Поместье любовных грез - Сильвия Торп

– Стивен с Эдвардом, бабушка. Я послала за ним.

– Очень хорошо, Мелисса. – Леди Таррингтон кивнула. – Это твоя новая гувернантка, мисс Фрэйн.

Памела улыбнулась и протянула руку:

– Рада с вами познакомиться, мисс Таррингтон.

Мелисса дотронулась до протянутой руки вялыми, почти безжизненными пальцами, но не улыбнулась в ответ. Высокая для своего возраста и довольно худощавая, с длинной тонкой шеей и пышной копной светло-каштановых волос, она не производила впечатление хорошенькой, поскольку обликом своим весьма напоминала бабушку, с теми же светло-серыми глазами и недовольным выражением лица. У Памелы упало сердце, но она тотчас напомнила себе, что полагаться на первое впечатление не совсем правильно.

Снаружи раздались шаги, прозвучала пара неразборчивых замечаний, сделанных мужским голосом, на которые ответил детский голос. Мальчуган в нанковых брюках и рубашке с рюшами вошел в сопровождении молодого человека и подбежал к леди Таррингтон. В первый раз выражение лица пожилой дамы смягчилось.

– Стивен, дорогой, – произнесла она ласково, – я послала за тобой, чтобы ты познакомился со своей новой гувернанткой. Мисс Фрэйн, это мой внук, сэр Стивен Таррингтон.

Юный баронет повернулся, глядя на Памелу с любопытством и некоторой настороженностью, и ее вдруг пронзило острое ощущение поразительного открытия. Подобно своей сестре, Стивен был худощавым, с каштановыми волосами, но глаза его имели замечательный золотистый цвет. Те же глаза глянули на нее чуть ранее, когда она перехватила взгляд Джейсона Хоксуорта.

Глава 2

Cтивен поклонился, как и подобает истинному баронету, однако продолжал во все глаза смотреть на Памелу.

– Вы не похожи на гувернантку, мисс Фрэйн, – откровенно сказал он. – Я думал, что вы окажетесь совсем пожилой дамой, как мисс Кэйтербай.

Памела повеселела, но постаралась этого не афишировать. Стивен показался ей куда более привлекательным в сравнении с его сестрой. Довольно худощавый и маленький для своего возраста, с изнеженным с виду, зато с живым, озорным выражением лица, он более ей пришелся по душе, чем равнодушная Мелисса.

– Мне жаль, если вас это разочаровывает, сэр Стивен, – с серьезным видом сказала она. – Я, конечно, когда-нибудь состарюсь, но, надеюсь, не раньше, чем вы достаточно повзрослеете, чтобы не нуждаться в моей опеке.

Он несколько растерялся, а потом лучистая улыбка озарила его лицо.

– Я не разочарован, мисс Фрэйн, я рад, – сообщил он. – Вы гораздо красивее мисс Кэйтербай.

– Это невежливо, Стивен, делать подобные замечания личного характера, – вставила леди Таррингтон, но внушение получилось не слишком строгим, и Памела поняла, что редкий поступок Стивена способен вызвать неодобрение у его бабушки. – Мисс Фрэйн подумает, будто ты понятия не имеешь о правилах хорошего тона.

– Еще бы, конечно, подумает! – заметил молодой человек, в сопровождении которого Стивен вошел в комнату. – Надеюсь, вы не подумаете, будто он у меня научился подобной бесцеремонности.

Памела взглянула на леди Таррингтон, которая ничего не выражающим голосом произнесла:

– Мисс Фрэйн, позвольте представить вам мистера Истли, домашнего учителя моего внука.

Памела с трудом удержалась от того, чтобы не ахнуть, поскольку мистер Истли выглядел истинным щеголем, чего, безусловно, трудно было ожидать от простого учителя, и она приняла его за члена семьи. С виду он был всего на несколько лет старше ее самой, среднего роста, светловолосый и голубоглазый, с чертами лица не то чтобы красивыми, но приятными. В его одежде, лишенной какой-либо экстравагантности, были, однако, покрой и качество, которых не приходится ждать от сельского портного, а своими непринужденными манерами он совершенно не напоминал человека зависимого. Обнаружив, что он рассматривает ее с восхищением, столь же сильным, хотя и не столь откровенно выражаемым, как у Стивена, она удостоила его лишь сдержанного взгляда, когда их знакомили.

– Дети, покажите мисс Фрэйн ваши комнаты и ее собственную, – велела леди Таррингтон. – Скоро наверх принесут ее сундук. Мисс Фрэйн, мы еще поговорим позднее. Есть много вопросов, которые мне хочется с вами обсудить. Эдвард, будьте любезны, останьтесь со мной на несколько минут.

Стивен и Мелисса послушно покинули комнату, и Памела, выходя следом за ними, подумала, либо леди Таррингтон – эксцентричная особа, либо это весьма странная семейка. Ей никогда не доводилось слышать о домашнем учителе, который одевался бы как светский франт и которого работодательница называет по имени.

Комнаты Мелиссы и Стивена располагались на втором этаже двухэтажного крыла дома. Нижний этаж занимали оружейная комната, контора дворецкого, а также комната-сейф, несгораемое помещение, где хранились деловые бумаги и семейный архив.

Вдоль всего второго этажа тянулся коридор, упиравшийся в винтовую лестницу, которая уводила вниз, к двери, выходящей в сад. По одну сторону коридора находилась комната для занятий, за ней комната, теперь отведенная Памеле, напротив одна за другой располагались три комнаты поменьше. Ближайшей от винтовой лестницы была комната Стивена, комната Мелиссы находилась на противоположном конце. Комната между ними, где в свое время спала няня, сейчас пустовала.

Показав Памеле ее комнату, Мелисса сказала, что они со Стивеном подождут в комнате для занятий, пока мисс Фрэйн не будет готова к ним присоединиться. Стивен явно был не прочь задержаться, но сестра взяла его за руку и увела, с решительным видом закрыв за собой дверь.

Памела огляделась. Комнату, хотя и просторную, едва ли можно было назвать уютной. Покрытый камышовой циновкой каменный пол, стены, обитые почерневшими от времени дубовыми панелями от пола до потолка, обстановка, представлявшая собой разномастное собрание предметов разной степени древности… Окно располагалось довольно высоко, а обзор из него ограничивали толща массивных стен и густо разросшийся плющ. Памела вздохнула и принялась распаковывать свои немногочисленные пожитки.

Приведя себя в порядок, она отправилась в комнату для занятий, намереваясь получше узнать своих подопечных. Мелисса сидела за столом и листала книгу, в то время как Стивен, валяясь на ковре перед камином, играл с маленьким золотистым спаниелем. Когда Памела вошла, щенок запрыгал, приветствуя ее, и она наклонилась и погладила его.

– Какое прелестное создание! – воскликнула она. – Какие вы счастливые, что у вас такой очаровательный песик!

– Он принадлежит Стивену, – произнесла Мелисса, не отрывая взгляда от книги. – Я равнодушна к собакам.