Раскрыть свое убийство - Виталий Михайлович Егоров

— Как здорово! — хлопнул в ладони оперативник и, вспомнив о чем-то неприятном, с грустью в голосе поведал: — Каприн пропал бесследно. Осмотр показал, что он, прежде чем его увезли в неизвестном направлении, оказывал кому-то сопротивление. По всей видимости, его или ранили, или разбили нос — капли крови обнаружены до ворот дачи. На снегу остались нечеткие следы от автомашины, эксперты сейчас пытаются установить ее марку.

— Плохи дела, — проговорил руководитель, услышав невеселый рассказ подчиненного. — Надо все силы бросить на поиски бандитов. Как найдем их — найдем и Семена.

4

Оставшиеся в засаде у Пронченко оперативники — Иван и Анатолий — прислушиваясь к каждому шуму за дверью, ждали появления преступника. Тридцатилетний Иван был уже опытным сотрудником уголовного розыска и на правах старшего наставлял молодому милиционеру, который недавно выпустился с юридического института:

— Дверь открывается изнутри, это нам на пользу — преступник не захлопнет ее перед нашим носом. Как только услышим стук или попытку открывания замка, я встану так, чтобы дверь при растворении закрыла меня. Ты же тихо уберешь фиксатор замка и встанешь возле двери зала, чтобы тебя не было видно входящему. Как только человек окажется в прихожей, я резко закрою дверь и приставлю к его голове пистолет. Тут ты выйдешь из зала и также направишь свой пистолет на преступника. Его желательно взять живым, но, если будет сопротивляться, а уж тем более в руках у него окажется обрез, то стреляй на поражение. Главное, чтобы ты не стоял на линии моего огня, чтобы нам ненароком не замочить друг друга. Слушай, Толя, не бойся, а нагони на себя злость, этот бандит, возможно, убил нашего коллегу.

— Все будет в порядке, — заверил его молодой опер. — Я этому уроду одно место пристрелю.

— Вот этого не надо, — предостерег его Иван и, хитро улыбаясь, добавил: — Хотя, впрочем, этому ублюдку можно и пристрелить, ему оно больше не понадобится.

Несколько раз звонил телефон, но Иван, приложив палец к губам, рукой делал знак, чтобы напарник не подходил к аппарату.

Звук за дверью заставил оперативников напрячься. Кто-то пытался открыть замок снаружи, но фиксатор изнутри не давал цилиндру прокрутиться. Безуспешно попытавшись открыть замок ключом, постучались в дверь. Иван, бросив взгляд на часы, которые показывали девять вечера, встал возле стены, а Анатолий, щелкнув фиксатором, укрылся в зале. Услышав щелчок, некто за дверью вновь предпринял попытку открыть ключом замок. Через миг распахнулась дверь, и человек оказался в прихожей, громко крикнув:

— Мама, почему не отвечаешь на звонки?

Удостоверившись, что перед ним разыскиваемый, Иван с силой толкнул дверь. Удар пришелся по плечу зашедшего, и он кубарем полетел на пол. Тут из зала выскочил Анатолий, который, сев верхом на преступника, ловко скрутил ему руку.

— Ааа, больно! — крикнул бандит. — За что?!

— За все хорошее! — крикнул в ответ Иван и застегнул на его запястья наручники.

Преступник, лежа на полу, дико озирался по сторонам, Иван хлопнул Анатолия по плечу:

— Задержание произошло не совсем по плану, но тоже хорошо. Только жаль, что тебе не получилось пристрелить гаду одно место. Но ничего, все еще впереди.

Вскоре Пронченко сидел перед Козловым и Сологубовым.

— Ну что, Евгений, сколько веревочке ни виться, а конец всегда будет, — начал свой допрос Козлов. — Тебе сейчас надо во всем признаться, сдать своих подельников, в таком случае суд учтет твое чистосердечное признание и, возможно, смягчит приговор. А смягчение приговора для тебя — уйти от расстрела.

— Мне не в чем признаваться, — сквозь зубы проговорил задержанный, исподлобья поглядывая на оперативников. — Дайте мне адвоката, и где моя мама?

— Мама твоя в прокуратуре, но она тебе уже не поможет. Ты влип настолько серьезно, что подставил свою родную маму. Сейчас ее выгонят с работы.

— Что я такого сделал?! — вскрикнул Пронченко. — Еще и маме угрожаете!

— Ты на меня не кричи, а лучше послушай совета старшего по возрасту человека. Впереди тебя ждет нерадостное будущее, в твоих руках немного облегчить свое положение, поэтому крепко подумай, прежде чем отрицать очевидное.

— Ничего не знаю, — мотнул головой задержанный. — Я больше с вами без адвоката разговаривать не буду.

— Добро, посиди в камере, а мы скоро представим тебе твоих подельников. Только потом не обижайся на нас.

— Ищите, — усмехнулся Пронченко. — У меня нет никаких подельников.

Оставшись вдвоем с Сологубовым, Козлов развел руками:

— И как теперь ему доказать убийства? У нас даже нет данных об его подельниках. Том классика — это хорошо, но мало. На одном Достоевском в рай не въедешь, нужны другие доказательства… Где они заныкали Каприна? И вообще, жив ли он?

— У меня плохое предчувствие, — проговорил Сологубов, тоскливо поглядывая на руководителя. — Где бы они его живого держали? Скорее всего, убили…

— Чепика помнишь? — спросил его Козлов.

— Конечно! — вскинул голову оперативник. — Каприн же его вербанул по целевому, чтобы работать только по этой банде!

— Вот именно! Найди и доставь его сюда!

Услышав рассказ Козлова о задержании Прони (прозвище Пронченко) и исчезновении Каприна, Чепик воскликнул:

— Эти могут пойти на все! Вчерашние малолетки-беспредельщики сколотили свою группировку и, по-моему, нападают на коммерсов!

— Кто у него в группе, и на какой машине они раскатывают? — спросил его Сологубов.

— Обычно в кабаках они постоянно вчетвером. Кроме Прони, я знаю только одного из них — Кроша.

— Крош — это его кличка? Как его настоящая фамилия?

— Да, это его погоняло[15], он один в один как актер из фильма про каникулы Кроша. А фамилию его я не знаю.

— И чем он знаменит, этот Крош?

— Он очень хорошо поет. В кабаках часто его просят спеть с оркестрантами. Песню «Драгоценная моя женщина» лучше его в городе никто не поет.

— Значит, если мы спросим оркестрантов, то сможем узнать настоящее имя этого Кроша?

— Именно так и есть. Попробуйте еще поговорить с официантами, они-то уж должны знать его.

— Вадим, ты не сказал про машину. На чем они ездят?

— На бежевой шестерке[16]. Эта машина постоянно торчит возле кабаков.

— А чья она? Кто за рулем?

— Этого я не знаю, но однажды видел за рулем Кроша.

Отпустив Чепика, Козлов приказал:

— По всем ресторанам города отправить оперативников. Всем наружным службам передать ориентировку, чтобы задерживали похожие машины.

Когда уже рассветало, уголовный розыск задержал Кроша. Им оказался Силантьев Максим, ранее не судимый молодой человек. Он оказался сговорчивей и, весь дрожа от страха, что придется ответить за содеянное, рассказал следующее:

— С Пронченко познакомился после армии, когда я стал