Крестные матери - Камилл Обре

неестественно тихо: остальные уже собрались в церкви. Когда Филомена сошла с лестницы, горничная подняла шлейф ее платья и перекинула через руку Филомены, а потом оставила ее наедине с Джанни в гостиной. Он оделся по случаю в темный костюм, а элегантно уложенные волосы, очень густые для его возраста, сегодня делали главу семейства похожим на царственного льва.

Филомена напряженно ожидала, когда Джанни поднимется с кресла, но он задержался, несмотря на то что водитель Сэл уже ждал их с заведенным мотором.

– Дорогая моя девочка, – произнес Джанни, внимательно вглядываясь ей в лицо, пока она не прикрыла его фатой, – я знаю, что все в этой семье уже поговорили с тобой, поприветствовали тебя. Я не мастер произносить красивые речи. Но хочу, чтобы ты знала, – я очень рад, что ты с нами, и уверен, что ты сделаешь Марио счастливым.

Он помедлил.

– Я только хочу сказать, что если у тебя есть причина, по которой ты не хочешь выходить сегодня замуж, то все в порядке. Я буду помогать тебе финансово, если ты останешься в этой стране и выберешь самостоятельную жизнь. Так что прошу тебя, скажи, – если ты не хочешь выходить замуж, не бойся сказать «нет» – по крайней мере, мне.

Филомена видела, что он говорит искренне. Ее это и поразило, и глубоко тронуло. Настолько искренняя забота о ее нуждах и желаниях заставила ее почувствовать себя настоящим человеком, а не просто пешкой в чьей-то игре. Сердце ее сжималось от благодарности, которая только усилила ее верность этой замечательной семье.

– Я благодарю вас за доброту. Но я в самом деле хочу выйти замуж за Марио, – просто ответила она.

Джанни одобрительно кивнул, потом сказал кое-что, что Филомена сперва не совсем поняла – она осознала важность его слов намного позже.

– В жизни порой происходят события, которые мы не можем изменить, – тихо произнес он. – У Марио в жизни тоже будут свои трудности. Он пока не до конца это понимает. Но что бы ни произошло, прошу тебя, будь рядом с ним, чтобы напомнить, насколько важно иметь рядом своих родных, которые хотят только одного – любить его и защищать.

Филомена не знала, что на это ответить, поэтому просто кивнула.

– Значит, – сказал Джанни, – нам пора идти. Тихо и спокойно. Это великий день.

Сэл распахнул перед ней дверцу автомобиля и ждал, пока она усядется. В первый раз за все время он слегка улыбнулся ей и кивнул. В машине, окруженная многими ярдами своего драгоценного платья, Филомена чувствовала себя так, будто ее уносило на облаке.

Когда они прибыли в церковь с прекрасными колоннами и колокольней, двери были уже широко раскрыты. На тротуаре среди опавших листьев маленькие девочки играли в классики. Они замерли, с восторгом глядя на невесту, и Филомена вспомнила, что в детстве вела себя так же. Но внезапно ее накрыл страх – она боялась войти в церковь с того самого дня, как бомбардировка Неаполя в прямом смысле обрушила на нее своды церкви. Она невольно остановилась, дрожа, и Джанни поднял на нее вопросительный взгляд. Филомене казалось, что она слышит, как Розамария шипит на нее: «Он думает, что ты сомневаешься в их семье!» Так что, с безмолвной молитвой к Розамарии, Филомена заставила себя выпрямиться и улыбнуться, уверенная, что кузина с ней рядом, прямо сейчас, и именно она подтолкнула ее к тому, чтобы продолжить путь.

Филомена уверенно поднялась по каменным ступеням и заглянула внутрь. Проход украсили белыми и розовыми розами и белыми атласными лентами. Скамьи заполняли люди, которые Филомене были совершенно незнакомы, но их, очевидно, хорошо знала семья Марио. Гости вытягивали шеи, чтобы взглянуть на невесту. Филомена быстро скрылась из виду.

Петрина, которая с самого утра была раздражительной и нетерпеливой, сейчас собралась и ожидала их в задней части церкви, чтобы проверить платье, прическу и фату Филомены. Люси и Эми были подружками невесты, и Люси неожиданно подошла к ней и сжала руку Филомены.

– Не бойся, – прошептала она. – Раз-два, и готово.

– Она имеет в виду, что это сущий пустяк, – пояснила Эми, не захотев оставаться в стороне.

Филомена не поняла, что они имели в виду, но выражения их лиц ее подбодрили.

При первых внезапных звуках органа вперед вышли дети: Пиппа и Джемма раскидывали из небольших корзинок бледно-розовые лепестки под ноги Филомене на белую атласную дорожку. За ними следовал Кристофер, который нес на белой атласной подушечке обручальные кольца. Затем выступали почетные подруги невесты, Эми и Люси, с братьями Марио, которые предстали в роли шаферов. Джанни предложил руку Филомене, и они двинулись вперед. Она слышала, как гости при их появлении начали подниматься с мест.

На нее устремились взгляды стольких людей, что она была рада, что по дороге под венец опирается на руку надежного и спокойного Джанни. Через дымчатую вуаль она видела Тессу, сидевшую на скамье в первом ряду, будто королева. Марио ждал ее у алтаря, его умное лицо сияло, но видно было, что он немного нервничает.

Подойдя к Марио, Филомена передала свой букет Эми, а потом положила руку на молитвенник, который дала ей Тесса. Марио накрыл ее руку своей ладонью, и его ободряющее прикосновение растопило лед в пальцах девушки, которые казались сосульками. Священник провел службу, молодые произнесли клятвы супружеской верности друг другу, после чего поцеловались, и орган взорвался музыкой. Когда наконец они вышли из церкви, зазвонил колокол.

* * *

Свадебное торжество состоялось в новом прекрасном ресторане в Гринвич-Виллидж, деревья и кусты в котором опутали гирляндами с крошечными фонариками. Внутри ресторана банкетные столы усеивали букеты с цветами, а в углу играл струнный квартет. Братья Марио танцевали с Филоменой – грациозные и величественные.

Когда Марио забрал ее у них, Фрэнки тихим одобрительным тоном заметил:

– Твоя жена – настоящая куколка, Марио.

Его слова, похоже, безмерно обрадовали Марио.

– Если он говорит что-то, это значит, что именно это он и имеет в виду, – пояснил он Филомене.

На свадьбе был даже муж Петрины – высокий щеголеватый мужчина по имени Ричард, которого вытащила на танцпол его дочь Пиппа. Банкет по случаю свадьбы продлился до позднего вечера. Эми проговорилась, что один только свадебный торт обошелся в баснословную сумму, потому что его изготовили из лучших ингредиентов, несмотря на то что на масло, муку и сахар были введены жесткие нормы. Филомена даже не решалась оценить, во сколько обошлась семье свадьба их младшего сына, который женился последним. Она впадала в панику при одной только мысли о невероятной стоимости этого события.

Марио теперь был постоянно рядом, сопровождая ее от одного ритуала к другому,