Кольцо Ветра (ЛП) - Крис Брэдфорд

— Это как омамори, словно амулет, что тебе дал Сенсей Ямада, — объяснил Йори, указывая на маленький красный шелковый мешочек на вещах Джека. — Он защищает путника в дороге.

— Им он не помог, — фыркнул Сабуро, глядя на бессознательных пилигримов, пока он пытался втиснуть свой объемный живот в штаны одного из них.

Йори закатил глаза в ответ на замечание друга, а потом продолжил:

— Носите посох с уважением. Он представляет тело Кобо Даиши, что поддерживает духовно всех пилигримов в пути.

Кивнув, Джек изучал посох более подробно. На рукояти были выдавлены пять символов. Благодаря Акико, он не только мог бегло общаться на японском, но и мог читать основные кандзи, письменную форму японского. Но и без этих знаний эти символы были ему знакомы:

— Пять колец, — выдохнул Джек, повернувшись к Миюки, что уже переоделась и оттаскивала тела так, чтобы они не бросались в глаза.

— Буддийские монахи используют их для духовных целей, — быстро ответила она, многозначительно глядя на Джека, чтобы он хранил секрет искусства ниндзя даже среди друзей.

Джек прикусил язык. Он узнал о Пяти Кольцах от Учителя. Эти пяти великих элементов Вселенной формировали основу подхода ниндзя к жизни. Они использовали силу Колец и их влияние в своих боевых техниках и тактиках по выживанию. Это давало ниндзя силу, делало их пугающими и смертоносными.

Поставив посох на один конец, Джек обратил внимание на белый узелок пилигрима. Внутри он нашел ладан, свечи, книгу сутр, монеты, набор колокольчиков для молитв, маленькую тетрадь и несколько бумажных именных листков. Он подвинул тетрадь, чтобы освободить место для своих вещей.

— Я возьму это, — сказал Йори. — Нокьечо нужна для хранения штампов каждого храма. Более того, это разрешение на путешествие. Иначе на остров Сикоку не попасть.

Послушавшись Йори, Джек вернул ее в узел и вместо этого вытащил колокольчики. Теперь там хватало места, чтобы спрятать самую ценную его вещь — путеводитель отца. Эта книга была ценна для него не из сентиментальных побуждений, с ней он мог попасть домой и передать ее потом тем, кто знал силу путеводителя. С этой книгой можно контролировать торговые маршруты между народами. И Джек пообещал отцу, что не даст попасть книге в неправильные руки. Потому он оберегал ее ценой жизни, не собираясь оставлять ее тут.

Другой его ценностью была черная жемчужина Акико, что она дала ему в день, когда он покинул Нагасаки. Теперь она была прикреплена к золотой заколке, что сделал торговец-вор, но зато так она надежно пряталась под его кимоно. У него осталось четыре сюрикена, бутыль воды и немного еды. Пока Джек пытался все уместить там, Йори высыпал монеты из узелка его пилигрима и оставил их в маленькой миске, как и рис из своих запасов.

— Нам понадобится эта еда, — сказал Сабуро.

— Мы не воры, — возразил Йори. — Мы должны оставить пилигримам хотя бы дар за то, что воспользовались их добротой.

Чувствуя укол вины, Джек тоже высыпал монеты своего пилигрима и оставил пару мочи. Сабуро, не желая делиться своими рисовыми пирожками, оставил шлем самурая с вмятиной на макушке.

— Они смогут это продать.

— Но это ведь доказательство твоему отцу, что ты — герой, — воскликнул Джек, вспоминая, как Сабуро сражался с бандитами.

— Он слишком громоздкий. К тому же, если мы не сбежим, то уже не будет иметь значения, герой я или нет!

— Давайте быстрее, — торопила Миюки, бросая в кучу рисовый пирожок. — Самураи уже близко.

— А что будем делать с оружием? — спросил Сабуро, сжимая мечи. — Они не подходят пилигримам.

— Есть идея, — сказал Джек, хватаясь за пестрый узелок, что лежал за грудой бочек, где они раньше прятались. — Сложим их сюда. И будет выглядеть, как обычные вещи для путешествия.

Они уложили в эту сумку свое оружие, узелки, оставшуюся еду, потом нацепили на головы соломенные конические шляпы. Опустив ее себе на глаза, Джек выглянул за дверь. Отряд самураев зашел в дом напротив.

— Идемте, быстрее! — сказал Джек.

Сабуро нес пестрый узел, и они присоединились к другим пилигримам. Желание добежать до лодки гнало их вперед.

— Медленнее, — прошептала Миюки, когда они приблизились к пристани.

— Но сюда идут два самурая! — в ужасе выдохнул Йори.

— В любом случае, не останавливайтесь, — сквозь стиснутые зубы приказала Миюки.

Воины становились все ближе. К счастью, их внимание было сосредоточено на переулках и зданиях. Йори и Миюки прошли незамеченными. Но самураи что-то искали, а Джек шел, склонив голову, и один из воинов столкнулся с ним.

Самурай повернулся и взглянул на Джека.

— Сумимасен, — извинился Джек, низко кланяясь и уважительно глядя в землю.

Миюки и остальные замедлились, Сабуро полез в свой мешок за катаной, Миюки сжала в ладони скрытый сюрикен.

Самурай шагнул к Джеку, его рука двинулась к мечам на его оби. Джек задержал дыхание и приготовился бежать.

— Мои извинения, пилигрим, — сказал самурай, вытаскивая из мешочка на поясе монету. — Мне не нужна неудача. Прошу, прими мой о-сеттай.

Ошеломленный Джек взял деньги и собирался уйти, но вспомнил о ритуале. Сложив ладони вместе и склонив голову, он зачитал:

— Наму Даиши Хенджо Конго, — три раза. А потом он отдал именной листок самураю. Воин выглядел удовлетворенным и продолжил поиски нарушителей, и не подозревая, как близко они были.

5

НАКАТЫВАЮЩИЕ ВОЛНЫ

— Получилось! — выдохнул Йори, показав их разрешения на путешествие и взобравшись на борт судна, направляющегося на остров Сикоку.

— А все благодаря Миюки и твоим знаниям пилигримов, — согласился Джек.

Они нашли себе место возле носа корабля, поставили свою пеструю поклажу и сели. Пока остальные пассажиры искали себе место, Джек смог оглядеться и оценить корабль. Он отличался от того трехмачтового корабля, на котором он прибыл в Японию. Этот деревянный корабль был лишь с одной мачтой, да с квадратным пестрым парусом, плоским килем и широкой палубой. Он был раза в три меньше «Александрии», а в комнате помещалось пятьдесят пассажиров. Груз из тюков с рисом и масла для ламп был привязан к палубе. Борта были очерчены решеткой из бамбука, а верхняя палуба кормы вела к штурвалу и длинному рычагу. Джек решил, что этот корабль больше подходил для маленьких путешествий, а не для плавания в океане, но выглядел он вполне внушительно. Он расслабился, решив, что вскоре они будут вне опасности.

— Рано отдыхать, — предупредила Миюки, оглядываясь на гавань.

Патруль самураев вошел в мастерскую.