Тайные гастроли. Ленинградская биография Владимира Высоцкого - Лев Годованник

С этой точки зрения воспоминания многих из тех, с кем я 20 лет назад разговаривал про неизвестные факты ленинградской биографии Владимира Высоцкого, сегодня мне кажутся особенно интересными. Они выставляют Высоцкого немного не в таком свете, каким мы привыкли о нем слышать, – но оно и к лучшему. Ведь правильные выводы можно сделать лишь из разносторонней информации. Тем более что объективность – штука коварная: истина всегда где-то рядом.

Всесоюзный алюминиево-магниевый институт образца 2010 года отличается от самого себя образца 70-х крайне мало. То же огромное здание располагается на том же самом месте в конце Среднего проспекта Васильевского острова. Институт вроде бы сегодня даже частично продолжает работать, правда, некоторые его помещения сдаются коммерческим структурам. Кроме того, прилагательное «Всесоюзный» предсказуемо изменилось на «Всероссийский». Но аббревиатура – она же общераспространенное, привычное для ленинградцев название – ВАМИ – осталась прежней.

Нам это скучное для не вхожих в недра науки людей заведение интересно тем, что несколько его сотрудников организовали самое большое количество концертов Высоцкого в Ленинграде.

Таких концертов я насчитал пять: 6 мая 1967 года, 16 июня 1972 года, 22 марта 1973 года, 16 октября 1974 года и 25 ноября 1976-го.

Так выглядел билетик на один из концертов Высоцкого, организованный клубом «Вамитяне»

К этому можно прибавить концерты, организованные с участием тех же людей на других площадках: во Дворце культуры имени Кирова в июне 1972 года, в книжном клубе «Эврика» 21 февраля 1973 года, в школе около площади Ломоносова 30 января 1973 года и два концерта в НИИ «Гипрошахт» на набережной канала Грибоедова 22 марта 1973 года и в октябре 1974-го.

Итого 10 концертов, к организации которых так или иначе имели отношение три сотрудника ВАМИ: Эдуард Леонидович Крейнин, Юрий Григорьевич Фельдман и Олег Михайлович Лебедев.

Юрий Григорьевич был тогда председателем комитета комсомола института, а Эдуард Леонидович был его заместителем по идеологии. Олег Лебедев, насколько я понял, административно-политическую карьеру не делал.

С Высоцким, по словам Юрия Фельдмана, они познакомились в 1967 году во время ленинградских гастролей Театра на Таганке. Причем, по словам Юрия Григорьевича, знакомство произошло не напрямую, а через актера Рамзеса Джабраилова, которого они в одной из немногих ленинградских шашлычных попросили познакомить их с «самим» Высоцким. Правда, Джабраилов сказал, что Высоцкий не любит представлений через посредников, и предложил другой вариант:

«Я скажу вам, когда и где Высоцкий будет находиться, а вы подойдете к нему сами».

При этом Джабраилов якобы рекомендовал «подкараулить» Высоцкого не до или после спектакля, а во время репетиции. По словам Юрия Фельдмана, именно так знакомство и произошло.

В воспоминаниях этих людей Владимир Высоцкий предстает совсем не таким, каким мы привыкли воспринимать его на основании других воспоминаний. Организаторам концертов актера в ВАМИ Высоцкий запомнился весьма меркантильным и практичным типом.

Например, договариваются они с Высоцким о первом концерте. Он якобы ставит два условия.

Первое: я, ребята, знаю, что вопреки всем запретам вы будете мой концерт записывать. И хочу, чтобы вы быстренько сделали мне копию записи, потому что у меня нет записей собственных концертов.

И второе условие: у вас в руках американская шариковая ручка фирмы «Янг» – подарите мне ее, пожалуйста, я как раз шариковые ручки коллекционирую.

Эдуард Крейнин тогда приехал из Финляндии, где был в командировке, – он там и приобрел редкую для Советского Союза 70-х американскую игрушку. Эдуард Леонидович воспринял подарок ручки как окончательный аргумент, убедивший Высоцкого согласиться на выступление. В гонорар за само выступление ручка, естественно, не входила!

А чуть позже, вспоминал Эдуард Крейнин, перед одним из концертов Высоцкий заметил у него в руках красивую японскую пьезозажигалку. Тогда и это было редкостью – Крейнину подарили ее представители японской делегации, с которыми вели переговоры руководители его института. Якобы Высоцкий попросил и зажигалку: мол, зажигалки я тоже коллекционирую.

Крейнин решился на хитрость:

– Знаешь, – сказал он, – эту зажигалку мне только подарили, я хотел бы немного ею попользоваться. Зато скоро буду в Москве, заеду к тебе и отдам.

По словам Эдуарда Леонидовича, на самом деле зажигалка его не шибко интересовала – просто очень любопытно было побывать дома у самого Высоцкого!

Визит состоялся, причем Высоцкий у себя в квартире в ответ на подаренную зажигалку подарил Крейнину портмоне из крокодиловой кожи – которое якобы Марина Влади привезла из Парижа.

Дома у Высоцкого в Москве Крейнин, по его словам, действительно обнаружил коллекцию самых разных зажигалок – штук 300. А вот коллекции ручек там, уверяет Эдуард Леонидович, не было.

Сотрудники ВАМИ – единственные из моих собеседников, которые рассказывали о том, как Высоцкий сам звонил им перед поездками в Ленинград с просьбой организовать ему концерты, чтобы таким образом подработать. Обычно приходилось слышать прямо противоположные сюжеты: за Высоцким бегают, уговаривают, а он с трудом соглашается.

Может быть, потому эта сравнительно небольшая группа людей организовала в общем-то рекордное количество ленинградских выступлений Высоцкого – актер сам был инициатором некоторых из них.

Бывший сотрудник ВАМИ Валерий Яник, например, рассказывал занимательный эпизод с участием Высоцкого и Эдуарда Крейнина. События якобы развивались на Среднем проспекте Васильевского острова около здания института, куда артист приехал на очередной концерт.

По проезжей части ехала крайне редкая для того времени иномарка, за рулем которой сидел Высоцкий. Машина медленно двигалась вдоль тротуара, а рядом с ней, по тротуару якобы бежал Крейнин, пытавшийся договориться с Высоцким о размере гонорара. Со слов очевидца, дело было так.

Высоцкий, якобы не выходя из машины, спросил Крейнина о плате за концерт. Услышав сумму 120 рублей, он якобы воскликнул: «Нет! Нет! Только за 500!» – и стал закрывать дверь, незадолго до того открытую Крейниным. Крейнин якобы воскликнул в ответ: «Нет, не 500!» – но, увидев, что Высоцкий сейчас попросту уедет, поспешно согласился: мол, ладно, договоримся. После этого, по воспоминаниям очевидца, Высоцкий припарковал машину, вышел и направился к зданию ВАМИ. За ним якобы следовала симпатичная блондинка, сидевшая с Высоцким в машине. Она несла гитару.

Эдуард Крейнин этот эпизод не помнит.

Изнанку коммерческой составляющей концертной деятельности Высоцкого в Ленинграде описала мне бывшая директор книжного клуба-магазина «Эврика» Валентина Корсакова. По ее словам, Эдуард Крейнин познакомил ее с Высоцким, и он же обратился к ней с просьбой помочь тому заработать. Валентина Анатольевна организовала концерт в актовом зале «Эврики», рассчитанном на 400 мест. Она рассказала, как лично вырезала ножницами 400 кусочков бумаги, на которых поставила штамп магазина и свою подпись. Билеты продавались по 2 рубля за штуку – ровно столько, сколько необходимо было, чтобы заплатить Высоцкому. За тот концерт он получил 400 рублей.

Валентина Анатольевна рассказала мне, что непосредственно перед концертом она стояла у входа в зал и собирала проданные билеты у посетителей – не для того, чтобы не пустить посторонних, а чтобы уничтожить билеты. Как директор советского магазина она прекрасно понимала, что гипотетический разговор о финансовой составляющей организации такого концерта с сотрудниками ОБХСС не может сулить ей ничего хорошего. До разговора дело, к счастью, не дошло, но «улики» на всякий случай были уничтожены.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});