешили открыть в своих душах чуланы и подсобки веры. Так что с моделью еще не все было потеряно.

На сей раз, приземлились с комфортом. Светлая лужайка мягко приняла в свои теплые объятья аттестационную комиссию. Авразил повел датчиком из стороны в сторону.

— Стрелка скачет, — сказал он черту. — Очень неустойчивая энергетика.

— И у меня, — пожаловался черт. — Пошли исправлять?

— Нет уж, ты со мной. А то, пока я в южном полушарии буду сокрушать бастионы атеизма, ты в северном столько сатанинских сект наплодишь!

— Я ж только помочь хотел.

— Вот и помоги. Рюкзак нести.

Черт изобразил крайнюю степень отвращения:

— Книжки выкини.

— Не могу. Мне их еще конспектировать надо. Может, пособишь?

— Я тебе наконспектирую, враз с работы турнут. Давай лучше перекусим. Сразу предупреждаю: у меня ничего нет. Я не думал, что ты меня с собой потащишь.

Они расположились у ручья, в тени громадной смоковницы.

— Посмотрим, что нам Бог послал, со мной переслал, — приговаривал ангел, роясь в рюкзаке, — Так, от манны небесной ты откажешься. Вот! Рыбка! Разверни пока.

Черт поймал завернутую в несколько слоев полиэтилена рыбу, понюхал её…

— Ты сильно голоден?

— Как сто чертей! — довольный своей шуткой ангел хохотнул.

— Тогда я после тебя, — нечистый пододвинул к Авразилу пакет. — Ешь.

Тут и ангел ощутил некоторое амбре, исходящее от свертка.

— Не хочется.

— Почему? — черт сделал круглые глаза.

— Пахнет.

— Где?

— Рыба пахнет.

— А что она должна делать? Петь-танцевать? Конечно, пахнет. Лежит себе бедненькая копчененькая рыбка-маринка и пахнет, — черт сграбастал пакет, сунул под нос Авразилу и прогнусавил. — Ку-ушай, ангел!

Авразил отшатнулся:

— Не буду.

— Ну, если ты не будешь, то и я не буду, — черт зашвырнул рыбу в кусты и брезгливо вытер лапы о траву. — Ну и вонь!

— Ты ж ее скушать хотел? — съехидничал ангел.

— Я?! Это ты хотел. Я еще подумал, как он такую вонючую рыбу есть будет?

Авразил посмотрел в сторону кустов, куда черт закинул пакет.

— Не отравляй окружающую среду. Брось лучше в Мурку.

— Такую тухлятину даже она…

— Интересно, почему это райская рыба так быстро испортилась?

— Я давно говорю, что Небеса прогнили.

— Может, не в рыбе дело?

— А в чем, в упаковке?

— Не-ет. Где ее Петр коптил? В вашей трубе, то-то и оно!

Черт оскорбился за родную кочегарку:

— А нечего всякую гадость в наш дым совать!

— Вы еще подеритесь! — раздался чей-то голос.

С дикой мыслью, что рыба ожила, ангел с чертом обернулись. В тот же миг их члены сковала необоримая тяжесть.

— Попались, голубчики! — на поляну высыпала толпа аборигенов в белых халатах, подпрыгивающих от научно-познавательского возбуждения.

Накинув на пленников еще парочку силовых полей, туземцы развели костер и устроили симпозиум с ритуальными плясками для восхваления своей научной доблести.

Ангел и черт, лишенные возможности не только двигаться, но и говорить, обратились в слух. Из неосторожных выкриков аборигенов они узнали, что еще при первых опытах с искривлением пространства был обнаружен шлюз. Не разгадав назначения этой штуковины, засаду все-таки устроили. Вскоре там был схвачен и брошен в электромагнитные застенки академии физических наук старший ангел-хранитель Липатий. Бедный ангел, подвергнутый бесчеловечным экспериментам, ничего не выдал. Более того, иная энергетическая основа делала бесполезными попытки что-нибудь у него отрезать. Не удалось даже оторвать кусочек одежды для анализов. При этих словах Авразил вздохнул с облегчением, а черт, чья энергетика ближе человеческой природе, внутренне содрогнулся. То, что черта и ангела повязали столь оперативно, объяснялось просто. Религиозные фанатики и неосатанисты, объединившись в академии и институты, предпринимали не одну попытку выкрасть Липатия. Поэтому вокруг физической лаборатории, где он содержался, установили круглосуточный дозор. Теперь решался вопрос о судьбе новых пленников. Каждая исследовательская группа захвата заявляла свои исключительные права.