Газета День Литературы # 78 (2004 2) - Газета День Литературы

Я крабу говорю смущен.

"Уйди, ты что меня щекочешь!"

И в щель скрывает тело он.

Я успеваю в след ему сказать

"Тридцать четыре перемножь на пять"

……….

Какой поэт у океанских вод

Вульгарно не поглаживал живот

Мы все нечестен. Каждый нас смешон

А все же получает деньги "он"

Мне интересно как это бывает

Что все же "он" все деньги получает

………

Подставив огненному солнцу все детали

И тело сваленному древу уподобив

Лежу я, джинсы и сандали

На жестком камне приспособив

И чайка надо мной несется

И грязная, она смеется,

В камнях всю рыбу приутробив

"Что ж ты разрушила макрель?"

Я говорю ей зло и грубо

Она топорщит свою шубу

И целит подлая в кисель

Оставшийся после отлива

Прожорлива и похотлива

Как Дон-Жуан косит в постель

…….

Мне все равно. Я задаю вопросы

Не потому что я ищу ответы

Не эти чайки — мощные насосы

Говна и рыба. Даже не поэты

И нет не мир покатый и бесстыжий

Мне не нужны. Смеясь, а не сурово

Я прожил целый прошлый год в Париже

И как эстет не написал ни слова

………..

Однако б мне хватило этих сумм

………

……………….

Геринг дает пресс-конференцию в душном мае

Победившим державам

Чьи корреспонденты гордо выпытывают его

В маршальской фуражке

В кресле поставленном прямо в траву

Ботинки у Геринга в траве утонули

Тяжелый микрофон старого стиля стоит на низком столе

Буйствует зелень на заднем плане

Ломит и прет уже побеждая войну

Горячо и жарко

И Геринг держится грустно

Победоносные прошлые лета

Стучат сапогами в его голове

(А также любовницы, жены и ветви цветов и деревьев

июли и августы и на оленей охоты)…

упрячут опять от зелени в темный угол

Геринг не Геринг…

Стоят офицеры, сидят.

Иные в касках. Другие в фуражках

Третьи подставили волосы ветру

Военные корресспонденты — грубые как слоны

Что они понимают

Что мы все понимаем

Простите меня за вмешательство — маршал покойный Геринг

Однако я менее склонен сочувствовать голым трупам

Из другой фотографии — рядом в газете "Пост"

Чем Вам — мяснику. негодяю. эсэсовцу. наци.

Чем Вам — маршал Геринг

Который как будто причина второй фотографии

(Я имею в виду голые трупы)

……….

Хорошо вот так вот

Войну проигравши

Сесть в старом кресле

Ботинки воткнуть в траву

Отвечать им негромко — корреспондентам

Устало как после работ землекопных

В мундире в шитье в этой Вашей Герман фуражке…

Ну удавят — удавят

Зато как по Европе шагали...

На том свете наверное пахнет мышами

А погодка-то маршал ух как хороша хороша...

…..

И думаю пахнут духами и потом слегка

Подмышки немецко-австрийских женщин

И возле Дуная и Рейна

Цветут разлохматясь цветы

РОМАНС

Я вас люблю так солнечно-легко

Мне как бы в кровь вкололи вашу тайну

Я вас впитал бесспорно с молоком

Но в молоко проникли вы случайно

Не этот мир. Не этот жалкий мир

Мне вас прислал мир страстный и надменный

Мир молодой стремительный и пенный

Где нимфу вод преследует сатир

Где вдоль ручья след маленькой ступни

А на камнях сыр козий недоеден

Где дух вина и где никто не беден

Где наконец и ты и я одни

Ну доберусь до маленьких сосцов!

Лишь протяну желающие руки

До тела нежной девочки и суки

С беглянки нимфочки сорвав ее покров

Ты вся испуг и резкий поворот

И полусмех и "нет" и "да" и "можно"

"О уходи!" — ты шепчешь мне тревожно

Протягивая мне живот и рот...

Я вас люблю. Я вас люблю. Тебя!

Мне никогда не выпить вас Елена

Все тело вас любя и теребя

Все уголки изведав постепенно...

………………

Хорошо и скушно быть поэтом

Только русским комариным летом

На старинной даче с самоваром

Хорошо поэтом быть нестарым

Да еще с бутылкою порой

Обнимаясь тонкою рукой

И грибы — отрада для желудка

В лес пойдешь — загадочно и жутко

И с подругой Леной у воды

Вы плюете в темные пруды

Ходит бабка как больной ребенок Колокольню видно за горой

И когда пойдешь отлить спросонок

То раздавишь ягоды ногой

Хорошо поэтом быть в России

Но теперь Россия на замке

И цветы косые и кривые

У меня в протянутой руке

Бог простит земельные уродцы

И без нас там что-то происходит

Каждый день встают большие солнцы

И под вечер солнышко заходит

ДЕНЬ Х

Сегодня лидер оппозиции

Звонил правительству с утра

Что революция в столице и

"Власть отдавать давно пора"

В ответ "Путана!" в трубку харкнули

И связь прервалась. Лидер встал.

Сказал "Ну что же, будет жарко им

Дворец остался и вокзал".

Четыре танка стали серые

У президентского дворца

Спокоен президент "Я верую..."

Но пляшут губы у лица

Майор Ривера полувыбритый

Засовывает в горло кольт

И бренди прошлой ночью выпитый

Печет желудок тыщей вольт

С посольской крыши с жопой бабочки

Слетел последний вертолет

Посол Вудстокер нервно сняв очки

Из фляги виски жадно пьет

По радио Бетховен, Моцартом

Перемежаемый порой

Отрыгивает пламя косо ртом

Гериллос пушка за горой

Антонио, — племянник Санчеса

Пятнадцать лет сегодня бьет

Однако точно через два часа

В мальчишку пуля попадет

По ляжке револьвер с брелоками

"Калашников" зажат в руке

Он грохнется, и брызнув соками

Замрет на каменном куске

Смеется лидер оппозиции

Горбатый человек в очках

Оркестр военный морщит лицами

Весь в кадыках, щеках, с ресницами…

Играет на похоронах…

РАЗГОВОР О СОВРЕМЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ (С пленума Союза писателей России)

Вот ещё раз повторили по каналу "Культура" передачу Швыдкого "Русская литература умерла". Вроде бы он приглашает спорить, размышлять, доказывать. Но почему-то ни одного русского писателя не пригласил Швыдкой. Бред, конечно. Представим, что в студии эту тему обсуждали бы одни чеченцы или ингуши, или калмыки...Этот бред жутко бы 6poсался в глаза. А так... А так вроде бы уже привыкли, хотя выглядит всё это очень мерзко.