Академия чаросвет. Тень - Ольга Ярошинская

спор о том, кому из преподавателей можно дать за экзамен, и страшила Дунгер легко обошел Строка. Бровастому преподавателю истории не перепало ни разу даже из жалости, а первое место уверенно держал тренер.

– Но его забила Фелиция Фокс, мама нашего рыжика, – вздохнула Арвена, которую мне удалось запомнить – она была самой блондинистой и пышнотелой. – Так что лучше не связываться – узнает, а потом предскажет чего не того. Вот как Дину – шесть дочек.

– Это же здорово, – сказала одна из девчонок.

– Вот и бери его себе, – радостно предложили другие.

Кто-то притащил бутылку ликера, на столе появились конфеты, печенье, разномастные стаканчики.

– За Мэдерли, – предложила Лекса. – Давайте подпоим ее, девчонки, и наконец раскрутим на откровенные признания.

– Я из Сумерек, – напомнила я. – Вы правда надеетесь меня перепить?

Они дружно рассмеялись.

– Звучит как вызов!

Девушки оказались не такими уж заносчивыми, как я поначалу решила. По крайней мере, уживались в тесноте и до сих пор не поубивали друг друга. Я бы уже точно рехнулась.

В комнате было четыре кровати, каждая с тумбочкой у изголовья, у одной из стен – длинный шкаф, разделенный на секции. Полка над столом прогибалась от тяжести учебников, которые занимали и весь подоконник – присесть негде. Помимо книг повсюду были растыканы какие-то баночки, скляночки, расчески, зеркала… Мелькнула мысль, что в башне Альваро куда просторнее и тише, но Лекса уже всучила мне стакан.

– Болтать все горазды, – широко улыбнулась она. – Ты еще не знаешь, как пьют девчонки солнечной долины.

Ликер был приторно сладким, но оставил на языке полынную горечь.

– Дайте мне шоколад! – потребовала вроде бы Лиззи, и я тоже взяла конфетку.

– Так кто из парней свободен, мне кто-нибудь скажет? – спросила вроде бы Китти.

– Девчонки, а давайте на завтрашний матч по чаркроссу не наденем лифчики. Будем отвлекать команду соперников, – предложила Арвена.

– А тебе лишь бы кому грудь показать. С такими замашками пора бы лечиться.

– Зато есть, что показывать.

– Не знаю, как вы, а я сяду в сектор Альваро, и плевать, что я из дома кошек.

– Монтега обещал вечеринку после победы.

– Победы? Псы их порвут!

От бесконечной трескотни у меня разболелась голова. Я отставила недопитый стакан и потерла виски, но Лекса тут же провозгласила второй тост:

– За парней академии! Пусть лучшие достанутся лучшим.

Я из вежливости пригубила ликер, хотя тост показался мне сомнительным, и горький привкус полыни стал еще сильнее. Меня же не отравят в женском общежитии? Тем более всем наливали из одной бутылки – за этим я проследила. Но кому-то достался бокал на тонкой ножке, кому-то – рюмка, Арвена вообще пила из пузатой чашки с цветочками. Я посмотрела на свой стакан: темно-зеленое стекло, а на гранях мерцание. Кажется, я все же зря сюда пришла…

– А как у вас в Сумерках развлекаются? Есть какие-нибудь танцы или забавы? – спросила вроде бы Лиззи.

– Ты что, они там слишком заняты ловлей зубохватов и гуляк, – хихикнула вроде бы Китти.

– Вообще-то у нас тоже бывает весело, – возразила я.

Язык отчего-то с трудом ворочался во рту. Я облизнула пересохшие губы, глянула в сторону, где сидела Лекса, но она куда-то исчезла. Стены комнаты покачнулись и поплыли, и лица девушек закружились перед глазами.

– И как же ты развлекаешься, помимо того, что стелешься под всех подряд? – спросил капризный голос, и я, подняв взгляд, увидела Найрин.

В золотистом шелковом халатике, со светлыми волосами, забранными в высокий хвост, она смотрела на меня со злобным торжеством. Сияющая внешность, темная душа. Свет и тьма. И все в одном человеке.

А вот во мне света нет. Ни капли. Весь он – от Бастиана. Он – день, я – ночь. Черная кровь седьмого дома, все сходится. В книге, что я прочитала, говорилось о том, как седьмой дом пал. Шесть домов отвернулись от него. Не захотели делиться светом, и чары седьмого дома погасли. И Бастиан тоже… Поверил Найрин. Ушел. Отвернулся…

Как я могла подумать, что мне место в академии чаросвет? Очевидно, что я здесь чужая.

– Найрин, отвали от нее, – вдруг вступилась за меня Арвена. – Нормальная девчонка…

– Тебя не спросила, что мне делать, – процедила она, сев на освободившийся стул Лексы.

Веки потяжелели и опустились. Я заставила себя разлепить глаза, подперла ладонью голову.

– Чем вы ее зачаровали? – спросил кто-то.

– Слушай, Найрин, – пробормотала я. – Я ведь не планировала… Всего этого…

– Да-да, все случилось само по себе, – согласилась она и приобняла меня за плечи, когда я стала заваливаться в ее сторону. – Нелепая ошибка. Так давай же ее исправим.

Мои глаза закрылись, но я слышала чей-то смех, голоса.

– Все с ней нормально будет, – заверила Найрин. – Я не собираюсь…

Что она не собирается делать я уже не услышала, провалившись в глубокий темный сон.

***

Колыбель мягко покачивалась, а сверху кружились игрушки – тряпичные песики и котята. Я тянулась к ним, не зная, кого выбрать: рыжего котенка с хитрой мордочкой, веселого красного щенка? Белая кошечка была очень красивой, с пушистым хвостиком из кроличьего меха. Но глаза – зеленые бусины – казались злыми.

– Он бросил тебя однажды и сделает это снова, – прозвучал сердитый голос.

Второй человек молчал, и я отчего-то заволновалась.

– Ты наша. Тень.

Послышались всхлипы, и мне тоже захотелось плакать.

– Я люблю тебя, – сказал голос мягче.

Я схватила черного щенка и потянула к себе, и все игрушки упали, а с ними вместе и деревянная рейка, хорошенько приложив меня по лбу.

Вскрикнув, я вскочила и потерла лоб, на котором саднила вполне реальная шишка. Села, подтянув на плечи сползшее одеяло, и осмотрелась, пытаясь понять, где нахожусь. Меня и правда слегка покачивало, точно как во сне, скрипели колеса, и слышался мерный стук копыт. За окном проплывали чахлые деревца, мелькнул газовый фонарь – маленькое пятнышко света в плотных серых сумерках.

В сумерках?

Я кинулась вперед и постучала в стенку экипажа. Загородка окошка сдвинулась, на меня дохнуло махоркой, и хриплый прокуренный голос сообщил:

– Подъезжаем. Скоро будем в Порожках.

– Разворачивай! – выкрикнула я. – Назад!

– Э, нет, – флегматично отказался возничий. – В один конец уплочено. Если хочешь, так послезавтра отвезу с утречка, за полцены. Только придется потесниться, мне тьмошника заказали шесть мешков.

Это что же, Найрин засунула меня в экипаж и отправила домой? Я опустилась назад на жесткое сиденье и истерично захихикала – я ведь и так планировала навестить тетю.

Голова гудела, и в горле першило, но разум прояснялся. Все могло быть гораздо, гораздо хуже! Меня бросило в дрожь, и