Дело в ридикюле - Анна Лерн

двери мастерской молодого скорняка нет замка. Пусть мы не были знакомы, но мне было радостно оттого, что восторжествовала справедливость.

Войдя внутрь, я восхищённо огляделась. Запах дубленой кожи, густой и терпкий, мгновенно заполнил ноздри, смешиваясь с еле уловимым ароматом краски. В полумраке помещения, освещенного лишь скудным светом из невысоких окон, витали частицы пыли, танцующие в лучах солнца. На крючках были развешаны куски кожи разных цветов и фактур. А у стены стоял верстак, уставленный инструментами: ножами, штампами, молотками, иглами. За ним сидел крепкий молодой мужчина, одетый в широкую рубаху и штаны на подтяжках. Его руки, сильные и ловкие, двигались с уверенностью и точностью, будто танцуя над большим куском кожи.

Я даже почувствовала себя незваной гостьей в этом святилище скорняжного ремесла. Мужчина поднял голову и, отложив свою работу, поднялся.

— Добрый день. Я могу вам чем-то помочь?

— Да. Меня зовут миссис Холмс, — представилась я, протягивая ему руку. — А вы, как я понимаю, и есть мистер Колин Маунти?

— Да, это я, — скорняк аккуратно пожал мою руку.

— Вы позволите посмотреть на вашу работу? — попросила я. — Меня интересует хорошая кожа.

— Прошу вас, — молодой человек провёл меня вглубь мастерской, где горели несколько масляных ламп.

Я подошла к висящим на крючках образцам кожи и сразу поняла, что это то, что мне нужно. Их качество было восхитительным. Пальцы невольно скользнули по гладкой матовой поверхности. Тонкая выделка, равномерный окрас, отсутствие малейших изъянов — чувствовалось, что перед тобой продукт безупречной работы мастера. И тут я заметила превосходный образец сафьяна* удивительного цвета: глубокий, насыщенный бордо с легким винным отливом — он был словно застывший глоток хорошего каберне.

Я прикрыла глаза, представляя, как эта кожа ляжет в основу будущего изделия. В голове уже роились эскизы, возникали образы: элегантная сумка-седло, дорожный саквояж, может быть даже в комплекте с изящными перчатками. В каждом варианте этот благородный материал обещал заиграть по-новому, подчеркнуть безупречность формы и стиля.

— Мистер Маунти, я шью сумки. Мне кажется, мы с вами могли бы сотрудничать, — я повернулась к скорняку. — Как вы на это смотрите?

— Положительно, — улыбнулся он. — Вы всегда можете заказать у меня любую кожу, миссис Холмс.

Я ещё раз взглянула на идеально окрашенные кожаные образцы. Мне не придётся заниматься этим, если мастер настолько хорош в своём деле.

— Вы можете добиться любого цвета?

— Практически, — кивнул Колин Маунти. — Пока я не нашёл способ окрасить кожу в ярко-жёлтый.

— Попробуйте кору жимолости или кору яблони, — предложила я, и скорняк сразу же заинтересовался.

— А ведь правда! Почему я раньше не додумался до этого? Спасибо, миссис Холмс!

— Для хорошего человека совета не жалко, — я всё-таки решилась купить небольшой кусок кожи винного цвета. Сумка-седло не выходила у меня из головы.

Пока Колин Маунти бережно упаковывал покупку, я уже предвкушала творческий процесс, наслаждаясь мыслями о том, как мои руки превратят этот кусок натурального материала в необычную вещь, которая точно заинтересует столичных модниц.

Выходя из магазина, я крепко сжимала в руках драгоценную покупку. Очень хотелось быстрее добраться до своего рабочего стола. Но сначала нужно оповестить господина Даунтона, что скорняк Маунти идеально подходит на роль поставщика.

Торговец пообещал, что оплатит все счета за материал. И что я могу покупать всё, что нужно для работы. А значит, я могла приступать к изготовлению сумок по одобренным им эскизам.

— Миссис Холмс!

Я шла по тротуару в сторону рыночной площади, когда меня окликнули. Вынырнув из своих мыслей, я оглянулась. Ко мне приближался брат маркиза Кессфорда, Эдвард Ланкастер. Выглядел он шикарно. Тёмно-синий фрак безупречно сидел на его спортивной фигуре, подчеркивая широкие плечи. Белоснежная рубашка и тщательно завязанный галстук дополняли безупречный образ лорда. А начищенные сапоги сверкали на солнце. Ланкастер двигался с грацией хищника, уверенного в себе и неотразимого. Каштановые волосы, слегка растрёпанные ветром, придавали ему небрежный, но вместе с тем аристократичный вид

— Добрый день. Какая приятная встреча, — произнес он, слегка склонив голову в приветствии. Его голос был низким и бархатистым, обволакивающим, как тёплый плед в холодную ночь. — Позвольте помочь вам.

В уголках его губ играла едва заметная улыбка, и я почувствовала, как щеки начинают предательски гореть. Не знаю почему, но лорд Ланкастер смущал меня своим пристальным взглядом.

Он взял у меня свёрток с кожей и портфель.

— Как ваши дела, миссис Холмс?

— Всё в порядке, благодарю, — мы медленно пошли по тротуару. — Надеюсь, у вас тоже.

— Да… Не считая происшествия с невестой брата, — усмехнулся Эдвард. — Вы ведь уже в курсе?

— Да, конечно, — я старалась говорить равнодушно. — Мне жаль, что всё так. Леди Алисию ещё не нашли?

— Нет. Полиция подозревает, что она могла сесть на проезжающий мимо дилижанс, — ответил лорд. — Но куда леди Фарбери могла податься потом? Никто из знакомых её не видел, она ни к кому не обращалась за помощью. Странная, конечно, история… Если Алисии настолько противен этот брак, она могла бы просто поговорить с маркизом. Я уверен, что он бы понял чувства леди и не стал настаивать. Родители Алисии боятся, что с их дочерью могло случиться самое страшное.

Значит, отправлять свою дочь на калечащую процедуру старшая леди Фарбери не боялась. И не считала это страшным.

— Будем надеяться, что с девушкой всё хорошо, — я решила перевести разговор на другую тему. — Вы будете послезавтра на празднике?

— Обязательно. Разве я могу пропустить местные танцы? — засмеялся Эдвард. — А вы?

— Да. Мы с кузиной придём, — я не могла понять, почему лорд Ланкастер так смотрит на меня. От его взгляда по коже пробегали мурашки. Он казался мне опасным мужчиной. Было в нём что-то такое… Наверняка, у Эдварда масса поклонниц. Взгляд, пронизывающий насквозь, манеры аристократа, отточенные годами, умение вести беседу.

— Смею ли я надеяться на танец? — вежливо поинтересовался брат маркиза, изогнув красивую бровь.

— Конечно, — я мысленно поблагодарила своих родителей, которые отдали меня на хореографию в школьные годы. По крайней мере, двигаться я умею и быстро учусь новому. Вряд ли танцы этого мира сильно отличаются от привычной классики.

Мы дошли до дороги, ведущей к железнодорожной станции, и остановились.

— Я могу предложить вам свой экипаж? — лорд не спешил отдавать мне мои вещи.

— Нет, не нужно. Я прогуляюсь по свежему воздуху. Спасибо вам за приятную беседу.

— Тогда до послезавтра, миссис Холмс, — Эдвард протянул мне свёрток и портфель. — Рад был повидаться.

— Всего доброго, лорд Ланкастер, — я быстро пошла по пыльной дороге, спиной чувствуя, пристальный взгляд мне вслед.

_______________

* Сафьян — Сафьяновая кожа имеет древние корни и появилась ещё