Дело в ридикюле - Анна Лерн

прятаться на мельнице постоянно. Вы сами это сказали, — она немного успокоилась. — Рано или поздно меня обнаружат ребятишки, которые прибегают сюда играть.

— Нужно продержаться всего лишь до вечера. Как только стемнеет, мы с Иви придём за вами, — пообещала я девушке. — Поживёте у нас. Я сегодня же попробую узнать, где расположился полк. Напишем вашему возлюбленному ещё одно письмо. Постарайтесь успокоиться и наберитесь терпения. Как его имя?

— Герман. Герман Декстер.

Вернувшись в школу, я подозвала Джая, который уже прибежал из дома и играл с остальными детьми в «Пять камешков».

— Я думал, мы пойдём в школу вместе! — мальчик с хитрым любопытством смотрел на меня. — Ты ходила на мельницу, да?

— Да. Но это наша тайна. Хорошо? — я присела рядом с Джаем. — Отнеси леди, которая прячется на мельнице молока и хлеба. Только смотри, чтобы тебя никто не увидел.

— Хорошо! — кивнул Джай. — Я буду очень осторожен!

Пока мы с детьми делали гимнастику, он вернулся и, усевшись на своё место, подмигнул мне. Значит, дело сделано.

После уроков я отправила Джая домой, а сама пошла на встречу с господином Даунтоном. Эскизы были готовы, осталось получить его одобрение.

Мы снова устроились в кафе при кондитерской, и господин Даунтон рассмотрел мои рисунки.

— Сумки чудесны, миссис Холмс! Шейте все три варианта, и я выставлю их в торговом доме в столице, — с довольной улыбкой произнёс мужчина. — Я уверен, они будут пользоваться огромным спросом. В них есть что-то очень свежее и необычное! Постарайтесь закончить сумки к концу следующей недели. Я сам лично заберу их. Кожу для работы вам привезут завтра утром, и вы сами выберете, какую лучше использовать. Кстати, у меня есть рисунки фурнитуры, которую можно заказать в городе. Если вам что-то понравится, её доставят через несколько дней.

Я кивнула, стараясь скрыть дрожь в руках. Это был мой шанс. Шанс показать себя, вырваться из рутины и доказать всем, и в первую очередь самой себе, что я чего-то стою.

— Я с удовольствием взгляну на фурнитуру.

Господин Даунтон положил передо мной рисунки. На них были изображены фермуары, цепочки, петли, пряжки, шлевки. В Логреде, конечно, такого выбора не было. Я решила взять всё и у каждого изображения написала карандашом, сколько штук мне требуется.

Глядя, как господин Даунтон аккуратно складывает бумаги в папку, я вдруг вспомнила о возлюбленном Алисии Фарбери. Возможно, он владеет какой-то информацией?

— Прошу прощения, могу ли я задать вопрос, не кающийся нашего дела? — спросила я и мужчина кивнул.

— Да, конечно, миссис Холмс. Буду рад помочь.

— Мне нужно знать, где расположился полк, который отправили в Ирдию для усмирения бунтовщиков, — сказала я. — Хотелось бы передать письмо одному человеку… Это очень важно. Может, вы знаете, кто мог бы поделиться информацией?

— Супруг моей сестры служит в департаменте генерального штаба. Он точно сможет помочь. Если желаете, я могу передать ему письмо, и его обязательно передадут нужному вам человеку.

Это было настоящей удачей. Мне очень хотелось, чтобы Алисия воссоединилась со своим офицером.

Допив кофе, мы с торговцем тепло попрощались, и я отправилась домой, предвкушая радость от предстоящей работы.

А с наступлением темноты мы с Иви пошли на мельницу. Стена леса, возвышающаяся слева, казалась черной громадой. Тихо пели сверчки, звезды робко пробивались сквозь листву, словно маленькие бриллианты, рассыпанные по бархатному полотну. Луна, скрытая за облаками, лишь изредка дарила земле свой бледный свет, отчего тени становились гуще и таинственнее. Влажный воздух был напоен ароматом хвои и земли.

У мельницы я зажгла единственный имеющийся у нас на хозяйстве фонарь и поднялась по скрипучим ступеням.

— Леди Алисия! — тихо позвала я, заглянув в приоткрытую дверь. — Это я, Адель!

— Слава Богу! — из темноты показался тонкий силуэт в светлом платье. — Я думала, сойду с ума от страха! Сегодня здесь были полицейские. Мне пришлось зарыться в пыльные мешки, чтобы они меня не обнаружили!

Мы вышли на улицу, и я накинула на плечи Алисии тёмный плащ. Нужно было быстро возвращаться домой, чтобы нас не заметил какой-нибудь поздний прохожий.

Дома мы с Иви накормили нашу гостью ужином и уложили на полу. Нам срочно требовались ещё кровати и одеяла: бывшая железнодорожная станция превращалась в общежитие.

Перед тем как тоже отправиться ко сну, я взяла чернила, чистый лист бумаги и написала письмо:

«Уважаемый сэр Декстер. Мы незнакомы, но я вынуждена написать вам, чтобы предотвратить беду. Буду с вами откровенна, леди Алисия Фарбери ждёт от вас ребёнка. Но ситуация такова, что её заставляют избавиться от малыша. Умоляю вас, действуйте немедленно. Леди Алисия в отчаянии и не знает, к кому еще обратиться. Её семья видит в этом ребенке лишь угрозу их положению и будущим выгодам. Они готовы на всё, чтобы скрыть этот "позор". Алисия боится за свою жизнь и за жизнь нерождённого младенца. Я понимаю, что эта новость может стать для вас неожиданностью, но уверяю вас в правдивости моих слов. Время не терпит. Если вы испытываете хоть малейшую привязанность к леди Алисии или просто считаете своим долгом защитить невинную жизнь, пожалуйста, откликнитесь. С уважением. Миссис А. Холмс».

Глава 33

Рано утром от господина Даунтона приехал человек. Он привез образцы кожи, и я с интересом принялась рассматривать их.

— Кожа вся хорошая, миссис! Любую возьмёте и не прогадаете! — мистер Лофт наблюдал за мной с некоторым скепсисом. — Хорошо выделанная, мягкая… Я вообще предлагал, чтобы господин Даунтон выбрал сам! Но он настоял, чтобы я ехал именно к вам!

Ясно. Этот человек не воспринимал меня как профессионала. Он не верил, что я могу что-то понимать в качестве материала.

— Любая мне не нужна, — я взяла двумя пальцами один из образцов. — Взгляните, мистер Лофт, вот из этой кожи можно шить лишь тонкую галантерею. Сумка из такого материала не будет держать форму.

Мужчина нахмурился, слушая меня. Я же показала ему второй образец.

— Этот вариант немного лучше. Кожа достаточно плотная, но она не подходит для некоторого вида швов. При ручной обработке материал растянется.

— Но… — мистер Лофт попытался мне что-то возразить.

Но я не дала ему это сделать:

— Вот эта кожа плотнее предыдущих. Ее края можно с лёгкостью обработать без дополнительного подгиба. А ещё обратите внимание сюда…

Я легонько поцарапала кожу ногтем, и в этом месте тут же появилось лёгкое отшелушивание. Потом, под недовольным взглядом мистера Лофта, я достала из кармана платок и, потерев повреждённый участок, сунула его под нос мужчине.

— Краска остаётся на ткани.

Мой взгляд пробежался по