Русская пятерка. История о шпионаже, побегах, взятках и смелости - Кит Гейв

Единственным энхаэловцем в составе ЦСКА в том матче был нападающий «Детройта» Слава Козлов, считавший, что организаторы турнира поступили с ним несправедливо. Ему безумно хотелось выступать в команде победителей. Но он не мог не согласиться со своим другом Ларионовым в том, что уровень мастерства у игроков ЦСКА был неплохим. Сборная российских энхаэловцев лишь в упорной борьбе вырвала победу со счетом 6:5.

– Если бы мы никуда не уехали, сборная России была бы лучшей в мире, даже без вариантов, – сказал Козлов. – Нас бы никто не смог обыграть.

Владимир Константинов не принимал участия в этой серии. Ему нужно было кормить семью, а солидного контракта НХЛ у него на руках не было. Вместо этого он заключил краткосрочное соглашение с немецким клубом «Ведемарк», где набирал в среднем по два очка за игру. А потом вернулся в «Детройт», чтобы начать сокращенный сорокавосьмиматчевый регулярный чемпионат.

Боумен был доволен прогрессом трех молодых россиян. Но ему казалось, что если немного повозиться с составом, то они будут играть еще лучше. Именно этим он и занялся после того, как все россияне вернулись из-за океана. Фетисову тогда было тридцать шесть, «Нью-Джерси» на тот момент еще не предложил ему новый контракт и вообще всячески намекал на то, что пора завершать карьеру. «Дьяволы» тогда были одной из ведущих команд в Восточной конференции благодаря серьезной глубине оборонительной линии, однако Фетисов без проблем справлялся со своими обязанностями, выступая дома против мастеровитых игроков, о чем я не преминул сообщить Боумену по возвращении в Детройт.

– Скотти, если ты все еще ищешь защитников, – сказал я ему, – то я могу тебе сказать, что у меня после этой серии матчей в России сложилось впечатление, что Слава Фетисов еще вполне на ходу.

Боумен ничего не ответил, но взглядом дал понять, что подумает об этом на досуге.

– Не веришь мне – поговори с Сергеем, – сказал я. – Он-то уж точно может предоставить тебе более предметный скаутский отчет в отличие от меня.

Я считал, что если «Детройту» удастся взять Фетисова за небольшие деньги, тот отлично впишется в команду, которая последние лет десять славилась тем, что приглашала доигрывать на год-другой сильных, но уже возрастных защитников. Среди них были Брэд Парк, Дэйв Льюис, Борье Сальминг, Марк Хоу, Майк Рэмзи, Брэд Марш и многие другие.

Фетисов в итоге переподписал контракт с «Нью-Джерси», но весной 1995 года чаще смотрел хоккей из пресс-ложи, чем выходил на лед. Боумен же тем временем тщательно все взвесил и поговорил насчет Фетисова с Федоровым, так же как и Кен Холланд.

– Ты бы сам на это пошел? – спросил Холланд у Федорова по поводу возможного обмена Фетисова.

– Безусловно. Он бы здорово пригодился нашей команде, – ответил Федоров.

«Мы все решили за пять секунд, – вспоминал он этот разговор несколько лет спустя. – Всего-то и делов».

Несмотря на возраст, а вместе с ним и небольшое игровое время, за Фетисова дорого просили. Потенциальный обмен вызвал ожесточенные споры в руководстве, когда Боумен завел об этом речь.

– Скотти, да из него же песок сыплется, – твердил Дэвеллано. – А просят они за него немало.

– Вы зачем меня сюда позвали?! – рявкнул в ответ Боумен. – Вы хотите побеждать или нет?

Илич и Дэвеллано уступили. Боумен добился своего, и сделка состоялась.

– Мы отдали довольно высокий драфт-пик за человека, который в «Нью-Джерси» сидел в запасе, – вспоминает Дэвеллано. – Тогда это выглядело не очень разумно. Драфт-пик в третьем раунде за Фетисова? Вы где такие цены видели? Но я думал на долгосрочную перспективу, а вот Скотти, конечно, делал все для того, чтобы начать побеждать уже тогда.

Боумен считал, что вопрос не стоит и выеденного яйца.

– Хороших игроков не так-то просто найти, поэтому я и принял это решение, – объяснял он. – Нам не хватало защитников, так что тут все было логично.

Обмен состоялся 3 апреля – через семнадцать дней Фетисову исполнялось тридцать семь, но он здорово помог команде.

– С ним легко было играть в обороне, – утверждает Федоров. – Он не просто выводил шайбу из зоны через борт, он всегда находил партнера пасом. Со Славой в нашу команду пришла стабильность, а также опыт в линии обороны, чего нам немного не хватало.

Фетисов получил достаточно игрового времени и показывал свой лучший хоккей за многие годы. С его помощью «Детройт» доминировал в сокращенном из-за локаута сезоне, завершив его на первой строчке турнирной таблицы с 33 победами и 70 очками в 48 матчах. Затем «Крылья» без проблем прошли первые три раунда плей-офф Кубка Стэнли, проиграв всего два матча из четырнадцати. В первом раунде они выбили «Даллас» (4:1), затем всухую одолели «Сан-Хосе» (4:0), после чего обыграли «Чикаго» в финале Западной конференции (4:1). Последняя серия стала настоящим триллером – на нее пришлось три овертайма, причем два получились двойными. Слава Козлов забросил победную шайбу во втором овертайме пятого матча серии, и «Детройт» впервые с 1966 года вышел в финал Кубка Стэнли.

Болельщики уже готовились праздновать первый чемпионский титул за сорок лет, но «Ред Уингз» безропотно уступили бывшей команде Фетисова – «Нью-Джерси» не проиграл ни одного матча в той серии. После одного из последних матчей финала Боумен сказал на пресс-конференции, что ему было стыдно за игру своих подопечных. «Детройт» был хорош, но недостаточно. Боумен понимал, что ему надо еще повозиться с составом – и у Фетисова были свои идеи на этот счет. Ему хотелось, чтобы «Ред Уингз» взяли еще одного советского игрока, и он начал готовить почву для этого.

– Интересный парень, – отзывался Боумен о Фетисове. – Он был очень дружелюбным и постоянно болтал о своем приятеле Игоре Ларионове.

Ларионов очень нравился Боумену – особенно после печального розыгрыша плей-офф 1994 года, когда Игорь играл в центре звена, включавшего в себя четырех европейцев, и помог «Сан-Хосе» одолеть «Детройт» в первом раунде. Поэтому Боумен позвонил генеральному менеджеру «Акул» Дину Ломбарди, который сообщил ему, что готов обменять Ларионова. Но опять же, далеко не бесплатно. Взамен «Сан-Хосе» хотел Рэя Шэппарда – одного из лучших бомбардиров НХЛ и лидера атак «Детройта». Когда Боумен рассказал об этом Дэвеллано и Холланду, это вызвало еще бо́льшие трения в руководстве