Между нами лёд. Книга первая - Дарья Ларина

Большие часы на одной из стен над ледовой площадкой показывали без двадцати четыре. Татьяна пришла раньше назначенного, и на льду ещё тренировалась пара из сборной Польши, которая занимала второй гостевой дом.

Алексеева поднялась на трибуну, несколько минут наблюдая за тренировкой. Молодую женщину из этой пары Татьяна знала. Эта высокая блондинка – Елена Волченкова, бывшая фигуристка сборной России. Не выдержав конкуренции с другими дуэтами в родной стране, она взяла гражданство Польши два года назад. Перед переездом в другую страну Елена бросила своего партнера, который после ушел из спорта. Такой поступок Федерация фигурного катания оценила резко негативно, а отношения у Елены с бывшими товарищами по сборной, которые никогда не были особо теплыми, ещё больше ухудшились.

Но средства массовой информации больше интересовались не её уходом от партнера и сменой гражданства, а разрывом отношений с другим фигуристом, к которому в последние годы приковано много внимания.

Волченкова и Громов встречались около года. Свои отношения они старались не афишировать, но журналисты всё время старались найти информационный повод для интервью или статьи. Их часто спрашивали, не планируют ли они кататься в паре, ведь их отношения могли добавить прокатам зрелищности и пресловутой «химии». Но каждый раз Громов отвечал, что никогда не станет смешивать рабочее с личным. И уверял, что его главной партнершей по льду всегда будет Алиса.

– Сеанс мазохизма? – внезапно над ухом Татьяны раздался голос Евгения, вынуждая вздрогнуть.

– Пойдем, – Громов протянул руку, – наше время начинается.

Алексеева вложила свою ладонь в руку Громова. Евгений видел, как партнерша пыталась бороться с собственным волнением. Это показалось милым и немного польстило.

– Выше нос, – ободряюще произнес Громов, придерживая ладонь, пока они спускались по ступенькам. Такая неожиданная любезность и галантность подкупала Татьяну, особенно учитывая, что ходить на коньках в чехлах, тем более по ступенькам, было не очень удобно.

– Какие люди! – громко воскликнула Елена Волченкова, выходя за борт катка и надевая защитные чехлы на лезвия. Её партнер тем временем в качестве приветствия сдержанно кивнул Громову и, получив от него такой же кивок в ответ, поспешил уйти.

– Предателям отчизны приветы не раздаем, – без эмоций ответил Евгений, отпуская ладонь Татьяны и начиная делать медленные круги плечами назад. В отличие от партнерши, размяться нормально он не успел.

– Между прочим, ради тебя, Громов, – не сводила с него глаз Елена, – я бы вновь сменила гражданство.

Татьяна, услышав это, опустила глаза, положив одну руку на борт, другой снимая чехлы. Волнения, и без того терзавшего изнутри, стало ещё больше. К личной ревности Волченковой примешивалась ещё и ревность профессиональная.

– Я не укротитель змей, чтобы работать с тобой в тандеме, – сдержанно отвечал Евгений.

– Да, не укротитель, – с деланной грустью вздохнула она, – а, судя по всему, ковбой. Ну, а как иначе называются люди, которые берут себе в пару такую «редкостную коротконогую кобылу»? – произнося подобные слова, Елена ни сколько не смущалась. На тонких губах по-прежнему была улыбка, будто она говорила что-то приятное.

– Я всего лишь процитировала комментарии под её прокатами на «ютьюбе», ничего личного, – пожала широкими плечами Елена, невинно улыбнувшись.

– Не ты ли их оставляешь? – наконец подала голос Татьяна.

– Иди, – тихо обратился Громов, проведя ладонью по спине. И, пожалуй, это был первый раз, когда Татьяне не захотелось перечить. Общество Волченковой было неприятным, а подобные прикосновения Евгения, к которым она ещё совершенно не привыкла, запускали по телу мурашки. В таких условиях сделать несколько кругов по льду в одиночестве, чтобы привести мысли в порядок, было одним из лучших решений.

– Иди! – громче обратился к оторопевшей партнерше Громов. Татьяна послушалась и направилась к выходу на лёд. Но Волченкова, проходя мимо, нарочно резко сделала шаг вперед, задевая своим плечом. Евгений сжал зубы, отчего скулы стали острее, а Татьяна молча прошла на лёд, начиная быстро нарезать по нему круги.

Елена счастливо улыбнулась, чувствуя себя победительницей, и направилась в раздевалку. Но Евгений схватил её за руку, разворачивая к себе лицом.

– Если Таня и будет терпеть подобное, – достаточно агрессивно начал он, – то я не стану. Ты меня знаешь.

– Знаю, – лукаво улыбнулась Волченкова, вырывая руку и удаляясь в раздевалку.

Громов перевел взгляд на большие часы, отмечая, что у них с Таней есть ещё полчаса до прихода тренера. Несколько следующих секунд смотрел на партнершу, которая быстро перемещалась по льду, меняя дорожки шагов. Он понимал, что так быстро она сейчас катается как раз потому, что всё ещё не может прийти в себя и пытается отвлечься. К приятному удивлению Евгения, Татьяна прекрасно смотрелась на льду. Она грациозно держала тонкие руки, контролировала осанку и замечательно владела коньком. Громов начинал забывать, что ему следует к ней присоединиться.

Ему нравилось смотреть на Алексееву, несмотря на то, что сейчас она каталась нервозно и не выполняла никаких элементов.

Громов ступил на лёд и, сделав буквально два толчка ногами, быстро догнал Татьяну, а затем замедлил скольжение, подстраиваясь под её скорость.

– Как… Дела? – спросил Евгений, а затем не смог сдержать ухмылки. Он понимал, что такой вопрос сейчас либо насмешит Алексееву, либо разозлит. И надеялся, что случится именно первое.

– Терпимо, – спокойно ответила она и подняла руки вверх, а затем плавно их опустила. Алексеева хотела сосредоточиться на себе и своем теле. Её одолевала целая буря эмоций, но показывать их точно не стоило.

– Волченкова – последний человек, на которого тебе стоит обращать внимание, – тихо произнес Евгений, понимая, что встреча с этой спортсменкой только усугубила стресс, в котором пребывала Татьяна. Алексеева недовольно нахмурила тонкие темные брови, а затем ускорилась, вынуждая Громова сделать то же самое.

– Удивительно! – вдруг подметил Евгений, продолжая кружить по катку рядом со своей новой партнершей. Поражало, что общительная, даже слишком, до этого момента Татьяна последние несколько минут оставалась безмолвной. Теперь он начинал понимать, что чувствует партнерша, когда сам бывает немногословен. – Последние сутки ты постоянно пыталась меня разговорить, а сейчас сама молчишь.

– У нас осталось меньше получаса до прихода тренеров и, я не хочу терять время, – пояснила Татьяна. – Мы можем поговорить вечером, если у тебя появится